НИКТО НЕ ЗАБЫТ, НИЧТО НЕ ЗАБЫТО!

На фото: слева гвардии сержант Яворский Илья Васильевич в 1945; в центре Яворский Илья Васильевич с Костыриной Анастасией Степановной; справа Яворский Илья Васильевич Главный редактор Политиздата «Украина».

ЯВОРСКИЙ, Илья Васильевич, род. в 1925 г. в с. Хмельовка, Шепетовского р-на, Каменец-Подольской обл., образование высшее, участник ВОВ 1941-1945 гг., доброволец; официально призывался Попельнянским РВК 07/10 1943 г., Украинская ССР, Житомирская обл., Попельнянский р-н; во время ВОВ гв. сержант 23 гв. мсбр 7 гв. тк, 1УкрФ; после окончания ВОВ партийный деятель, во второй пол. 1980-х Главный редактор Политиздата «Украина»; награжден орденами: Отечественной войны I степени (06.04.1985) и II степени (21.03.1945), Красной Звезды (06.05.1945), Славы III степени (26.05.1945) и медалями: «За отвагу» (23.04.1944), «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (09.05.1945), «За взятие Берлина» (09.06.1945), «За освобождение Праги» (09.06.1945) и многими другими. Был женат дважды: в одном из этих браков в 1960-м родилась дочь Яворская Наталья Ильинична.

Несмотря на то, что сведения о личной жизни Ильи Васильевича скрыта за семью печатями и доступ к биографии по понятным причинам ограничен, все же одна тайна его жизни стала известна.
В молодые послевоенные годы в жизнь Ильи Васильевича постучалась большая любовь…
В феврале-марте 1954 года состоялся известный Пленум ЦК КПСС, послуживший началом освоения целинных и залежных земель в разных регионах нашей страны: Сибири, Урале, Поволжье, Казахстане. Развернулось мощное движение по реализации постановления. Откликнулись все слои населения. Еще до окончания Пленума пошли первые эшелоны с энтузиастами, в том числе на Алтай. Первый поезд в г. Барнаул прибыл в ночь с 28 февраля на 1 марта 1954 года. Среди первых энтузиастов целинной эпопеи был Илья Васильевич. Здесь целинник и встретил свою любимую Анастасию Степановну. Судить нашего героя за этот роман мы, не посвященные во все обстоятельства, не вправе. Это дело семьи. От внебрачной связи с Анастасией Степановной (1930 г.р.) родились дети, взявшие фамилию матери: сын Костырин Юрий Ильич (1955 г. р.) и Костырина Зинаида Ильинична (1956 г.р.).
Возможно, есть и другие дети от официальных браков. Наша задача — помочь наладить родственные связи потомков. Об этом просит внучка Ильи Васильевича, Наталья Юрьевна ПонАмарева, дочь Костырина Юрия Ильича.

На фото сын Яворского Ивана Васильевича Юрий Ильич Костырин с сестрой Натальей Ильиничной Яворской.

О героизме советского солдата Яворского Ильи Васильевича в годы Великой Отечествен-ной войны говорят архивные документы. Добровольно вступил в ряды РККА 7/10 октября 1943 года рядовым в возрасте 18 лет, комсомолец. Непосредственное участие в боевых действиях принял 15 ноября 1943-го. Служил автоматчиком в стрелковой роте 23 гв. мсбр 7 гв. тк 1 УкрФ. Молодой воин был замечен командованием – отличался сообразительностью, энергией, личной отвагой. Возглавлял штурмовые группы, позже стал командиром отделения автоматчиков, получил в/звания мл. сержант, затем — сержант. Пользуясь высоким авторитетом у подчиненных и доверием командования, ему поручались самые сложные боевые задания. Награды Яворского Ильи Васильевича, полученные в 1944-1945 гг., свидетельствуют о яркой личности гвардейца-автоматчика легендарной 23-й гвардейской бригады.

1. Из первого представления к ордену «Отечественной войны II степени» 31 марта 1944 года за совершенный подвиг: штаб 23 гв. мотострелковой бригады 7 гв. танкового корпуса попал в окружение в районе одного из сел Каменец-Подольской обл. Гв. рядовому Яворскому с отделением была поставлена задача «просочиться в тыл противника и наделать паники». Яворский задачу выполнил блестяще, при этом лично в бою уничтожил 6 солдат вермахта и забросал гранатами огневую точку станкового пулемета противника. За этот подвиг, хотя и представлялся к ордену, был награжден медалью «За отвагу», почетной наградой для каждого воина. Приказ о награждении 7 гвардейскому танковому Киевскому дважды Краснознаменному корпусу от 23 апреля 1944 года № 06/н от имени Президиума Верховного Совета Союза ССР за образцовое выполнение боевых заданий на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленное при этом доблесть и мужество подписан командиром 7 гв. корпуса гв. генерал-майором т/в Ивановым С.А.

2. Слева описание подвига из второго представления к награждению Яворского Ильи Васильевича орденом «Отечественной войны II степени» за подвиг, совершенный 22.02.1945 года. Приказ 7-му гвардейскому танковому Киевскому дважды Краснознаменному ордена Суворова корпусу № 036/н от 21 марта 1945 года от имени Президиума Верховного Совета Союза ССР за образцовое выполнение боевых заданий на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленное при этом доблесть и мужество подписан командиром 7 гв. корпуса гв. генерал-майором т/в Ивановым С.А.

3. Через два месяца 28. 04. 1945-го Илья Васильевич совершил свой очередной подвиг при штурме Берлина, за который был представлен к ордену «Красная Звезда». На штурм Берлина 23 гвардейскую стрелковую бригаду повел гвардии подполковник В.В. Григорьев. 26 апреля его заменил дважды Герой Советского Союза Н.И. Горюшкин.
Утром 28 апреля 1945 года бригада соединилась с танкистами, действовавшими в составе 1-го Белорусского фронта, и вела успешное наступление в район Бранденбургштрассе…
Описание подвига: «28 апреля [19]45 г. в бою за железнодорожную станцию и привокзальный квартал в гер. Берлине гвардии сержант Яворский проявил мужество и отвагу.
Несмотря на сильное сопротивление и ружейно-пулеметный огонь противника, на ходу расстреливая врага, первым ворвался в дом, где были фрицы, призывая своих товарищей преследовать противника, продолжая бесстрашно продвигаться вперед.
В этом бою тов. Яворский уничтожил восемь немецких солдат и взял в плен более тридцати немецких солдат и офицеров.
По выбытию из строя командира отделения принял на себя командование и продолжал выполнять боевую задачу, которую выполнил блестяще».
С 30 апреля 23-й мотострелковой бригадой командовал гв. подполковник Е.П. Шаповалов. 2 мая бригада соединилась в районе Бранденбургштрассе с частями 9-го механизированного корпуса и 6-го гвардейского танкового корпуса, действовавшими с юго-запада и востока. Разгром гитлеровцев в Берлине закончился. С 2 мая 1945 года над рейхстагом поверженного Берлина развевалось Знамя Победы.
Приказ 23 гвардейской Васильковской ордена Ленина Краснознаменной ордена Суворова бригады от 6.05.1945 года № 033/н. Действующая Армия. От имени Президиума Верховного Совета Союза ССР за образцовое выполнение боевых заданий на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленное при этом доблесть и мужество награжден гвардии сержант Яворский Илья Васильевич автоматчик роты автоматчиков орденом «Красной Звезды». Приказ подписали: командир бригады герой Советского Союза гв. подполковник Шаповалов Е.П. и начальник штаба бригады Камоян.

4. Еще одним боевым орденом Яворский Илья Васильевич награжден 26 мая 1945 года за подвиг при взятии Берлина. О подвиге:
«Участвуя в боях …за города Тельтов, Берлин и последующих боевых действиях по разгрому гитлеровской Германии тов. Яворский находился все время в боевых порядках и смело, решительно вел свое подразделение в бой и своими бесстрашными примерами воодушествлял бойцов на ратные подвиги.
В бою за форсирование реки-канала в город Тельтов одним из первых переправился через реку, метким автоматическим огнем уничтожил трех немецких солдат, пытавшихся уничтожить мост, и все время обстреливал немецких солдат вблизи занявших оборону, чем обеспечил продвижение и переправу через реку основных сил роты. За время боев последней операции уничтожил восемь немецких солдат, захватил пулемет противника и взял в плен около 30 немецких солдат и офицеров. Достоин правительственной награды орденом «Славы 3-й ст.».
Командир роты автоматчиков гв. ст. лейтенант /подпись/ Горячев.»
Приказ 7-му гвардейскому танковому Киевскому дважды Краснознаменному ордена Суворова корпусу № 096/н от 26 мая 1945 года от имени Президиума Верховного Совета Союза ССР за образцовое выполнение боевых заданий на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленное при этом доблесть и мужество подписан командиром 7 гв. корпуса гв. генерал-майором Новиковым В.В.

Судьба была милостива к нашему герою — хранила от пули, ни единого ранения до Дня Побелы 9 мая 1945 года, словно, был заворожен. Нужно отметить, в ту пору ему не было еще и двадцати лет. Торжественному моменту награждения предшествовало одно очень важное событие. Из-под Берлина войска 1-го Украинского фронта совершили стремительный маневр на помощь восставшей Праги. Гв. сержант
Яворский Илья Васильевич участвовал в Пражской операции с 6 по 9 мая 1945 года в формировании 23 гв. мсбр 7 гв. тк, входивших в состав 3-й гв. ТА войск 1-го Украинского фронта под командованием Маршала Советского Союза Конева Ивана Степановича.
«Войска 1-го Украинского фронта в результате стремительного ночного маневра танковых соединений и пехоты сломили сопротивление противника и … 9 мая, в 4 часа утра освободили от немецких захватчиков столицу союзной нам Чехословакии город Прагу», — говорится в приказе Верховного Главнокомандующего командующему войсками 1-го Украинского фронта маршалу Советского Союза Коневу Ивану Степановичу и его начальнику штаба генералу армии Петрову Ивану Ефимовичу. Ровно в 20 часов 9 мая 1945 года Москва салютовала доблестным войскам двадцатью четырьмя артиллерийскими залпами из трехсот двадцати четырех орудий. В дальнейшем, взаимодействуя с войсками 4-го и 2-го Украинских фронтов, была освобождена вся территория Чехословакии. В ходе операции разгромлена и пленена группа армий «Центр» вермахта. Как участник операции гв. сержант Яворский Илья Васильевич среди награжденных медалью «За освобождение Праги».
20 июня 1945-го он все же получил легкое ранение.
На дополнительные сведения об Илье Васильевиче Яворском надежда на соратников, сослуживцев, друзей, родственников.

Из письма внучки:
Последнее место жительства Главного редактора Яворского Ильи Васильевича: г. Киев, ул. Гомельская.
Преобразованный из Политиздата Украины в Политиздат «Украина» до прекращения своего существования в 1991 году находился по адресу: 252025, г. Киев-25, ул Десятинная, 4/6.

Источники:
*Переписка и фото из семейного архива Понамаревой Натальи Юрьевны, внучки Яворского Ильи Васильевича и Костыриной Анастасии Степановны.
*Алтайский край. Целина.1954-2014. https://akunb.altlib.ru/
*Ричард Португальский. Маршал Конев. Мастер окружений. М.: «Яуза», «Эксмо», 2007. Приложения: Приказ № 368 от 9 мая 1945 года. С. 317-318.
*Архивные документы, наградные листы и приказы о награждении Яворского Ильи Васильевича, 1925 г.р. на сайте «Подвиг народа 1944-1945»: podvignaroda.ru
*Танковый фронт 1939-1945: 7-й гвардейский танковый корпус; 23-я гвардейская мотострелковая бригада: tankfront.ru.
* *POISK.PE ЦАМО. Юбилейная картотека награждений. Юбилейная награда Ильи Яворского. Орден «Отечественной войны I степени».

Б.Я: Пишите автору сайта или непосредственно Наталье Юрьевне ПонАмаревой на: natalya@sia.ru

Мальцев Алексей Юрьевич сообщает: «я занимаюсь поиском предков своей семьи, см. письмо ПО ПОИСКУ ПРЕДКОВ.
Обобщая семейные легенды – родилась в Польше* в семье священнослужителя. Была привезена своим мужем с войны, где была сестрой милосердия. Некоторое время проживала в СПб. В 1901 году родила дочь – Яворскую Эмилию Романовну. После революции переехала в Вологду, где умерла в 1942 году.

На фотографии (датированной ноябрем 1914 года – по газете в руках сидящего мальчика) сидит Карелия Карловна, стоит девочка Эмилия Романовна. Между КК [Карелией Карловной] и ЭР [Эмилией Романовной] стоит мальчик – похожий на КК [Карелию Карловну], что позволяет предположить о наличии сына. Информации о муже или детях Карелии Карловны, кроме Эмилии Романовны – нет.
Если отталкиваться о встрече на войне – ближайшая подходящая война (с натяжкой) – русско-турецкая. Косвенное подтверждение есть в «Памятнике Восточной войны 1877-1878 гг». На 487 странице упоминается подпоручик Архангелогородского пехотного полка Яворский, раненый при Плевне 8 июня** (в госпитале они могли и познакомиться с Карелией Карловной)».

Примечание:
* «родилась в Польше* — с 1815 года и до 1918 гг. Царство Польское в составе Российской империи.
** Уточним, здесь имеется ввиду 17 Архангелогородский пехотный Его Императорского Высочества Великого Князя Владимира Александровича полк, где в биографическом очерке А.А. Старчевского в числе раненых при Плевне упоминается подпоручик Яворский, ранен 8 июля 1877 года.
Пишите автору сайта в «Гостевую книгу» или на эл. адрес: рубрика в верхней строке «Об авторе»

Тамара Кржеминская ищет родственников по линии Яворских
tamara.krzh.1945@gmail.com

Уважаемый Богдан Дмитриевич.Меня зовут Тамара Георгиевна Кржеминская.[Родилась в 1945 году].Девичья фамилия моей мамы Яворская Татьяна Каллистовна.Родом она из села Журавлевка или Самгородок Тульчинский р-он Винницкой обл.,прежде Подольская губерния.Отец её,мой дед Каллист Порфирьевич Яворский-церковный журналист*,преподавал в конце 19 в начале 20 века в Кишиневском [епархиальном] женском духовном училище.Его отец Порфирий очень долгое время был священником в селе Журавлевка а до него, где -то с первой половины 19 века, тоже очень долгое время был священником его отец Феофил Яворский.Все эти данные я уже сама нашла в интернете.В советское время скрывали всё это ,тем более отец мой был крупным партийным деятелем.Я знала лишь мамино отчество,она 1908 года рождения и где родилась.слышала,что мой дед Каллист,он серьезно занимался музыкой и у него был друг украинский композитор Леонтович Н. часто уезжал в Москву к родственнику известному музыковеду.Потом я вычислила,что это Яворский Болеслав Леопольдович.Я очень хочу узнать о своих предках,я только краем уха в детстве слышала,что очень много было духовных лиц.В основном меня интересует именно это.Я очень верующий человек и единственно воцерковленный среди моей многочисленной родни. И ищу именно в этом направлении,хотя слышала,что в Кишиневе до революции жили очень богатые Яворские,и у какой то тёти моего деда Каллиста был белый рояль инкрустированный золотом.Мама очень много рассказывала о своей родине Украине,в частности Селе Журавлевке,но ни слова о религии.Я только знала,что все Яворские очень талантливые художники ,писатели,музыканты.Буду очень Вам признательна ,если Вы мне ответите.И кто знает,может быть и мы с Вами родственники.У меня очень много родственников,но все уже Кржеминские,отец тоже был с Украины. Буду очень благодарна любой весточке о Яворских С уважением Тамара Георгиевна.

Б.Я. — Ниже приводится фрагмент статьи Сецинского Е.**
«Постройка первого храма в Самгородке началась в 1775 г. На средства прихожан и местного священника Мигалевича устроен был тогда небольшой деревянный храм, крытый соломою; ни снаружи, ни внутри выкрашен и расписан не был. В таком виде он просуществовал до 1832 г.; тогда заботами местного священника Феофила Яворского на средства прихожан был отремонтирован, причем снаружи и внутри стены были расписаны, а соломенная крыша заменена гонтовою. Храм этот был посвящен памяти св. Параскевы Сербской. В 1858 г. на средства владельца с. Самгородка графа Потоцкого устроен новый храм из камня, крытый железом. Новый храм освящен также в честь св. Параскевы. Место нахождения первого храма ясно видно и в настоящее время. Стоимость постройки нового храма определяется в 17.000 руб. В храме с левой стороны находится икона Божьей Матери Казанской, слывущая в народе чудотворною. Письмо этой иконы древнее, а риза — медная, вызолоченная. По преданию, первым священником в С. был с 1775 г. Мигалевич, считающийся строителем первой церкви; вторым священником был Добржанский, после него — Иван Куцинский, затем — Феофил Яворский, священствовавший 20 лет, при котором церковь была капитально ремонтирована. После смерти Феофила Яворского в Самгородке 8 лет не было самостоятельного священника, так как, по обычаю того времени, приход был оставлен за сиротами. Наблюдали приход три викарных священника, пока, наконец, в 1855 г. не был назначен священником Порфирий Феофилович Яворский, священствующий до настоящего времени [1901 г.]. Церк. земли 82 д. 2231 с., в том числе усадебн. 2 д. 1725 с., сен. 21 д. 1440 с. и левада 3 д. 360 с.; остальная — пахота. Церк.-прих. школа для девочек открыта в с. Самгородке в 1897 г. Мальчики обучаются в министерской школе с. Журавлевки, которое с Самгородком составляет как бы одно селение».

Примечание:
* «Каллист Порфирьевич Яворский — церковный журналист…» — автор известной работы «Социализм и его этика в отношении к христианству». Одесса : Тип. «Рус. речь», 1912.
** С полным текстом статьи о служении священников Феофила Яворского и его сына Порфирия Ф. Яворского в ц. св. Параскевы Сербской села Самгородка (позже объединенного с селом Журавлевка) можно познакомиться на сайте: http://beket.com.ua/vinnickaja/samgorodok-3/, статья: Сецинский Е. Приходы и церкви Подольской епархии 1901 г. Там же указан перечень метрических книг (фонды, описи и дела) по с. Самгородок хранящихся в ГАВиО. В них — Яворские и родственники Яворских до начала XX в.

Из письма от 24.05.2018: «Здравствуйте, Богдан Дмитриевич. Нашла в сети Ваш сайт о Яворских…
Мои Яворские из с. Кривая Пустошь [Кривая-Пуща], Братский район [б. Херсонская губерния, Елисаветградский уезд, Братская волость]…».

Екатерина Владимировна Ильина (Масельская) искала сведения по ее родственнику, Алексею Семёновичу Яворскому, женатому на Ефросинье Леонтьевне. Их дети: Пелагия 1915, Феодосия 1917, Лидия 1922, Анфиса 1922, Николай, Ольга, Василий 1926, Яков 1926.
Прошло много времени — три года упорного труда. Результатом ее опыта стал проект, рабочее название: «Истории наших дней и документы прошлого. Книга 15-ти родов…», где в биографических материалах современников, подкрепленных историческими фактами и комментариями, и, что самое важное — фотографиями из семейных архивов, живо и интересно представлена летопись множества семей 15 известных и малоизвестных читателям фамилий. Завершает рукопись общее Дерево, в котором показаны родовые связи до 14 поколений. Ниже приводятся страницы по Яворским и Ильиным-Масельским из проекта «Истории наших дней и документы прошлого. Книга 15-ти родов…», а также общее РОДОВОЕ ДЕРЕВО.

Б.Я.: Материал публикуется с разрешения автора.

>

Исследование Екатерины Ильиной

Об Алексее Семёновиче Яворском стали известны дополнительные сведения. Родился 04.10.1889 г. в унтер-офицерской православной семье Яворских из однодворцев (переселившихся, вероятно, в эпоху Александра I*): Семена Дмитриевича и Ольги Анисимовны (ур. Жомиренко) в Херсонской губ., Елисаветградском уезде, Братской волости, д. Кр. Постосав (так в документе № 10305 архива РГВИА**), фактически — д. Кривая Пустошь (Кривая-Пуща). В 1910 г. в Российской армии. Согласно сведениям РГВИА Яворский Алексей Семенович в Первую мировую войну в 1916 году служил стрелком в 16-м стрелковом полку имени Императора Александра III. Во время боевых действий полка против австрийских войск, в промежутке между 20 ноября и 5 декабря 1916 г., пропал без вести в районе гор Цыганка и Шандор. Оказалось… находился в австрийском плену, в лагере: Ostfyassonyfa (Остфиассонифа, Остфьяшсонифа).
В браке с 17.02.1810 года. Женился в 20 лет на 17-летней православной односельчанке Ефросинье Леонтьевне Гумецкой; брак зарегистрирован в ц. Архангела Михаила, с. Николо-Бабанка Єлисаветградского пов. Витязевской вол. Их дети Пелагия, Феодосия, Лидия, Анфиса, Николай, Ольга, Анна, вторая Ольга, Василий, Яков, внуки, правнуки и праправнуки представлены в проекте (картинка в центре, № 96).

Примечания:
1. * «…вероятно, в эпоху Александра I». Земли в Херсонской губернии Александр I жаловал в награду за усердную службу, в том числе лицам, отличившимся в Отечественную войну 1812 года и Заграничных походах. Например, Яворскому Григорию Ивановичу (1770—1834), генерал-штаб-доктору 1-й армии (1813-1820 гг), родом из киевских купцов, он пожаловал из казенных «пустопорожних» херсонских земель «в вечное и потомственное владение 3 тыс. 200 дес.». Только на обедневших родственников доктор и мог рассчитывать и способствовал переселению. Вопрос требует дальнейшего изучения, т.к. по его просьбе Николай I по именному указу сенату в 1829 году изменил пожалование и заменил на земли в Молдавии. Из биографии: Яворский Григорий Иванович, статский советник и Кавалер. Произведен в Коллежские Асессоры 24 апреля 1806 года. Определение Дворянского Депутатского Собрания о внесении его в Родословную книгу Херсонской губернии состоялось 1821 года 16 августа.
Источники: «Именной список лицам, жительствующим [в] Херсонской губернии, кои получили законную о своем дворянстве достоверность, по основаниям, изображенным в Высочайше утвержденном в 12 день февраля 1828 года мнении Государственного Совета» или «Родословная книга дворян Херсонской губернии» — охватывает период с 1811 по 1840 годы.
ФГУ РГИА Ф.1343 оп.51 д.585 л. 89; д.773, лл. 241 об, 242

Другие Яворские в Херсонской губернии.
Яворский Петр Степанович, род. в 1771 г.; участник русско-турецких войн (1787-1791, 1806-1812), войны с ПольшеЙ (1792-1794), Отечественной войны 1812 г. и Заграничного похода (1813-1814); «за отличную храбрость» награжден чинами, в том числе обер-офицером, дававшим право на потомственное дворянство. Был женат на Ульяне Никитичне, обер-офицерской дочери, их дети: дочери Катерина, Ерина и Елизавета, сыновья Виктор и Михаил. Семья православная, проживала в станице Новопетровской Бугского войска.
Указом Правит. Сената от 31 марта 1849 года за № 1386 род утвержден в дворянском достоинстве с внесением во 2-ю часть дворянской родословной книги Херсонской губернии. (Подробно о нем в разделе XI. Герои былых времен).

Яворский Михайло Петрович, род. 7 апреля 1816г., дворянин. Отец его, сотник Петр Степанович Яворский, произведен в Хорунжие 1810 года февраля 25, что видно из Формулярного о службе его списка. Определение Дворянского Депутатского Собрания о внесении его в Родословную книгу Херсонской губернии состоялось 1837 года 30 июля; указом Правительствующего Сената от 31 марта 1849 года за № 1386 род утвержден в дворянском достоинстве с внесением во 2-ю часть дворянской родословной книги Херсонской губернии.
Источники: ФГУ РГИА Ф.1343 оп.51 д.585 л. 89 об; д.773, лл. 244 об, 245.

Яворский Виктор Петрович, род. в 1812 г., участник русско-турецкой войны 1828-1829 гг. и кампании против польских мятежников в 1831г., из вольноопределяющихся Херсонской губернии. В службу вступил 16-летним юношей во 2-й Бугский уланский полк унтер-офицером 1-го апреля 1828 года, 1-го января 1830 года за отличие в сражении при крепости Шумле произведен корнетом, поручиком 1-го апреля 1833 года, штабс-ротмистром 26-го июня 1834 года; по личному прошению уволен от службы в 1835 году по ранению, «имея от рождения 23 года»; награжден серебряной медалью за Турецкую войну 1828-1829гг.; место жительства: Херсонская губ., Одесский уезд, с. Славяносербка; женат с 31 октября 1839 года на Марфе Федоровне Дунской из духовного звания, оба правосл. вероисп., от этого брака дети: сыновья Василий, Иван и дочь Нимфодора.
Указом Правительствующего Сената по Департаменту Герольдии от 21 декабря 1882 года за № 4416 род Яворских утвержден в дворянстве, внесен в Дворянскую родословную книгу Херсонской губ., 2-ю часть. (Подробно о нем в разделе XI. Герои былых времен).

Яворская Бригида Даниловна, штабс-ротмирша, муж: штабс-ротмистр Федор Антонович Яворский-2, герой русско-турецкой войны (1806-1812гг.), Отечественной войны 1812г. и Заграничного похода Русской армии в 1813-1814гг., отличившийся при взятии Парижа; награжден: знаком отличия Военного ордена св. Георгия (1810), орденами св. Анны 4-й ст. (1811) и св. Георгия 4 ст. (1814). Со службы уволен из-за болезни 14 мая 1816 года штабс-ротмистром (о нем и семье в разделе XI. Герои былых времен).
Указ Временного Присутствия Герольдии Правительствующего Сената о признании в дворянстве Бригиды Даниловны Яворской с сыновьями Александром, Иваном и Петром с внесением их в дворянскую родословную книгу Херсонской губернии во 2-ю ее часть последовал 2-го марта 1845 года за № 1421.
Источник: ФГУ РГИА Ф.1343 оп.51 д.585 л. 90; д.773, лл. 244 об, 245

Значко-Яворский Аполлон Максимович, капитан и Кавалер. В Полтавском Депутатском Собрании по рассмотрению доказательств о дворянстве его, Значко-Яворского, признан он в древнем дворянстве и внесен в Родословную книгу в 6-ю часть. Определение Дорянского Депутатского Собрания о внесении в Родословную книгу Херсонской губернии состоялось 1816 года июня 22.
Источники: «Именной список лицам, жительствующим [в] Херсонской губернии, кои получили законную о своем дворянстве достоверность, по основаниям, изображенным в Высочайше утвержденном в 12 день февраля 1828 года мнении Государственного Совета» или «Родословная книга дворян Херсонской губернии».
«Список дворянских родов Херсонской губернии, рассматривавшихся Департаментом Герольдии Правительствующего Сената до 1894 года».
ФГУ РГИА Ф.1343 оп.51 д.585 л. 29; д.773, лл. 73 об, 74

2.В Елисаветградском уезде Яворские имели в Еланецкой волости: деревню Крутоярка; в Ольгопольской волости: деревню Базилевичева и хутор Явкинцев; в Ольшанецкой волости: хутор Яворского и др. По состоянию на 1908/09 в списках землевладельцев Елисаветградского уезда значатся: мещанин Яворский Аким Харитонович, мещанин Яворский Иоанн Харитонович, мещанин Яворский Каленик Иванович и дворянин Яворский Тимофей Данилович.

3.В проекте Е.В. Ильиной (Масельской) установлена родственная связь с представителями семьи Яворских, показанной в родословной росписи Яворских, живущих ныне в Киргизии и других государствах, на нашем сайте: Родословная роспись…, № 47.

Основные источники:
1.Е.В. Ильина (Масельская). Истории наших дней и документы прошлого. Книга 15-ти родов… Рукопись. 2021.
2.Метрические книги разных лет (перечень по запросу)
3.Ревизские сказки разных лет (перечень по запросу)
4.Фрагменты исторических карт Херсонской губ.
5.Кировоградский Областной архив: Ф. 24 оп.1 д.3 Ново-Миргородская мещанская управа
Посемейный список мещанского христианского общества за 1874 г.
6.Кировоградский Областной архив: Отдел ЗАГС Бобринского райисполкома. Книга регистрации актов о рождении,
бракосочетании и смерти Херсонской консистории Архангело-Михайловской церкви д. Николо-Бабанки Елисаветградского
уезда Херсонской епархии за 1909,1910 гг.
7.**РГВИА Ф. 16196 оп. 1 д. Списки потерь солдат 16 стрелкового полка. Документ № 10305 на http://gwar.mil.ru/;
в описи 1, «Списках потерь солдат и офицеров Первой мировой войны 1914-1918 гг. по полкам и бригадам», значатся также:
-Яворский Алексей
6-й пехотный Кубанский полк, Картотека военнопленных
-Яворский Алексей
01.01.1895, 10-й пехотный полк, Картотека военнопленных
-Яворский Алексей
Дата события: 25.07.1917, 6-й пехотный запасный батальон, Картотека потерь
-Яворский Адам Семенович
44-й пехотный Камчатский полк, Картотека военнопленных
-Яворский Адольф Семенович
01.01.1893, Дата события: 30.06.1915 — 22.08.1915,43-й пехотный Охотский полк, Картотека военнопленных
-Яворский Адольф Семенович
01.01.1893, Дата события: 01.03.1915 — 20.10.1916,45-й пехотный Азовский полк, Картотека военнопленных
-Яворский Андрей Семенович
Дата события: 14.02.1916, рядовой, 52-й обозный батальон, Картотека потерь
-Яворский Адам Семенович
Дата события: 06.05.1915, рядовой, 14-й корпус 18-я бригада, Картотека потерь
-Яворский Алексей Стефанович
Дата выбытия: 25.06.1917, рядовой, 74-й пехотный Ставропольский полк, Картотека потерь
-Яворский Алексей Стефанович
Дата выбытия: 06.01.1916,7-й Ставропольский полк, Картотека потерь
-Яворский Александр Степанович
Дата события: 14.09.1916, прапорщик, 40-й Сибирский стрелковый полк, Именные списки потерь
-Яворский Александр Станиславович
Дата события: 20.06.1916, рядовой, 20-й пехотный Галицкий полк, Именные списки потерь
-Яворский Александр Сергеевич
01.01.1890, 280-й пехотный Сурский полк, Картотека военнопленных
-Яворский Александр Станиславович
Дата выбытия: 20.07.1916, рядовой, 20-й пехотный Галицкий полк, Картотека потерь
-Яворский Александр Степанович
Дата события: 25.06.1916, рядовой, 20-й пехотный Галицкий полк, Картотека потерь
-Яворский Антон Сергеевич
Дата события: 08.07.1917, рядовой, 617-й пехотный Зборовский полк, Именные списки потерь
-Яворский Андрей Стефанович
Дата события: 28.04.1915, рядовой, 208-й пехотный Лорийский полк, Именные списки потерь
-Яворский Антон Станиславович
Дата события: 08.11.1917, бомбардир, 16-я артиллерийская бригада, Картотека потерь
-Яворский Адольф Станиславович
Дата события: 22.09.1914 — 26.09.1914, рядовой, 273-й пехотный Богодуховский полк, Именные списки потерь
-Яворский Афанасий Степанович
Дата события: 18.09.1916, рядовой, 206-й пехотный Сальянский полк, Именные списки потерь
-Яворский Адольф Станиславович
Дата события: 03.06.1917, ефрейтор, 15-й воздухоплавательный отряд, Картотека потерь
-Яворский Антон Степанович
Дата события: 08.09.1917, рядовой, 30-й транспорт 6-й обозный батальон, Картотека потерь
-Яворский Адольф Станиславович
Дата выбытия: 24.09.1914, рядовой, 273-й пехотный Богодуховский полк, Картотека потерь
-Яворский Антон Степанович
рядовой, 6-й обозный батальон, Картотека потерь
-Яворский Антон Сильвестрович (Сильверстович)
Дата события: 03.11.1914, рядовой, 299-й пехотный Дубненский полк, Именные списки потерь
и еще многие, очень многие герои Первой мировой войны

Найдите на сайте gwar.mil.ru вашего родственника, набрав номинально фамилию, имя, отчество. Могут потребоваться др. сведения

Из письма фотографа и путешественника Елены Яворской: «Заветные желания даются нам вместе с силами на их осуществление»

Богдан Дмитриевич, добрый вечер!
Побывала на Вашем сайте и захотелось Вам написать, посоветоваться.
Меня зовут Яворская Елена Алексеевна. И я со своими двоюродными и троюродными сестрами и братьями занимаюсь поиском корней — ищем наших предков со стороны Яворских. К сожалению, исследовательского опыта явно не хватает, а советы с ряда генеалогических форумов и списки представителей Яворских результата пока не принесли.

Расскажу о нашей ветви Яворских.
Мой дед, Яворский Петр Николаевич, родился в 1896 году в селе Голодьки Хмельникской волости Литинского Уезда Подольской губернии (нынешняя Винницкая область Хмельницкий район) в семье Яворского Николая Филипповича (1860) и Варвары Никифоровны (1864).
По крайней мере, именно село Голодьки записано местом рождения моего деда в учетной карточке военкомата и на сайте обд Мемориал. Однако подтвердить (или опровергнуть это) мы не смогли, Метрические книги по данному населенному пункту есть, но записей в них о рождение Петра нет.
Аналогичная ситуация и с его братом Максимом, рожденным в 1902 году.

Как мы предполагаем, все это время семья жила в Подолье, а в период столыпинских реформ переселилась в Башкирию. Яворский Николай Филиппович один из первых поселенцев поселка Ново-Подольский Уфимского уезда, есть подворовая сельскохозяйственная перепись 1917 года. Благодаря этой переписи мы узнали примерные годы рождения своих прабабушки и прадедушки.
Дальше семья переселилась в Оренбуржье и в целом после этого ее история ясна и понятна. Дед Петр и его брат Максим участники войны 1941/1945 гг, мой дедушка к тому же прошел еще и Первую мировую, и Гражданскую войну.

Но нам хотелось бы выяснить хоть немного про нашего прадеда, Николая Филипповича Яворского. Знаем очень мало. Потому что слишком поздно начали поиски, когда старшего поколения нашего Рода уже нет с нами на этом свете. Из того, что могут рассказать те, кто еще жив: дед Николай Филиппович был крестьянином <...> он переселялся в Столыпинскую реформу…
Для справки замечу: наши предки, Яворские, переселялись вместе с другими семьями, с которыми затем жили в Подольском, а с некоторыми даже породнились. Это, помимо Яворских, например, семья Казенного Еремея Ефремовича и Владимирца Петра Кирилловича. Ехали семьи переселенцев в Башкирию: (помимо с. Голодьки) из Филиополя, Широкой Гребли и Томашполя (также селения Литинского Уезда Подольской губернии).
В общем, может быть Вы посоветуете, с чего начать поиски. Если нужны какие-то уточнения, с радостью отвечу на все Ваши вопросы.

2.Богдан Дмитриевич, добрый день!
Меня зовут Елена Яворская, и мы с вами переписывались по поводу «моих» Яворских, которых я так и не могу найти.
Правда, поиски не совсем безрезультатны. В том селе, которое записано местом рождения моего деда Яворского Петра Николаевича в 1896 году, жила в середине 19 века семья Яворских.
С 1853 года, а может немного ранее, в селе Голодьки Хмельникской волости Литинского уезда Подольской губернии жил однодворец Иван Васильевич Яворский (примерно 1809/1810 года рождения).
В 1853 году у него было двое детей: Пантелеймон 1831 г.р. и Феодосия 1833 г.р.
В 1858 году Феодосия Ивановна Яворская вышла замуж за солдата Ольвиопольского уланского полка Павла Слободяника.
Пантелеймон Иванович Яворский к 1872 году был женат на Доминикии Лаврентьевне и у них в 1872 году было четверо детей: Мария 1855 г.р., Феодосия 1858 г.р., Никита и Вера (видимо, близнецы) 1862 г.р. Сколько времени эти Яворские жили в Голодьках — не ясно. Но в метриках 1894-1897 гг. упоминаний этой фамилии нет. Возможно, мужчины поумирали ранее, а женщины были уже замужем.
Знаю только, что в начале 1909 года семья моего прадеда Яворского Николая [Филипповича] (двое сыновей Петр и Максим и жена Варвара) выехали на переселение в Башкирию. Тому есть документальное подтверждение из архива Башкирии (покупка земли переселенцами, в качестве места, откуда Николай Яворский с семьей прибыли, указаны Голодьки)…
Но увязать семью Николая [Филипповича] Яворского и потомков Ивана Васильевича Яворского я пока не смогла, так как в метриках села за 1894-1897 упоминаний о рождении моего деда нет. Пока не было возможности просмотреть метрики за другие годы, начиная с 1884-1894 и по 1897-1909 — год отъезда моих Яворских из Малороссии…

Данные об Иване Васильевиче Яворском и его семье находятся: Хмельницкий архив. 1872 год — Исповед. ведомости ф. 315 оп. 1 д. 11837; 1858 год — Исповед. ведомости Ф. 315 оп. 1 д. 8269; 1858 год — Метрические книги Ф.315 оп. 1 д. 8417

Б.Я. Ждем продолжения. Замечательные авторские работы Елены Алексеевны Яворской можно посмотреть на http://yoga.gallery.ru/
Пишите автору сайта или непосредственно Елене Алексеевне на: E-Lenka Яворская alenuchka2001@mail.ru

Из переписки: «…Мне 86 и своей родословной я начал заниматься с 2005 г. и, благодаря трудам уважаемого Богдана Дмитриевича и помощи работников Ейского архива Краснодарского края, узнал о своих предках, начиная с прадеда Николая Васильевича Яворского (1813-1900 г.г.)»

Мой прадед, Яворский Николай Васильевич (1813-1900), в 1843 г. венчался в церкви с.Никольского, Корочарского уезда Курской губ.
в 1850-х г. переселился в г.Ейск Краснодарского кр., где родились [дети]: Александр (1855-??), Константин (1856-??), Иван (1865-1920) и Стефан (1874-??). Мой дед, Александр Николаевич, рядовой запаса, в 1888 г. венчался в ейском Михайло Архангельском соборе с Анастасией Дедешко, в их браке родились: Владимир (1889-??), Зинаида (1894-1963), Фёдор (1900-1970), Анна (Ганна) (1901-1982) и мой отец, Яворский Павел Александрович (1903-1972).
Двоюродный брат моего отца Яворский Валериан Константинович подпоручик штаба 38 армейской дивизии в 1918 г. венчался в ейском соборе с Александрой Подушко и в 1919 году у них родился сын Виктор.
В.В. Яворский (1919-2008) Лауреат Гос. премий в области боеприпасов, 40 лет работал в Московском науч. исслед. механическом ин-те (НИМИ) (см. БСЭ).
[О Яворском Викторе Валериановиче (1919-2008) статья ниже - Б.Я.]

«Открываем» новое имя (сайт – www.yeisrraion.ru)

В архивный отдел МО Ейский район граждане часто обращаются с запросами об уточнении данных о рождении, браке и смерти давно умерших родственников. В ходе поиска дополнительной информации по одному из запросов в интернете архивистами была обнаружена информация о малоизвестном ейчанам уроженце города Ейска Яворском Викторе Валериановиче (1919-2008).
Наш земляк, Яворский В.В. — доктор технических наук, ему дважды присвоено звание Лауреата Государственной премии СССР. Он награждён орденами Ленина (1976 г.) и дважды (1966 г. и 1971 г.) Трудового Красного Знамени, почетный член (академик) Российской академии ракетных артиллерийских наук (РАРАН).
Виктор Валерианович родился 7 сентября 1919 года в г. Ейске. Его родителями были подпоручик 38-го армейского корпуса (белой армии генерала Деникина) Валериан Константинович Яворский и Александра Афанасьевна, происходившая из знаменитой в Ейске купеческо-мещанской семьи Подушко.
В 1937 году он с отличием окончил среднюю общеобразовательную школу и поступил в Московский авиационный институт им. Серго Орджоникидзе (МАИ). В 1943 году окончил полный курс МАИ и ему была присвоена квалификация инженера — технолога по специальности «Вооружение самолетов». Трудился на различных военных заводах. Начал работать с 1954 г. в Научно-исследовательском машиностроительном институте (НИМИ), где и проработал более 50 лет. Из них 29 лет — главным конструктором.
Виктор Валерианович один из основателей и создателей гладкоствольной танковой и противотанковой артиллерии. Конструктор и ученый в области создания бронебойных оперенных подкалиберных снарядов (БОПС), он во главе коллектива конструкторов в короткие сроки создал и сдал на вооружение армии снаряды к гладкоствольным танковым пушкам У-5ТС, Д-81, гладкоствольной противотанковой пушке Т-12, а также нарезной танковой пушке Д-10Т».

1734-1763 Август III, или Август III Саксонец (польск. August III Sas, (р. 7.10.1696 — ум. 5.10.1763), король Речи Посполитой, курфюрст саксонский с 1733 как Фридрих Август II. Сын и наследник Августа II Сильного и Кристианы Эбергардины Бранденбург-Байрейтской*. Женат на эрцгерцогине Марии Иозефе (Жозефе), дочери императора Иосифа I. Короновался в Кракове 17 января 1734 года.

Воспитан матерью в духе лютеранской (протестантской) церкви. В 1712 году, путешествуя по Европе: Германии, Франции и Италии, был тайно обращён в католицизм. В 1719 году женился на Марии Жозефе Австрийской (1699—1757), дочери императора Иосифа I. В браке родились 14 детей, трое умерли в детстве.
Польский историк так характеризовал своего короля: «Август III, навязанный Польше Россией и Австрией, был тупым и опустившимся лентяем. Не считая охоты, которой он отдавался со всей страстью, он вел жалкую жизнь, разнообразя ее резанием бумаги или стрельбой в собак, которых приводили под окна королевского дворца. У него не было тяготения к разврату, которым отличался его отец; но зато у него не было и политической энергии и подвижности отца. В общественных делах он во всем полагался на своих саксонских министров… Вся система Августа III сводилась к подчинению России…»¹⁰⁴. Вскоре после вступления его на престол созванный в Варшаве 9 июля 1736 года пацификационный сейм завершил внутренний конфликт – «войну за польское наследство» в Речи Посполитой, подтвердив избрание королем Августа III. Сейм предоставил ему право назначить герцогом Курляндии кандидата, получившего одобрение местной знати, России и Пруссии. Им стал кандидат от России – «не формально законный, а фактический муж» российской императрицы Анны Иоанновны**, барон Эрнст Иоганн Бирон, — зловещая фигура в истории Российской империи периода 1730-1740 гг. под названием «бироновщина», периода «методического государственного террора», — писал историк, богослов, общ. и гос. деятель в «Истории Русской Церкви» А.В. Карташев»¹⁰⁵.
Правление Августа III – время политического кризиса Речи Посполитой. Будучи обязанным своей короной России и Австрии, Польша фактически не принимала участия в европейских событиях — ни в войне за австрийское наследство, ни в Семилетней войне (1756-1763), которая велась с одной стороны: Австрией, Францией, Россией, Испанией, Саксонией и Швецией, а с другой — Пруссией, Великобританией (в унии с Ганновером) и Португалией. Страна находилась в состоянии международного унижения, «внутреннего безнарядья», деморализации общества и политической анархии. Слабая власть – слабо и государство, что было на руку сильным деятелям Европы: Пруссии, Австрии, России…
…В Семилетнюю войну король Пруссии находился на вершине славы и достижений, придерживаясь своих стратегических принципов. В войну он вступил с осознанным чувством «безусловного превосходства» над противниками. Основное противостояние происходило между Австрией и Пруссией из-за Силезии. «За десятилетний период мира он увеличил и улучшил свою армию в значительно большей степени, чем его противники. Постройка его крепостей в Силезии была закончена. В его государственной казне лежало 16 миллионов талеров наличными, и он рассчитывал немедленно оккупировать и присоединить к Пруссии богатое курфюршество Саксонское с его ресурсами. <…> В отношении политики король рассчитывал, что Франция, памятуя о старом соперничестве между домами Габсбургов и Бурбонов, окажет Австрии лишь умеренную поддержку <…> Россию он рассчитывал удержать при посредстве Англии…»¹⁰⁶ (Г. Дельбрюк. С. 771).
После присоединения России в 1757 г. к Версальскому союзному договору к антипрусской коалиции примкнули Швеция и Саксония. Участие России в Семилетней войне с Пруссией было «продиктовано подписанными союзными договорами с Францией и Австрией и реальной угрозой ее владениям в Прибалтике». В 1759 г. произошла крупнейшая битва Семилетней войны при Кунерсдорфе, в которой русско-австрийские войска под командованием графа П.С. Салтыкова разгромили «непобедимую» прусскую армию Фридриха II, а сам король едва не попал в плен. После беспорядочного бегства с поля битвы прусской армии, писал историк А.В. Шишов, «У Фридриха II от 48-тысячной армии в итоге бегства осталось всего три тысячи человек». Король был в отчаянии, на следующий день после битвы он писал в Берлин: «…Все бежит, и у меня нет больше власти над войском…»¹⁰⁷. Что миф о непобедимости прусской армии, это лишь миф, созданный прусско-немецкими историками и генералами, подтверждает английский историк Джеймс Хоус. В «Краткой истории Германии» пишет: — «На самом деле Фридрих не раз терпел поражение в битвах с русскими и австрийскими войсками. После того как его армия была разгромлена в битве при Кунерсдорфе (1759), он в отчаянии писал своему министру…: «Все потеряно. Гибели своего отечества я не переживу. Прощайте навсегда»¹⁰⁸ (Джеймс Хоус. С. 101). Но Фридриху везло…
В 1760 г. граф П.С. Салтыков (с 18 августа 1759 — генерал-фельдмаршал) передовым корпусом генерал-поручика графа З.Г. Чернышева 28 сентября занял столицу Фридриха II; Берлин капитулировал, уплатив огромную контрибуцию и потеряв почти весь арсенал… Европа вздрогнула. «Вольтер писал из Парижа фавориту императрицы Елизаветы Петровны графу Ивану Шувалову: «Приход вашей армии в Берлин производит значительно большее впечатление, чем все оперы Метастазио…»(А.В. Шишов. С. 187). В 1761 г. Пруссия была уже на грани катастрофы. Несмотря на победы под Лигницем и Торгау, положение Пруссии стало хуже, чем после Кунерсдорфа и Максена. Фридрих II «уже не может давать сражений, укрывает свою армию за полевыми укреплениями (Бунцельвиц) и одну за другой теряет свои крепости — Глац, Швейдниц, Кольберг». А «… австрийцы настолько истощили свои силы, что Мария Терезия решается сократить численность своей армии (в декабре 1761 г.), которую она уже дольше не в состоянии ни содержать, ни оплачивать. Каждый полк должен был распустить по две роты; офицеры увольнялись с половинным окладом…»¹⁰⁹ (Г. Дельбрюк. С. 780). Пруссия же держалась за счет английских щедрот — поддержи субсидиями Англией, вовлеченной в войну с Францией. 25 декабря 1761 г. (5 января 1762 г.) умерла императрица Елизавета I. Ее смерть существенным образом изменила обстановку на театре военных действий. Взошедший на престол Петр III, заключил союз с Фридрихом II, порвав отношения с австрийцами. «Сам Фридрих, — читаем у английского историка Джеймса Хоуса, — назвал эти события «чудом Бранденбургского дома», но позднее те, кто прославлял прусскую армию, старались не вспоминать об этом удивительном стечении обстоятельств, которое имело мало общего с непобедимым образом страны». Несмотря на численный перевес и отдельные успехи Пруссии, «цель, ради которой Фридрих шесть лет тому назад предпринял войну, — приобретение Саксонии — была теперь недостижима ни при каких обстоятельствах. Разговор шел о том, чтобы добиться status quo ante (довоенного положения), а на это можно было рассчитывать и без новых сражений»¹¹⁰ (Г. Дельбрюк. С. 781). Коалиция государств стала рассыпаться. Россия вышла из войны первой. Вскоре вышла из войны Швеция, Франция заключила перемирие с Англией. Война завершилась победой англо-прусской коалиции в результате полного истощения сил и средств воюющих сторон. В итоге: Австрия не вернула себе Силезию, Россия по Петербургскому миру, заключённому Петром III 24 апреля (5 мая) 1762 г., не приобрела в этой войне тоже ничего, Франция потеряла Канаду, Восточную Луизиану, большую часть французских владений в Индии. Военное противостояние начиналось между Австрией и Пруссией из-за Силезии, а главный итог Семилетней войны — победа Англии над Францией в борьбе за колониальное и торговое превосходство.
Вскоре бывшие враги Пруссия, Австрия и Россия наладили отношения на ниве раздела польско-литовского государства — Речи Посполитой в 1772-1795 гг. и мы продолжаем следить за судьбой Галицкой земли дальше.

Примечания
*Кристиана Байрейтская cупруга Августа Сильного, курфюрстина саксонская, с 1697 года титулярная королева Польши; была крёстной матерью «арапа Петра Великого» Абрама Петровича (Ганнибала), крестным отцом — Петр I.
**Анна Иоанновна (1693-1740), — вторая дочь царя Ивана V Алексеевича и царицы Прасковьи Федоровны, ур. Салтыковой; в официальном браке была за Фридрихом Вильгельмом, герцогом Курляндским, овдовела в 1711 г. в возрасте 17 лет. До 1730 года жила в Митаве. Переговоры по политическим соображениям Петра I, а затем Екатерины I и Петра II, с иностранными принцами о новом браке ни к чему не привели. В 1720 г. вдовствующая герцогиня Курляндская сблизилась с Бироном, попавшим на службу к ее двору двумя годами раньше, благодаря Г.К. Кейзерлингу, будущему гос. деятелю и дипломату России, ревностному защитнику православных в Польше. В 1724-м Бирон стал ее фаворитом, а с воцарением Анны Иоанновны на престоле России — неограниченным правителем, не занимая официально никакого поста в правительстве или Кабинете императрицы. По словам историка А.В. Карташева «Бирон влиял на дела только интимно». Но как влиял! «Куда какое это злое время было! — вспоминала одна из жертв «бироновщины» княгиня Наталья Борисовна Долгорукова, дочь г.-фельдмаршала графа Бориса Петровича Шереметьева в «Своеручных записках» о помолвке, свадьбе с князем Иваном Долгоруковым и отъезде Долгоруких в изгнание, датированных 1767 годом, 12 января. — Мне кажетца, при антихристе не тошнее тово будет. Кажетца, в те дни и солнце не светило. Кровь вся закипит, когда вспомню, какая это подлая душа, какие столбы поколебала, до основания разорил, и доднесь не можем исправитца. Что же до меня касаетца, в здешнем свете на веки пропала!… Боже, дай мне все это забыть! <...> Как скоро вступила в самодержавство [Анна Иоанновна - Б.Я.], так и стала искоренять нашу фамилию. Не так бы она злобна была на нас, да фаворит ее, который был безотлучно при ней, он старался наш род истребить, чтоб ево на свете не было, по той злобе: когда ее выбирали на престол, то между протчими пунктами [кондиций, ограничивавших самодержавную власть - Б.Я.] написано было, чтоб оного фаворита, который при ней был камергером, в наше государство не ввозить…».
Обратимся к началу событий, в которые оказалась вовлеченной тогда еще графиня Наталия Борисовна Шереметьева (род. 17(28).01.1714, Москва — ум. 3(14).07.1771, Киев, Свято-Фроловский монастырь; погребена в соборе Киевской лавры), в изложении князя Петра Владимировича Долгорукова. «…юная Наталия, прелестная, милая, наделенная нежной и любящей душой, умная, являла собой образец красоты душевной и физической. Ей было 15 лет, когда ее руки просил всемогущий в ту пору человек, обер-камергер, красивый 21-летний князь Иван Долгоруков. Она влюбилась в него и была счастлива уступить советам своих братьев, сестер и всех своих родственников, из честолюбия страстно желавших этого брака… Помолвка состоялась в особняке Шереметьева (на улице Воздвиженке), в среду 2 декабря 1729 года; она проходила с изрядной пышностью, в присутствии императора, двора и высшего московского общества. Вся семья Шереметьевых, вся родня и все друзья припадали к ногам невесты, расточая похвалы и льстивые речи, заранее взывая к ее покровительству и доброте…
Но 19 января [1730 года] Петр II сошел в могилу; влияние князя Ивана рассеялось, а вскоре начались и гонения на Долгоруковых. Тогда вся семья графини Натальи начала ее преследовать, убеждая отказаться от этого брака, но благородная и смелая девица осталась стойкой и непоколебимой. Ее братья, сестры, зятья, вся родня (кроме двух престарелых вдов — дальних родственниц) отказались присутствовать на свадьбе. А на следующий день Долгоруковы получили приказ об отъезде в ссылку; никто не пришел проститься с молодой женщиной…». Конечным местом суровой ссылки князя Алексея Долгорукова и его семьи был Березов, куда они прибыли в сентябре 1730 года и помещены в городском остроге. После смерти родителей в Березове главой семьи стал их сын князь Иван Долгоруков, муж Натальи Борисовны. Вместе с другими детьми Алексея Долгорукова, в том числе Екатериной, бывшей невестой императора Петра II, они продолжали содержаться в ссылке. Из знаменитых «Записок» князя Петра Долгорукова известно о доносе на Долгоруковых, по которому в мае 1738 года в Березов прибыл посланец правительства. Сразу после его отъезда по оставленному приказу «князь Иван был разлучен с семьей и брошен в тесную темницу… Княгиня Наталья добилась разрешения…, чтобы разговаривать с мужем через небольшое окошко тюрьмы и передавать ему съестное.
В сентябре, темной дождливой ночью, к берегу Сосьвы причалило судно: с него сошли солдаты и произвели тридцать один арест» по расследованию условий содержания Долгоруких в остроге. Среди арестованных были: князь Иван, воевода Бобровский, майор Петров, пятеро священников и др. лица, пытавшиеся облегчить участь пленников.
В тюрьме Тобольска князя Ивана «приковали цепью к стене, руки и ноги сковали кандалами, не давали спать и довели до такого нервного возбуждения», что он заговорил об изготовлении подложного завещания императора Петра II в Москве в январе 1730 года. Это послужило поводом для Бирона перевести в Новгород князя Ивана, его братьев, сестер и дядей Сергея и Ивана из Березова, а князя Василия Лукича из Соловецкого монастыря для допроса…
Общие итоги следствия по Долгоруковым были ужасны: «…князь Иван приговаривался к четвертованию; его дядья, князья Сергей и Иван, и князь Василий Лукич — обезглавливанию; Фельдмаршал Долгоруков и его брат Михаил — к конфискации имущества и заточению, один в Соловецком монастыре, другой — в Шлиссельбургской крепости. Одного из братьев князя Ивана, 26-летнего Николая, приговорили к урезанию языка и к ссылке на каторгу в Охотск; 23-летнего Алексея пожизненно сослали на Камчатку простым матросом; Александра, которому был 21 год, сослали на каторгу на Камчатку; всех троих братьев били кнутом, а их трех сестер [Елену, Анну, Екатерину] заточили в монастыри. Из четырех двоюродных братьев, детей князя Сергея, двоих старших, Николая и Петра, забрили простыми солдатами; двоих младших, Григория и Василия, определили учиться ремеслу: младшего, Василия [позднее он стал покорителем Крыма] поместили к кузнецу с запретом обучать его чтению и письму».
Казнили приговоренных 8 ноября 1739 года, примерно в одной версте от Новгорода, в болотистом месте, где находилось Скудельничье кладбище — общее место погребения вне святой земли (вне кладбища), где погребают самоубийц, опойц, утопленников (Прим. к Главе XI. C. 599).
Только с воцарением на престоле Елизаветы Петровны участь Долгоруких изменилась к лучшему.
(Записки князя Петра Долгорукова. СПб.: ИЦ «Гуманитарная Академия», 2007. С. 395,396,405,406,407,428-430).

1763(4)-1795 Станислав II Понятовский, или Станислав Август (герба) Циолэк Понятовский, (род. 17.01.1732, д. Волчин, Берестейское воеводство, Речь Посполитая – ум. 02. 1798, Санкт-Петербург, Мраморный дворец; погребен в костеле св. Екатерины, в 1938 перезахоронен в Волчине), последний король польский и великий князь литовский. Четвёртый сын воеводы мазовецкого, каштеляна краковского Станислава Понятовского (1676—1762) и его второй супруги, княжны Констанции Чарторыской (Чарторыйской) (1696—1759). Официально в браке не состоял. Имел внебрачных детей. 7 сентября 1764 г. на сейме — единогласное избрание. Короновался в Варшаве; на коронацию «явился не в панцире и не в польском костюме, а в иноземном, старонемецком одеянии». 25 ноября 1795 г. подписал акт отречения; до смерти Екатерины II жил в Гродно, Павел I переселил в Санкт-Петербург, относился к нему дружески, под резиденцию отдал Мраморный дворец; после смерти Станислава Августа и погребения в костеле св. Екатерины на Невском император поставил ему памятник.

При поддержке императрицы Екатерины II, Станислав Понятовский был избран королём. Это был «умный, образованный, патриотически и реформистски настроенный, но слабый и нерешительный вельможа» (Ярослав Шимов). В первые годы правления Станислав Август пытался провести государственные реформы. Он основал Рыцарскую школу (аналог Кадетского корпуса Российской империи), начал формировать дипломатическую службу для создания представительств при дворах Европы и Оттоманской империи. 7 мая 1765 года был учреждён Орден Святого Станислава — второй по значимости польский орден после Ордена Белого орла. Вместе с партией «Фамилия» Чарторыйских (Чарторыских) король попытался реформировать малоэффективное правительство, передав часть полномочий гетманов и казначеев комиссиям, созданным сеймом и несшим ответственность перед королём. В армии стали внедряться новые виды вооружения; стала возрастать роль пехоты. Позже в своих мемуарах Понятовский назвал это время «годами надежд».
Однако реформы в Речи Посполитой не устраивали Российскую империю, Пруссию и Австрию. Им нужен был большой, но слабый сосед…
…Немецкий историк Ганс Дельбрюк так характеризовал политическое состояние Европы в это время: «По окончании Семилетней войны политические организмы впали в своего рода оцепенение. Колоссальная борьба этих семи лет закончилась, не внеся ни территориальных изменений в Европе, ни перемещений в соотношении сил. Державы поняв, что они не могут нанести друг другу существенного ущерба, стали пытаться прийти к взаимному соглашению, не прибегая к решениям силой оружия. Первый раздел Польши, отторгнувший от нее Западную Пруссию, Галицию и обширные восточные области, был произведен путем дипломатических переговоров»¹¹¹.
Для России всегда был важен прежде других вопрос воссоединения Западной Руси с Русским государством; он в той или иной форме витал и жил в памяти — на протяжении веков то усиливаясь, то утихая: «так он стал еще в XV в. и полтора столетия разрешался в том же направлении; так его понимали и в самой Западной России в половине XVIII в.»¹¹² Но со смертью короля Августа III в русской политике этот вопрос постепенно сошел на нет. Его заменяли вопросы «о гарантии, диссидентах, конфедерациях». Используя дипломатию как метод достижения целей вместо применения военной силы, «русский кабинет сначала довольствовался (думал только) исправлением границы с польской стороны», а Пруссию за содействие в польских делах предполагал вознаградить «каким-нибудь территориальным вознаграждением». Все планы изменила русско-турецкая война. «Фридрих сперва испугался этой войны, опасаясь, что Австрия, злобясь на русско-прусский союз, вмешается в нее, станет за Турцию, впутает и Пруссию. С целью отклонить эту опасность из Берлина с самого начала войны и была пущена в ход мысль о разделе Польши. Эта идея ничья; она сложилась сама собой из всего строя, быта и соседского окружения Речи Посполитой и носилась в дипломатических кругах давно»¹¹³, — делает вывод русский историк В.О. Ключевский.
А что же важнейшим было для Пруссии? «При деде и отце Фридриха II три раза предлагали Петру I раздел Польши, и всегда непременно с уступкой прусскому королю Западной Пруссии, отделявшей досадным промежутком Бранденбург от Восточной Пруссии. Фридриху принадлежит не сама идея, а ее практическая разработка. Он сам признавался, что, страшась усиления России, он попробовал без войны, без жертв и риска, только ловкостью извлечь пользу из ее успехов. Война России с Турцией дала ему желанный случай, который он, по его выражению, ухватил за волосы»¹¹⁴, — продолжает анализ предыстории раздела Польши ученый. И действительно, к этой идее Фридрих стал склоняться уже в Семилетнюю войну. В течение последних двух кампаний 1761 и 1762 гг. он не дал ни одного сражения, несмотря на свое численное превосходство в 1762 г. и приблизительное равенство сил во время войны за Баварское наследство в 1778 г.
«По его [Фридриха II] плану к союзу России с Пруссией привлекалась враждебная им обеим Австрия для дипломатического – только отнюдь не вооруженного – содействия России в войне с Турцией, и все три державы получали земельное вознаграждение не от Турции, а от Польши, подавшей повод к войне».
Три года длились переговоры держав по разделу польских земель, «перетасовывая области и население, как игральные карты». А каковы итоги игры? «Молдавия и Валахия, христианские княжества, отвоеванные у турок русскими войсками, возвращались именно по настоянию Фридриха, союзника, под турецкое иго, освобождение от которого им было торжественно обещано, а взамен этой уступки русский кабинет, обязавшись охранять территориальную целостность христианской Польши от хищных соседей, заставил Россию вместе с ними участвовать в ее расхищении.
Вышло так, что одни польские области отходили к России взамен турецких за военные издержки и победы, а другие – к Пруссии и Австрии так, ни за что, или к первой как бы за комиссию и за новую постановку дела, за фасон, а ко второй в виде отступного за вражду к России, вызванную ее союзом с той же Пруссией*. <…> По вине Фридриха победы 1770 г. принесли России больше славы, чем пользы. Екатерина выходила из первой турецкой войны и из первого раздела Польши с независимыми татарами, с Белоруссией и большим нравственным поражением, возбудив и не оправдав столько надежд в Польше, в Западной России, в Молдавии и Валахии, в Черногории, в Морее»¹¹⁵.
А как противилась сама Польша накануне, когда окончательно решалась ее судьба между Пруссией, Австрией и Россией? По словам молодого короля Швеции Густава III, где сеймовые неурядицы в стране напоминали польские, писал: — «Польские известия все те же: анархия и подкуп! То же будет и с нами, если не поможем себе сильными мерами». И незамедлительно приступил к «сильным мерам», чего боялась Россия, так как «шведский переворот мог привести к войне более опасной и тяжелой, чем война с польскими конфедератами». А несколько раньше, на принятые в Варшаве королем и сенатом решения обратиться за покровительством к Екатерине II с целью защиты от посягательств и провокаций со стороны Фридриха II, он записал в своем журнале следующие слова: — «Ах, Станислав-Август! Ты не король и даже не гражданин! Умри для спасения независимости отечества, а не принимай недостойного ига в пустой надежде сохранить тень могущества, которую указ из Москвы заставит исчезнуть»¹¹⁶.
Станислав-Август Понятовский пытался изменить тактику отношений с Россией, стал отдаляться с началом турецкой войны, предпринимал шаги против раздела в надежде, что «Западная Европа не останется равнодушной к смелому делу Восточной». Он направил протест во Францию. И во Франции нашел поддержку, но начавшиеся против Жуазеля – главы французской дипломатии — интриги, посредством графини Дюбарри, ставшей любовницей Людовика XV, привели к его замене на герцога Эгильона. Значение Франции в делах Европы значительно упало. Если Мария-Терезия Австрийская первоначально противилась приступать к разделу Польши, боясь, «что скажет Франция, что скажет Испания, Англия, когда мы теперь вдруг так тесно соединимся с теми, которых мы так сильно желали сдерживать и которых поведение объявляли несправедливым?», то теперь, когда Южный союз – Австро-Франко-Испания — после удаления от дел Шуазеля в 1770 году перестал быть деятельным, Австрия перестала бояться Франции и смело добивалась Галиции с соляными варницами Велички и Бохни (в Западной Галиции) и города Львова. Против раздела Польши не было протеста и со стороны Англии, несмотря на попытки Франции сделать совместный протест.
По трактатам от 5 августа 1772 года к России отходили воеводства: «Инфлянтское (Ливонское), Полоцкое, за исключением небольшой части по левой стороне Двины, Витебское без Оршанского повета, Мстиславское и часть Минского — всего 1 692 кв. мили. Австрии достались княжества: Освенцимское и Заторское, южные части воеводств Краковского и Сандомирского, русское воеводство без Холмской земли и Белзское — всего, кроме Спижа, 1 508 кв. миль. Пруссия забрала Вармию, Поморское воеводство без Гданьска, Мальборкское, Хелминское без Торуня и Великопольские поветы по Нотец — всего 660 кв. миль. Из всего своего пространства (13 300 кв. миль) Речь Посполитая потеряла 3 860 кв. миль с четырьмя миллионами населения»¹¹⁷. Оставалось лишь ратифицировать трактаты, привести новых подданных к присяге перед комиссарами: русским в Полоцке, прусским — в Мальборге, австрийским — во Львове** и закрепить юридически раздел на чрезвычайном сейме. Фактом остается то, что оккупация польских земель не встретила никакого сопротивления со стороны населения. Объяснить такое можно: общим разорением народа, социальным, сословным и религиозным разобщением; а разорению масс сопутствовало и падение духа, который был обессилен напрасно понесенными жертвами четыре года длившегося противостояния, и, наконец, «сломлен отсутствием веры в возможность спастись своими силами». Всяк обыватель знает, что для выживания нации требуются — сильная государственная власть, воля государя исполнить свое предназначение, единство и патриотический настрой. А Польша, из-за своей дурной политики в сословный период правления, религиозного неравенства, корысти, высокомерия, чванства тех, кто обязан был по долгу служить на укрепление страны, лишилась всего этого. Польский историк писал: «Когда апатия овладела обществом Станислав Август написал письма королям Франции, Испании, Португалии, Сардинии, Англии и Голландии, призывая их на помощь. Он не видел возможности сопротивляться силам тройного нашествия, однако думал, что захват страны союзниками еще не есть последний акт дела, которое может вызвать протест Европы и всеобщую войну…». Но, увы! Надежды на заграничную помощь не оправдались. Единственное что удалось королю и сенату — отодвинуть на время созыв сейма после неудавшейся попытки созыва 6 октября 1772 года, на который прибыло только 28 сенаторов и высказавших разные советы королю: одни — созвать «посполитое рушение», другие — «без сопротивления подчиниться требованиям держав-завоевательниц, большинство же высказалось за то, чтобы обратиться к дипломатическим средствам и выжидать». Это означало отказ созыва сейма, от которого требовалось узаконение раздела и отречения Речи Посполитой от отторгаемых земель. Последовал гнев чрезвычайных послов союзников. Под угрозой низвержения короля с престола, устрашающего ареста Красиньского, вызвавшего панику среди сенаторов, подкупов и откровенного предательства «ничтожных» депутатов во главе с депутатом от ВКЛ, «одним из отвратительнейших людей Польши XVIII века»¹¹⁸, великим коронным кухмистром Адамом (герба) Лодзя Пониньским, дела о договорах по разделу Речи Посполитой удалось завершить. Король Станислав-Август Понятовский не исполнил своего предназначения, договоры 8 ноября 1773 года были ратифицированы…

…Более других результатами первого раздела радовались Австрия и Пруссия, Фридрих II торжествовал. Не могла не радоваться приобретению Белоруссии и Екатерина II. С.М. Соловьев писал: — «Но радость не могла быть полною; дело отзывалось горечью; здесь было блестящее завоевание, собирание русской земли, с одной стороны, а с другой – раздел!»¹¹⁹…

…Приведем фрагмент из «Русской истории» В.О. Ключевского относительно значения разделов Речи Посполитой.
«Сведем в польском вопросе конец с началом. Предстояло воссоединить Западную Русь; вместо того разделили Польшу. Очевидно, это различные по существу акты – первого требовал жизненный интерес русского народа; второй был делом международного насилия.
Решение не отвечало задаче. <…> Россия присоединила не только Западную Русь, но и Литву с Курляндией, зато Западную Русь не всю, уступив Галицию в немецкие руки. Рассказывали, что при первом разделе Екатерина плакала об этой уступке; 21 год спустя, при втором разделе, она спокойно говорила, что «со временем надобно выменять у императора Галицию, она ему некстати»; однако Галиция осталась за Австрией и после третьего раздела***.
Польша не была лишним членом в семье государств Северо-Восточной Европы, служа слабой посредницей между тремя сильными державами. Но освобожденная от ослаблявшей ее Западной Руси и преобразовав свой государственный строй … она могла бы сослужить добрую службу славянству…
Россия не присвоила ничего исконно польского, отобрала только свои старинные земли да часть Литвы, некогда прицепившей их к Польше.
Но с русским участием раздвинулось новой обширной могилой славянское кладбище, на котором и без того похоронено было столько наших соплеменников, западных славян. История указывала Екатерине возвратить от Польши то, что было за ней русского, но не внушала ей делиться Польшей с немцами. <…>
Наконец, уничтожение польского государства не избавило нас от борьбы с польским народом: не прошло 70 лет после третьего раздела Польши, а Россия уже три раза воевала с поляками (1812, 1831 и 1863)»¹²⁰.
Добавим — четвертый раз в 1919—1921 годах во время польско-советской войны. Сложными натянутыми отношения с Польшей остаются и ныне. Не могла Екатерина II предвидеть, с какой легкостью почти все возвращенные ею территории Россия через двести лет, в конце XX века, безвозвратно потеряет, будет отступать и уступать другие. Опомнится, придет в себя после «великих свершений» лишь во втором десятилетии века XXI-го.

Примечания
*Россия одновременно вела две войны — с польскими антидиссидентскими конфедератами и Турцией. 9 августа 1770 г. генеральная (верховная) конфедерационная власть провозгласила низложение Станислава Августа Понятовского и бескоролевье. Король обратился за защитой к России. Акт бескоролевья сработал против самих конфедератов, помешав объединить патриотические силы, а коронные войска получили приказ снова выступить против них. Паралельно с этими событиями: в 1769 г. Голицын овладел Хотиным, Румянцев — Молдавией и Валахией; Алексей Орлов сжег 26 июня 1770 г. турецкий флот при Чесме. За этими победами последовали морские победы на Архипелаге (Морее) и на суше в Бессарабии. В июне 1770 г Румянцев разбил турецкие армии при Ларге и Кагуле, взята крепость на Днестре — Бендеры. Последовали другие победы, в 1771г. Долгоруков прорвался через Перекоп в Крым и захватил крепости Кафу, Керчь и Еникале. Хан Селим-Гирей бежал в Турцию, а сменивший его хан Сагиб-Гирей заключил с Россией мир. Успехи России вызвали зависть и опасения со стороны Австрии и Пруссии, что могло вызвать еще одну войну, войну с Австрией. В этих условиях и проявил себя король Пруссии Фридрих II, внушивший Екатерине II и Марии Терезии «витавшую уже давно в дипломатических кругах» мысль о разделе Польши между тремя государствами.
**Принятие присяги на подданство Австрийской монархии от жителей Галиции происходило во Львове: «…от принятия присяги отказался только один староста Каицкий, другие же обыватели не только исполнили призыв, но даже выражали радость, что переходят из-под власти Понятовского под «славное господство императорского дома».
Белорусская шляхта в Полоцке выражала… благодарность императрице за то, что она задумала принять шляхту в состав своего государства.
В Великой Польше было немало шляхты, которая высказала готовность перейти в подданство прусского короля. Все жаждали мира, были готовы согласиться на правление завоевателей, лишь бы только избавиться от удручающей анархии», царившей в государстве. Многие семьи бежали из Польши в Венгрию, Силезию или Моравию. Воеводства, в которых не было сожженных или ограбленных деревень, были счастливым исключением.¹²¹.
***В результате трех разделов Польши:
первый — по разделу 1772 года – 6 февраля в Петербурге между Россией и Пруссией был подписан секретный пакт (конвенция, трактат), а 19 февраля в Вене от Австрии подписали император Иосиф II (соправитель) и его мать императрица Мария-Терезия. После завершения военной кампании уже 22 сентября к России отошли: Витебское, Полоцкое и Мстиславское воеводства (часть земель Белоруссии). Галиция отошла к Австрийской империи под власть Габсбургов — императоров Священной Римской империи. К Пруссии – Поморье без Гданьска и часть западных прусских земель;
второй — 23 января 1793 года между Россией и Пруссией подписан двухсторонний договор о дальнейшем разделе Польши. К России отошли украинские и белорусские территории: Киевское, Брацлавское, Подольское, Минское, часть Виленского воеводства и восточная часть Волыни.
К Пруссии отошли польские земли с городами Гданьск, Торунь и Познань.
третий — раздел 1795 года по договору между Австрией, Пруссией и Россией. Раздел закреплял русско-австрийско-прусскую границу с прекращением существования Речи Посполитой. «Земли, забранные Россией, — писал историк В. Грабеньский, — шли с юга по течению Буга до Немирова и старой прусской границе до Балтийского моря. Австрии досталось пространство между Пилицей, Вислой и Бугом. Пруссия заняла край между Пилицей, Бугом и Неманом»¹²².
К России отошли земли от Либавы до Ровно и Бреста: Литва (за исключением Занеманья, которое отошло Пруссии), Курляндия и западная Белоруссия с Брестом. Польшу поделили Пруссия (ей отошла и Варшава) и Австрия.
Основной вывод историков нашего времени, который вытекает из политики государств, участвовавших в разделах Речи Посполитой, состоит в следующем. «Разделы Речи Посполитой — явление сложное и противоречивое в своей основе. Они не могут быть однозначно оценены. В них сочетались весьма противоречивые факторы. И все же ведущим, главным моментом была ликвидация независимого, исторически сложившегося и имевшего возможность к развитию польско-литовского государства. Правда, условия жизни не позволили реализовать эту возможность. Со стороны Пруссии, Австрии и России это был акт экспансии, насильственного захвата. Эти три страны несли ответственность за историческую трагедию Речи Посполитой. <...>
Несомненно, что главная вина в падении Речи Посполитой лежит на польских и литовских магнатах и шляхте, разваливших страну изнутри, так и не понявших, что сохранить политические свободы невозможно без освобождения крестьянства и наделения его землей, без предоставления равных с католиками прав православным и протестантам, наконец, без крепкой законодательной и исполнительной власти, без понимания того, что свобода должна опираться на дисциплину и соблюдение законов» (История внешней политики России. Т.2; М.: Акад. проект; Парадигма, 2018. C. 196-197).
Четвертый раздел (передел) земли Речи Посполитой произошел по Тильзитскому мирному договору. 25 июня 1807 года на Немане произошла «театрализованная» встреча двух императоров: Франции и России. Подписанный в Тильзите (ныне г. Советск в Калининградской области России) 8 июля и ратифицированный на следующий день, 9 июля 1807 г., Наполеоном и Александром I мирный договор закрепил за Пруссией Бранденбург, Померанию, Силезию и Старую Пруссию, но без Данцига. Владения прусского короля Фридриха-Вильгельма III западнее Эльбы вошли в королевство Вестфалия (Анри Лашук. С. 320)¹²³. К России от Пруссии отошел Белостокский округ. Из польских земель, входивших в состав Пруссии, было образовано Великое герцогство Варшавское в полной зависимости от Франции и с населением 2400000 передано «в наследственную собственность саксонскому королю Фридриху-Августу III (1750-1827), тому самому, которому польский народ предлагал наследование после Понятовского. Город Данциг восстановил свой свободный статус, но теперь находился под двойным управлением — Пруссии и Саксонии. 22 июля 1807 года французский император даровал княжеству [герцогству] конституционную хартию»¹²⁴. Однако международно-правового признания герцогство Варшавское не получило.
Просуществовало Герцогство Варшавское до 1813 года. В результате перераспределения польских земель Венским конгрессом Галиция и часть Малой Польши с Краковом остались за Австрией.
C 1815 до 1918 гг. Польша — Царство (Королевство) Польское — в составе Российской империи. Александр I 25 мая 1815 г. подписал в Вене Основания конституции и назначил комиссию для составления ее проекта, 27 ноября 1815 г. в Варшавском замке даровал Конституционный устав, а 15 марта 1818 г. лично открыл Сейм Республики Польша, представлявший законодательную власть.. Российский император становился одновременно и польским царем (королем). Свои властные полномочия осуществлял через институт наместничества. Первым царским наместником в Варшаве с титулом вице-короля стал Юзеф Зайончек, польский и русский генерал, с широкими конституционными правами. Внешняя политика оставалась за императором.

1704-1709 Cтанислав I Лещинский, (р. 20.10.1677, Львов — ум. 23.02.1766, Люневиль, Лотарингия), познанский воевода, король польский и великий князь литовский (1704-1709 и 1733-1734); герцог Лотарингии и герцогства Бар (1737-1766); с 1725 г. его дочь, Мария Лещинская — жена французского короля Людовика XV, в 1766 герцогиня Лотарингии и Бар.

Главным кандидатом Карла XII на престол Польши был Яков Собеский, старший сын короля Яна III Собеского и Марии Казимиры, но тот вместе с братом Константином по приказу Августа II подвергся нападению по пути из Вроцлава и был отвезен в саксонскую крепость Плейзенбург. Александр Собеский, третий сын, сам отказался от претензий на корону. В результате Карл XII выставил кандидатуру познанского воеводы Станислава Лещинского. «12 июля 1704 года в окопах Воли, окруженных шведским войском, малочисленный съезд шляхты избрал королем Станислава Лещинского, которого из-за отказа примаса [церковный иерарх римо-кат. церкви Польши] и объявил королем Познанский епископ Николай Свенцицкий». Поддержала и часть литовских феодалов во главе с Сапегами. Но основная масса шляхты избрание Станислава Лещинского на престол не поддержала — под руководством Григория Огинского она вела со шведами упорную борьбу за независимость. Пышная коронация Станислава Лещинского была устроена Карлом XII осенью 4 октября 1705 года в Варшаве; обряд совершал Львовский архиепископ Константин Зелиньский⁸⁵

1709-1733 Август II Сильный (Фридрих-Август I), избран второй раз.

После обнародования Альт-ранштедского мирного договора (1706 г.) Петр I «с грустью уяснил двуличный образ действий своего недавнего союзника и друга». Ему предстояло вступить в единоборство с Карлом XII. Считая, что главная цель России в войне со Швецией достигнута, царь склонялся к заключению мира, при условии сохранения завоеваний. Но Карл XII не соглашался на мир, прежде чем все завоеванные земли будут возвращены Швеции. К тому же и политическая обстановка складывалась в пользу Карла XII. В лице Станислава Лещинского, собиравшего сильное ополчение, шведский король приобрел ярого приверженца. «Начатые польским королем переговоры с Мазепой обещали, по-видимому, счастливый исход… Крымский хан также склонялся оказать помощь шведам»⁸⁶ (П.М. Андрианов).
Карл XII почти на целый год задержался в наследственных владениях Августа II в Саксонии, дав отдых войскам, а противнику — время для усиления, который располагал на его путях выдвинувшейся далеко на запад «90-тысячной сильной не только числом, но и устройством и боевым опытом армией». Андрианов писал, что к концу 1707 года русская армия располагалась «на широких зимних квартирах» следующим образом: конница Меншикова — в Жолкве; главные силы под командованием Шереметьева – между Острогом и Дубно; в Полоцке для наблюдения за Левенгауптом, находившимся в Риге, — особый отряд Алларта; в Ингрии – корпус Апраксина; Украина была вверена казакам Мазепы, при котором состояла бригада Анненкова и которому царь всецело доверял (до его предательства и последовавшего предания анафеме русской православной церковью сначала в Глухове, а затем в Москве м. Стефаном Яворским, когда Мазепа перешел с тремя тысячами сердюков, личной гвардией, на сторону Карла XII и в ставке последнего в селе Бахмач 24 октября 1708 г. присягнул королю “на верность»)*; в Киеве, Чернигове, Нежине и Переяславле – имелись русские гарнизоны, подчиненные Голицыну.
Точных сведений о намерениях противника в ставке русских войск не было, поэтому готовили армию и население к разным вариантам наступления шведов, целью которого была Москва.
…Петр I на совещании начальников в Жолкве (квартиры Меншикова) обсудил составленный Шереметевым стратегический план предстоявшей кампании, согласно которому стали решения: «1) не вступать со шведами в генеральное сражение в пределах Польши, а отходить к своим границам, так как неблагонадежность населения, в случае неудачного исхода сражения, могла подвергнуть армию при отступлении крайней опасности; 2) отступая под действительной угрозой врага, уничтожать запасы, чтобы создать для шведов затруднение в продовольствовании армии; 3) непрестанно тревожить врага легкими отрядами конницы, изнурять его на отдыхе»⁸⁷ (П.М. Андрианов). Это был план полководца Петра I, который немецкий историк Ганс Дельбрюк назвал бы «стратегией измора», против «стратегии сокрушения», придерживавшейся Карлом XII. Располагал ли шведский король достаточными силами и надежными союзниками, чтобы осуществить план захвата Москвы? Нет, не располагал. И не обладал главным качеством хорошего полководца, каким тот может считаться и считается по праву, — стратегическим мышлением. Его ошибочная стратегия в отношении России привела к поражению Швеции и гибели отличной армии.
Наступление Карл XII начал в конце декабря 1707 г. во главе главных сил — 35-тысячной армии (из общего числа 116 тыс., которыми он мог бы располагать); в Риге находился 16-тысячный корпус Левенгаупта, в Финляндии 15 тысячный отряд Либекера; ожидались подкрепления из Швеции ок. 8 тысяч. В Польше остались 8 тыс. генерала Крассова для поддержки трона Лещинского, а 42 тыс. стояли гарнизонами в Прибалтике, шведских владениях в Германии (Померании и Голштинии) и самой Швеции⁸⁸ (А.А. Керсновский). 29 декабря 1707 г., перейдя по льду у Влоцлавска Вислу, Карл XII двинулся в Мазовию; 26 января 1708 г. занял Гродно, вытеснив оттуда русских драгун. Из Гродно, после трехдневной остановки, — в Лиду и Сморгонь. Петр I, узнав о начале зимней кампании шведами, немедленно отдал распоряжение войскам отходить из Польши к своей границе, приводя в исполнение принятый план. Усилия армии направляются им на то, «в каком месте и каким образом удастся особенно чувствительно ущемить неприятеля, оградив собственную армию, страну и народ от ущерба. Он будет задаваться рядом вопросов: осадить ли ему такую-то крепость, занять ли известную позицию, отрезать ли противнику подвоз провианта, напасть ли на отделившуюся часть неприятельской армии, отвратить ли от неприятеля союзника, привлечь ли на собственную сторону союзника и, главное, не представляется ли условий и удобного случая нанести поражение главным силам противника»⁸⁹ (Ганс Дельбрюк). Эти слова немецкого историка Дельбрюка всецело можно отнести к полководческому таланту Петра I; не Карл XII вступит в Москву, но русская армия и флот – в шведские пределы.
…Курфюрст Саксонский — отрекшийся от престола Польши Август II — задумался о своем возвращении на польский трон. В. Грабеньский пишет: «Август II, надеясь на помощь Дании, Пруссии и Москвы, еще до Полтавской битвы объявил манифестом о своем возвращении в Польшу, ссылаясь на отступления от формы в Альт-ранштадтском трактате и на сеймовую конституцию 1669 г., запрещающую королю отрекаться от престола»⁹⁰.
…27 июня (8 июля по н. ст.) 1709 года Петр I нанес шведам сокрушительное поражение под Полтавой. Карл XII бежал в Турцию под защиту турецкого султана, его армия перестала существовать; бежал с ним и Мазепа «царь Петр предлагал великому муфтию султана 500 тысяч золотых талеров за выдачу Мазепы и 240 тысяч за выдачу Карла, но получил отказ… 22 августа 1709 года Мазепа умер от апоплексического удара в селе Вернице, близ Бендер… Тело его было перевезено в православный монастырь св. Георгия, на берегу Дуная, близ Галаца, где и погребено» (П. Маргушин).
Вскоре после Полтавской битвы Август II и Петр I встретились в Торуне и возобновили прежние союзные отношения. На Варшавском сейме 1710 года был санкционирован трактат Гжимултовского, не утвержденный до этого времени Речью Посполитой; этот договор обеспечивал свободу вероисповедания православным, а Петр I приобрел право покровительства «польским дизуниатам»⁹¹.
…Благодаря уступкам России, Август II укрепился на польском престоле, несмотря на происки шведского короля, находившегося при армии великого визиря Балтаджи-паши. Эти происки Карла XII толкнули Порту в ноябре 1710 года начать войну с Россией. «Петр, — писал Керсновский, — заручился союзом господарей Молдавии – Кантемира и Валахии – Бранкована и содействием Польши»⁹². Общие силы России и союзников могли при выполнении обязательств сторонами составлять до 300 000 тыс. чел. против 300 000 тыс. турецкой армии Балтаджи-паши, что, по мнению Петра I, обеспечивало «более чем достаточную силу для удержания за нами победы». Но многое пошло не так: обозы, шедшие из Киева, были перехвачены татарами, в Молдавии никаких продовольственных запасов не оказалось, молдавская армия испытывала трудности с укомплектованием…
Перейдя Днестр у Сорок, Петр I 20-го июня 1711 года созвал военный совет. На совете только генерал Галард высказал реалистичное мнение, что русская армия оказалась в «положении, в котором был Карл XII, вступая в Малороссию». Но решено — продолжать движение армии, надеясь на союзников, поляков и валахов, в Бессарабии и корпус Долгорукого.
«Испытывая большие затруднения от недостатка припасов, преодолевая зной, русская армия вступила в Бессарабию». Здесь выяснилось – польская армия и корпус Долгорукого остановились выжидательно в Буковине, Бранкован же, обязавшийся выставить 50 000 армию, просто передался туркам.
…При этих условиях произошли трудно объяснимые события. Первое – Балтаджи-паша, переоценивая силы Перта I, остановил продвижение своей армии у Исакчи. «Султан, опасаясь общего восстания христиан, — писал Керсновский, — предложил Петру мир при посредничестве патриарха Иерусалимского и Бранкована. Турция предлагала России все земли до Дуная: Новороссию с Очаковым, Бессарабию, Молдавию и Валахию… Петр I ответил отказом, совершив этим крупнейшую ошибку своего царствования». Второе – после боестолкновений 8-го и 9-го июля русская «армия была окружена в пять раз сильнейшим противником. Участь России была в руках великого визиря <…> Но Бог хранил Россию. Визирь Балтаджи[-паша] согласился на переговоры…», Петр I склонил его к миру и отступлению⁹³.
11-го июля 1711 года был заключен Прутский договор, по которому Россия возвращала Оттоманской Порте Азов и обязывалась срыть укрепления на Днепре и Дону и Таганрогскую крепость, а также — не вмешиваться в польские дела и дать пропуск Карлу XII в Швецию. При этом Карл XII не забыл про своего смещенного ставленника – Станислава Лещинского, «назначил резиденцией для него свое наследственное княжество Двух Мостов (Цвейбрюккен), не отказываясь от намерения возвратить ему престол»⁹⁴.
…Самого же Августа II не оставляла идея о преобразовании Речи Посполитой «в наследственную абсолютную монархию» при поддержке саксонских войск, от которых на самом деле так долго страдала вся страна. В 1715 г. образовалась Тарногродская генеральная конфедерация под предводительством Станислава Ледоховского, которая потребовала от короля удаления из Польши саксонских войск. Арбитром в примирении враждующих сторон выбрали Петра I. После ввода русских войск на Волынь удалось заключить в 1716 г. Варшавский трактат, который обязывал саксонцев покинуть польские земли и уменьшить число коронного войска до 18 000, литовского – до 6 000. 31 декабря 1717 г. сейм, созванный в Варшаве, «без прений утвердил навязанный царем трактат»⁹⁵. Август II прибегнул к дипломатическим маневрам против царя, начав переговоры с Австрией и Англией. Петр I ответил сближением с прусским королем Фридрихом Вильгельмом I. После внезапной смерти (6 января 1711 г.) курляндского герцога Фридриха-Вильгельма, женатого на Анне Иоанновне, дочери брата царя Ивана V, Петр I ввел в Курляндию для поддержки вдовы русские войска (правда, после Прутского мира войска покинули пределы Курляндии, но в дальнейшем вернулись). Кроме того, «Петр I вел переговоры с Карлом XII. Взамен уступки Москве прибалтийских провинций он готов был согласиться на свержение Августа II и возведение на престол Лещинского». На это Август II «подготовил заговор против Лещинского, отправив в княжество Двух Мостов людей, которые должны были убить его»⁹⁶. Покушение не удалось, к тому же погиб Карл XII при осаде в 1718 г. норвежской крепости под Фридериксгаллом. Следующий ход Августа II – в 1719 г. он заключил с императором и английским королем, как ганноверским курфюрстом, Венский трактат, направленный против Москвы и Пруссии.
В отместку за Венский трактат царь заключил в 1719 г. в Берлине с прусским королем договор, который должен был уничтожить все планы Августа II. Интриги продолжались не в пользу Августа II и его планам… 30 августа 1721 года Петр I заключил Ништадтский мирный договор со Швецией. По договору к России, кроме Ингерманландии и части Карелии, обещанных Августу II в начале Северной войны, отошли Лифляндия и Эстляндия… Эта победа над Швецией в Северной войне выдвинула Россию в число крупнейших европейских держав.
…«Обманутый в своих надеждах о преобразовании Речи Посполитой в наследственную монархию, — пишет В Грабеньский, — Август II не отказался от мысли обеспечить польский престол своему сыну. Но женитьба Людовика XV на дочери Станислава Лещинского – Марии разрушила его планы. <…> …узнав о берлинском договоре [договор «Трех черных орлов» 1732 г. между Австрией, Россией и Пруссией о наследовании польского престола], он вновь повел бесчестную политику: тайно предложил Берлинскому двору раздел Речи Посполитой между Австрией и Пруссией с условием, чтобы остальная часть Польши перешла к его сыну. Но в разгаре переговоров Август II умер в Варшаве во время сейма, на который он прибыл из Саксонии» ⁹⁷.

1733-1734 Станислав I Лещинский, восстановлен на престоле французской дипломатией.

После смерти Августа II в феврале 1733 г. на польский престол претендовали два кандидата: сын покойного короля курфюрст Саксонский под именем Фридриха-Августа II и Станислав Лещинский. Кандидатура Лещинского для России была неприемлемой; правительственный кабинет императрицы Анны Иоанновны потребовал от Сейма снять кандидатуру Лещинского, но представление было проигнорировано. Усилившаяся партия сторонников Лещинского, во главе которой стоял примас архиепископ гнезненский Федор Потоцкий, в сентябре 1733 года избрала большинством Станислава Лещинского (вторично), «который 9 сентября прибыл тайком в Варшаву, проехавши по Средней Европе под видом купеческого приказчика»⁹⁸ (С.М. Соловьев). Выборы проходили в поле под Варшавой в местечке Воля, там расположилось большинство сенаторов и «до 60 000 шляхты на конях». В Праге, после торжественного ввода Станислава Лещинского в костел св. Яна, примас провозгласил избрание короля. Меньшинство сенаторов до 20 человек и 4 000 свиты еще 11 сентября ночью ушло в Прагу и в выборах участвовать отказалось.
Россия была готова к такому исходу. Еще весной Петербургское правительство императрицы Анны Иоанновны начало сосредоточивать войска на литовской границе. 31-го июля российские войска числом 20 000 человек под командованием лифляндского губернатора генерал-аншефа П.П. Ласси перешли границу, овладели Литвой и Курляндией и через три недели подошли к Висле.
В ночь на 20 сентября Ласси со своим Рижским корпусом занял предместье Варшавы – Прагу. На другой день на берегу Вислы, против самой Варшавы, устроил батарею… С противоположных берегов между войсками сторонников Лещинского и русскими началась перестрелка, но вскоре с русской стороны прекратилась из-за ее бессмысленности.
Выдав «универсалы, призывавшие к посполитому рушению», Станислав Лещинский 22 сентября бежал в город-крепость Данциг (Гданьск) вместе с примасом и главнейшими своими приверженцами, возлагая надежду на помощь тестя — французского короля Людовика XV, Швеции, Турции и Пруссии.
Тогда же, 22 сентября, приехавшие в Прагу поляки составили конференцию, маршалком выбрали Понинского, а 24 сентября в урочище Грохове «сконфедермованная Речь Посполитая выбрала в короли Фридриха-Августа, курфюрста саксонского: после избрания были виват и стрельба, и потом в церкви Бернардинов отправлен благодарственный молебен…»⁹⁹ (С.М. Соловьев).
В декабре Ласси выступил с 12 тыс. корпусом, занял Торунь и подступил к Данцигу, где укрепился Станислав Лещинский со своими сторонниками. Начались осадные работы. Численность защитников крепости составляла серьезную силу, до 20 тыс. польско-франко-шведских войск. Французский флот, войдя в Балтийское море, пытался оказать осажденным помощь. В устье Вислы высадил десантный корпус. В начале марта 1734 года командование над русскими войсками принял Миних. «Осада Данцига, — пишет Керсновский, — длилась четыре месяца. Франция, став открыто на сторону Лещинского, начала военные действия против России и Австрии <…> король Пруссии объявил нейтралитет и препятствовал подвозу осадной артиллерии через свои владения»¹⁰⁰.
…17-го июня 1734 г. французский десантный корпус, имевший в своем составе 4 полка (5 000) чел., сложил оружие у Вейксельмюнде. Это было «первое в истории столкновение русских с французами». Лещинский, переодевшись, бежал в Крулевец (Кёнигсберг) под защиту прусского короля, а 8-го июля Данциг (Гданьск), окруженный русскими и саксонскими войсками, капитулировал с огромными общими потерями для поляков: 17 000 было разбито в шесть раз слабейшим русским отрядом в стычках при попытках деблокировать город. Овладение Данцигом стоило русским войскам не выше 3 000 чел., две трети из этого числа потеряны при неудачном штурме Габельберга. Как пишет историк Керсновский, «многочисленные польские ополчения сторонников Лещинского не представляли собой сколько-нибудь серьезного противника. Польское войско занималось усобицами и доставляло русским лишь утомление переходами»¹⁰¹.
Участь осажденных сторонников: «Миних, овладев Гданьском [Данцигом], арестовал находившихся в нем сенаторов, причем некоторых заключил в местном иезуитском монастыре, других же увез в Оливу, куда прибыл из Дрездена Август III, чтобы принять от них присягу. Многие подчинились, но примас отказался подписать акт подчинения»¹⁰².
…Станислав Лещинский обманулся в своих ожиданиях, хотя Франция и объявила войну Австрии, но его зять Людовик XV преследовал не столько интересы Лещинского, сколько свои собственные. Вот что об этом пишет польский историк: «Наконец Людовик XV заключил с императором Венский трактат (1735 г.), которым обязался склонить Лещинского к отречению от престола в обмен на уступку ему в пожизненное владение Лотарингии и Бара, которые по смерти короля будут присоединены к Франции. Таким образом, благодаря поддержке семидесятитысячной армии императрицы [Анны Иоанновны], Август III укрепился на престоле, а вместе с ним установилось в Польше и русское влияние»¹⁰³.

Примечание:
*Слово предъ проклятіемъ Мазепы, произнесенное митр. Стефаномъ Яворскимъ въ Московскомъ Успенскомъ соборѣ, 12 Ноября 1708 г., см. на сайте http://nasledie.russportal.ru/ Наследие Святой Руси. Из вступления к «Слову…»:
«Государь былъ сильно пораженъ измѣною Мазепы. «Новый Іуда — Мазепа», писалъ онъ къ одному изъ своихъ вельможъ, «20 лѣтъ бывъ мнѣ вѣренъ, при гробѣ сталъ измѣнникъ». Но Петръ І-й былъ не такой человѣкъ, чтобы склониться подъ бременемъ неблагопріятныхъ обстоятельствъ, не стараясь восторжествовать надъ ними. Городъ Батуринъ, гдѣ заперлись сторонники Мазепы, былъ разоренъ и превращенъ въ пепелъ кн. Меншиковымъ. Что же касается до самаго Мазепы, то для того, чтобы сдѣлать его презрѣннымъ и отверженнымъ въ глазахъ всего народа, Петръ І-й употребилъ средство, которое слишкóмъ сто лѣтъ тому назадъ было употреблено Борисомъ Годуновымъ противъ 1-го самозванца, — именно церковное проклятіе. Духовенство, собравшееся въ Глуховѣ, по требованію царя, предало анаѳемѣ Мазепу и его сообщниковъ. Сдѣлана была кукла Мазепы и по снятіи съ нея гетманской одежды и ордена св. Андрея, была повѣшена рукою палача. Этимъ символическимъ дѣйствіемъ Петръ І-й хотѣлъ показать, какой участи заслуживалъ Мазепа и какая постигла бы его, если бы онъ имѣлъ несчастіе попасться въ руки царя. На мѣсто Мазепы гетманомъ былъ избранъ Скоропадскій.
Проклятіе, прогремѣвшее надъ Мазепою въ Глуховѣ, по волѣ государя должно было повториться и въ Москвѣ. 12 Ноября 1708 г. въ Успенскомъ соборѣ митрополитами Стефаномъ рязанскимъ, Иларіономъ крутицкимъ, Сильвестромъ нижегородскимъ, Ефремомъ суздальскимъ и архіепископами: коломенскимъ Антоніемъ и тверскимъ Каллистомъ, въ присутствіи царевича Алексѣя Петровича, всѣхъ бывшихъ въ Москвѣ бояръ и чиновниковъ, при стеченіи безчисленнаго народа, при громѣ пушечномъ и звонѣ колокольномъ, совершено было благодарственное молебствіе милующему Россію Господу по случаю избранія новаго гетмана. Послѣ молебствія провозглашено было измѣннику Мазепѣ и его единомысленникамъ проклятіе. Предъ произнесеніемъ проклятія митр. Стефанъ произнесъ слово…»

1696-1697 Время бескоролевья
Кандидаты на престол: королевич Яков Собеский, старший сын Яна III Собеского, пфальцграф Карл, герцог Лотарингский, маркграф Баденский Людовик, курфюрст Баварский Максимилиан-Эммануил, курфюрст Саксонский Фридрих Август I и французский принц Франциск-Людовик де Конти, племянник Великого Конде и двоюродный брат французского короля Людовика XIV.
Якова Собеского поддерживала Австрия, главой партии был Великий коронный гетман Станислав Яблоновский; Франциска-Людовика де Конти – Франция, в Польше — Любомирские, в Литве — Сапеги; Максимилиана-Эммануила, женатого на Терезии Кунегунде Собеской, – ее мать королева Мария Казимира, недолюбливавшая старшего сына; Фридриха Августа I – русский царь Петр I, а после обращения в католицизм склонились австрийский император и папа римский.

1697-1704 Август II Сильный, король польский и великий князь литовский, избран в первый раз; с 1694 г. курфюрст Саксонский под именем Фридриха-Августа I, (род. 12(22).05.1670, Дрезден — ум. 1.02.1733, Варшава), второй сын саксонского курфюрста Иоанна Георга III из Альбертинской линии династии Веттинов — основатели династии Фридрих II (1412-1464) и Маргарита Габсбург (1416-1486)⁶⁰.

Внешне «Фридрих Август был высок, красив и физически силен. Он легко гнул подковы и серебряные кубки, поднимал 450-фунтовое чугунное ядро»⁶¹. Внешность и физические данные определили его легендарную любвеобильность и прозвание Август Сильный, с которым он вошел в историю.
«Воспитанный в традициях деспотизма, честолюбивый и деятельный, стремился обратить Польшу в наследственное достояние своей династии и, благодаря ей, сыграть видную политическую роль в Европе»⁶². «Воинственный и честолюбивый», «любил войну» не на словах, а на деле. Уже в 16 лет «отличился, осаждая с датчанами Гамбург. Под началом отца, а затем курфюрста Баварского воевал на Рейне с французами в 1689-1691 гг. После сражался с турками, командуя армией римского (австрийского) императора Леопольда»⁶³.
Избранный королем Польши и великим князем литовским способствовал работе Карловицкой конференции и заключению 26 января 1699 года Карловицкого мирного договора между Османской империей, с одной стороны, и государствами Священной лиги: Австрией, Речью Посполитой, Венецианской республикой, Папской областью и Россией — с другой. Славы королю война с Турцией не принесла. Конференция закончилась миром, когда коронные и саксонские войска «для более действенной поддержки требований Речи Посполитой» двинулись в Червонную Русь и готовились к осаде Каменец-Подольского. Турция была повержена уже в битве при Зенте – сражении 11 сентября 1697 года у р. Тисы, где 50-тысячная австрийская армия принца Евгения Савойского одержала блестящую победу над султаном, разгромив 80-тысячную Османскую армию. По Карловицкому договору к Речи Посполитой перешла Подолия с Каменец-Подольским и области Правобережной Украины. Карловицкий мирный договор положил начало конца турецкой экспансии в Западную Европу, начавшейся в 1356 году – году «первого утверждения турок в Европе»⁶⁴ (Ганс Дальброк. Всеобщая история военного искусства») и их изгнанию за ее пределы. С тех пор Оманская империя только теряла завоеванные территории.
Теперь внимание Августа II, которого историк В.О. Ключевский назвал «бессовестным саксонским авантюристом», привлекала Швеция, конкретно — шведские провинции Эстляндия и Лифляндия. Его союзником (а не самой Польши) в завоевательных планах по разделу Балтийского побережья стал вовлеченный им русский царь Петр I, которому Август II был обязан своим избранием на престол; другим союзником – Дания, мечтавшая о присоединении Голштинии. «Одним из авторов завоевательных проектов, — пишет В. Грабеньский, — был живший при дворе Августа II лифляндец Иоанн Рейнгольд Паткуль, осужденный на смерть шведским королем за подготовку бунта и бежавший с родины с целью побудить иностранных монархов к войне с молодым Карлом XII. Паткуль внушил Августу II, что эта война откроет ему путь к большой политической карьере и даст ему возможность оставить в Польше саксонские войска, при помощи которых можно будет заменить республиканский образ правления наследственной монархией»⁶⁵. Карловецкий мир способствовал саксонско-русско-датскому союзу, заключенному в 1699 г., и ускорил наступление Северной войны 1700-1721 гг.* — третьей войны Польши со Швецией. Россия по условиям договора с Польшей и Данией должна была вступить в войну со Швецией за возвращение утраченного Московским государством по Столбовскому договору 1617 года восточного побережья Балтийского моря, Ижорской земли и Карелии, прилегающих к Финскому заливу, заключив прежде мир на южном театре военных действий с Турцией. Военные действия против Швеции начались вскоре после заключения тройственного союза в том же 1699 году: польско-саксонские войска вошли в Лифляндию, открыв этим кампанию. Затем датчане в марте 1700 г. вторглись в шведскую Голштинию. 8 августа 1700 года, сразу после заключения мира с Турцией, Петр I «приказывает русским войскам из Новгорода двинуться к шведским границам, а 19 августа посылает в Швецию официальное объявление войны»⁶⁶ (П.М. Андрианов). Складывавшиеся обстоятельства после объявления Петром I войны Швеции и поражения магнатов в Литве благоприятствовали намерениям Августа II. Победа союза «над Карлом XII, которого все считали сумасшедшим или идиотом, казалась несомненной»⁶⁷ (В. Грабеньский). Но вскоре все изменилось. Карл XII – «18-летний мальчик»⁶⁸ (В.О. Ключевский) — нанес поражение Дании, «не умевшей собрать солдат для защиты своей столицы от 15 тысяч шведов, неожиданно под нее подплывших, и в несколько дней позорно бежавшая из коалиции по миру в Травендале» от 8 августа 1700 г., а затем русским войскам 19 ноября 1700 г. под Нарвой, под стенами которой находилась, хотя и слабо обученная, но 35 тысячная армия, включая прибывшую утром 18 ноября конницу Шереметева.
Петр I, по версии П.Н Андрианова, «осведомленный о малочисленности шведской армии, предполагал, что Карл XII не решится атаковать укрепленную позицию русских и станет выжидать прибытия подкреплений, а потому счел возможным оставить армию и отправиться в Новгород для свидания с польским королем и личных переговоров относительно будущих совместных действий»⁶⁹. 17 ноября царь объявил о своем намерении генералам и утром 18 ноября убыл в направлении на Новгород, взяв с собой «для переговоров в Москве с турецким послом и в литовском г. Биржай с Августом II генерал-фельдмаршала Головина», — уточняет А.Н. Бантыш-Каменский⁷⁰. Общее командование армией Петр I вверил герцогу К.-Е.- де Крои, наемному фельдмаршалу Саксонии (1698) и России (1700), снабдив его и генералитет подробными инструкциями и требованием «добыть» у шведов Нарву и Иван-город.
«Перед атакой русского лагеря под Нарвой 19 ноября войско Карла XII насчитывало всего 8430 чел»⁷¹ при 37 орудиях из 12-ти тысячной армии, с которой он бросился на выручку осажденной крепости, где находился в опасности 2-тысячный шведский гарнизон во главе с храбрым комендантом полковником Горном. Итог битвы, не вдаваясь в детали, таков: Карл XII отстоял Нарву, потеряв 2 тыс. человек (четверть атаковавших сил), но не воспользовался своей победой; «русская армия потерпела здесь самое жестокое поражение за всю свою историю»⁷² (А.А. Керсновский), потеряв от 6 до 7 тыс. человек убитыми (не считая огромных потерь из-за ран, голода, холода и болезней при осаде и на пути отступления от Нарвы к Новгороду — отошедшие на переформирование полки насчитывали 23 тыс. человек), почти всю полевую и осадную артиллерию, в плен попали 79 генералов и офицеров, в том числе бездарный наемник королевских кровей, командовавший армией всего один день, австрийский герцог К.-Е. де Крои (умер в плену 20 января 1702 г., тело до 1858 г. оставалось не погребенным и находилось в кирхе св. Николая в Ревеле…⁷³ (А.В. Шишов.)**; но «он дал возможность неприятелю оправиться от удара и подготовиться к новой упорной борьбе»⁷⁴ (П.Н. Андрианов).
Уже летом 1701 г. шведские войска под командованием Шлиппенбаха в Лифляндии терпят поражение от Шереметева у мызы Эрестфер, а в 1702-м – полностью разгромлены при мызе Гуммельсгоф; Апраксин на р. Ижоре разбил войска Кронгиорта, крепость Нотебург покорилась Голицину и Меншикову; 1 мая 1703–го сдалась крепость Ниеншанц, одержаны первые победы на море… Пока Карл XII успешно воевал в Польше, нанося одно поражение за другим Августу II, Петр I отбросил шведов на линию Выборг — Кексгольм, взял крепости Ямы и Копорье, возводит крепость на о. Котлин; 16 (27) мая 1703 года, в день Святой Троицы, в устье р. Невы заложена и освящена новая столица России, которая станет называться Санкт-Петербург. Прошло четыре года и в 1704 году русским войскам покорились крепости Дерпт, Нарва, капитулировал Иван-город. Таким образом, теперь вся Ингерманландия была под флагом России, Эстляндия и Лифляндия очищены от шведских войск и только Рига, Пернов и Ревель заняты были шведскими гарнизонами.
В 1701-м ленник Польши по владениям Бытовым и Лауэнбургом бранденбургский курфюрст Фридрих III объявил себя прусским королем под именем Фридриха I, признанный Августом II и царем. Но признанию воспротивилась шляхта на Варшавском сейме, которая потребовала вывода саксонских войск из Польши и заключения мира со Швецией. Во время переговоров с курфюрстом о помощи войскам Августа II Карл XII разбил саксонско-московские войска*** на левом берегу Западной Двины у Риги. В 1702 году шведы заняли Вильнюс, Варшаву, Краков и другие города, вклинившись далеко вглубь страны. Карл XII почти достиг желаемого в Польше и стал грозить свержением Августа II с престола, а тот «искал спасения в политических интригах»⁷⁵.
Петр I честно исполнял перед Августом II договорные условия, даже отказался в его пользу от похода в Финляндию. Он направляет ему в поддержку войска под предводительством Голицына, которые в августе 1704 г. вступили в Червонную Русь, но положение короля не улучшилось, великопольская конфедерация объявила отказ повиноваться Августу II, и через некоторое время «были опубликованы акт детронизации, бескоролевье и срок новой элекции»⁷⁶ (В. Грабеньский). Чтобы спасти Августа II от окончательного поражения и сохранить себе союзника, осенью 1704 года царь перенаправляет отряд Репнина и все войска Шереметева к Полоцку, где к лету 1705 г. собрались до 40 тыс. пехоты и до 20 тыс. конницы. 1 июня 1705 г. главные силы русской армии под командованием фельдмаршала Огильви покинули Полоцк и двинулись к литовскому городу Гродна (Гродно). 1 октября царь Петр I прибыл к войскам. В окрестностях города, кроме русских сил, сосредоточились саксонские, польские и литовские войска. Ознакомившись с положением дел и, «не предвидя в предстоящий зимний период крупных операций, Петр I отправился 17 декабря в Москву, передав прибывшему в Гродну [Гродно] Августу начальствование над всей армией»⁷⁷.
На какое-то время приготовления к коронации Станислава Лещинского отвлекли внимание Карла XII от военных операций. Но когда реки покрылись льдом, он «разорвал тонкую линию польских войск по Бугу, отрезав авангард Меншикова от главных сил, с 20-тысячной армией перешел Неман неподалеку от Гродны [Гродно] и 15 января [1706 г.] готов был атаковать укрепленный лагерь союзников»⁷⁸.
Неожиданно быстрый подход шведских войск к Гродно в середине января 1706 г. не дал возможности сосредоточиться для обороны всем союзным силам, располагавшимся «на широких зимних квартирах». Театр рассредоточения союзных войск к началу декабря 1705 года выглядел так: «12-тысячный авангард Меншикова на р. Нареве в Тыкоцине, главные силы – 25 тысяч – в районе Гродно – Августов. На линии Нур – Брест – 10 тыс. саксонских и польско-литовских войск. Мазепа с 10 – 15 тыс. казаков занял Волынь, продвинувшись передовыми частями к Замостью»⁷⁹.
В укрепленном лагере успели развернуться для боевых действий лишь 30 тысяч; остальные же войска, отрезанные шведами от Гродно, собрались под начальством Меншикова у Минска. Август II «не решился оставаться при русской армии, находившейся в столь тяжелых обстоятельствах, и, сдав командование над войсками фельдмаршалу Огильви, покинул Гродну [Гродно], пообещав, впрочем, вскоре вернуться на выручку с саксонскими войсками»⁸⁰. Получив весть об открытии зимней кампании Карлом XII и действительном положении своих войск, убытии короля Августа II от армии (с четырьмя полками саксонской конницы), Петр I, будучи в это время в Москве, спешно выехал на театр военных действий. Оценив на месте тяжелое положении осажденных и отсутствие надежды на успех в открытом бою, русская армия под начальством Огильви и Репнина, по категоричной директиве царя от 12 марта 1706 г. и по предложенному им плану, вечером под прикрытием конницы отступила на Волынь. После 75-дневной блокады Гродненская операция закончилась «счастливым возвращением русской армии в Киев…». («Исследование…» П.М. Андрианов)****. Историк А.В. Шишов дополняет: «При этом из Гродно была вывезена вся артиллерия, раненые и больные, сохранив свою организованность и готовность к боевым действиям. Гродненский маневр русской армии стал одним из самых ярких эпизодов Северной войны»⁸¹. Чего не скажешь о сражении и погроме при Фрауштадте союзных войск генерала Шуленбурга — 20 000 чел. от шведской армии Рейншильда, в которой насчитывалось (по сведениям историка Е.В. Тарле) — 8 000 чел. Потери сторон: 6 000 убитыми и ранеными и 8 000 пленными, 68 знамен и 75 орудий — урон побежденных, против 1400 чел. — у победителей. По словам А.А. Керсновского: «Фрауштадский погром явился для Саксонии тем же, что Нарва для России. Однако Август не был Петром — и саксонцы не были русскими! Никто не подумал переливать колокола в пушки и выставлять новую армию. Август II бежал в Краков, бросив страну — как незадолго перед этим бежал из Гродны, покинув вверенную ему Петром русскую армию»⁸².
Карл XII, пройдя от Волыни всю Польшу и соединившись с Рейншильдом, в августе 1706 года вторгся в Саксонию и в течение месяца покорил ее. Здесь вынудил Августа II отречься от польской короны по Альт-ранштадтскому договору от 13 октября 1706 года в пользу Станислава Лещинского и дать свободу Собеским. Август II отказался от союза с Петром I, не уведомив царя об этом, выдал шведам Паткуля да еще уплатил своему врагу огромную контрибуцию. Русский же царь продолжал заботиться о союзнике. Из Киева посылает войска на Волынь, а конницу Меншикова в 20 тыс. чел. с приказанием перейти Вислу и соединиться с войсками Августа II…*****
Когда тайное приоткрылось, Петр I предпринял все меры, чтобы не допустить союза Карла XII с Речью Посполитой. Он «взял под свое покровительство партию Августа II, Сандомирскую конфедерацию, не желавшую признавать Альт-ранштадского мира. <…> На Люблинский сейм (1707 г.) царь прибыл лично и склонил его к объявлению бескоролевья. Кроме того, он санкционировал отречение Августа II, но не ради Лещинского, а в видах возведения на польский престол своего сына Алексея. После сейма царь отправился в Варшаву, а его войска наводнили всю Речь Посполитую»⁸³ (В. Грабеньский).
России редко везло с союзниками, она могла теперь полагаться только на себя и, оставаясь в одиночестве, – побеждать, о чем беспристрастно свидетельствуют события. В Августе II русский царь потерял последнего союзника на западе. «Отныне, — писал историк А.А. Керсновский, — у шведского короля оставался один лишь противник — и вся тяжесть борьбы обрушилась на одну Россию»⁸⁴.

Примечания:
*Военный историк А.А. Керсновский в Великой Северной войне (1700-1721) выделяет три периода. «Первый — период коалиционной войны и триумфа шведского оружия (1700-1706). Нарва и Фрауштадт знаменуют собой апогей славы… Второй и решительный период — единоборство России со Швецией, закончившееся достославною полтавскою викторией (1707-1709). Третий период (1710 — 1721) от Полтавы до Миштадта — через Фридрихштадт, Гангут и Гренгами — это добивание Швеции совместно с бывшими союзниками, немедленно поспешившими на помощь победителю». А.А. Керсновский. История русской армии в 4-х томах. Т.1. — М.: Голос, 1992. С. 22
**Военный историк и писатель А.В. Шишов это необычное в истории событие описывает так: «…по первому письму пленного де Крои царь велел послать герцогу в Ревель немалую по тем временам сумму в 6 тысяч рублей серебром. Царская поддержка вышеуказанной суммой не удовлетворила аппетитов сидевшего под стражей аристократа генерал-фельдмаршальского чина. Деньги были вскоре истрачены. Тогда растущие траты заставили герцога обратиться к заимодавцам – богатым людям торгового города Ревель». Надежды на возврат с процентами лопнули, когда герцог де Крои скончался 20 января 1702 года. Суровые законы Эстляндии позволяли кредиторам до погашения долгов родственниками препятствовать преданию тела покойного земле. Суммы долгов умершего герцога, не дождавшегося освобождения из плена или приема на шведскую службу, оказались очень значительными. Набальзамированное предварительно тело покойного поместили в приделе лютеранской кирхи Святого Николая на катафалке под стеклянной крышкой в фельдмаршальском мундире и в парике. Заимодавцы стали терпеливо ждать возвращения долгов с процентами. После подписания Ништадтского мира 1721 года Эстляндия вошла в состав России, долги Карла Евгения де Крои так и остались неоплаченными. Царская казна на излишние траты не пошла. В 1858 году прах переместили в подвал кирхи. Похороны перебежчика австрийского герцога королевских кровей, имевшего чины генерал-лейтенанта Дании, генерал-фельдмаршала-лейтенанта Священной Римской империи, генерал-фельдмаршала Саксонии и генерал-фельдмаршала российской службы состоялись в январе 1897 года, когда уже и наследников заимодавцев не осталось в живых, ровно через 195 лет. А.В. Шишов. Фельдмаршалы России. М.: Вече, 2007.
***Из 19 полков А.И. Репнина, направленных в помощь Августу II, начавшего боевые действия в Курляндии, «четыре полка русской пехоты приняли участие в осадных земляных работах, возводя «траншаменты». Остальные полки составили резерв саксонской армии Августа II, расположившись походным лагерем в 10 верстах от Риги. Вскоре саксонские войска потерпели поражение. В том сражении русские войска участия не принимали». После снятия осады города-крепости Риги А.И. Репнин увел свои полки обратно в Псков. А.В. Шишов. С. 52-53.
****Для характеристики глав датско-польско-русского союза в Северной войне (1700-1721) против слывшей «непобедимой» шведской армии молодого короля Карла XII — несомненно крупного военного деятеля и одаренного полководца – в краткой статье, кроме мнения известных историков, использованы малоизвестные широкому кругу читателей материалы «Исследования Генерального штаба подполковника П.М. Андрианова, под редакцией ординарного профессора Императорской Николаевской Военной Академии Генерального штаба полковника Н.А. Юнакова «Эпоха Петра Великого». История русской армии. М.: Эксмо, 2007
*****А.А. Керсновский пишет: — «Следом за шведской армией из Киева, через Волынь и Малопольшу шла конная армия Меншикова в составе 40 000 пик и сабель (20 000 драгун — вся конница Киевской русской армии — и 20 000 малороссийских казаков).
Подойдя к Калишу, Меншиков решил атаковать своими драгунами корпус Марденфельда [генерал от инф. А.-А.- Мардефельт] и потребовал участия в бою войск Августа II, который волей-неволей поставлен был в необходимость принять участие, правда, совершенно пассивное, в сражении.
Честь победы при Калише 18-го октября 1706 года принадлежит исключительно русским. Марденфельд [Мардефельт] со шведами сдался, его польские союзники были рассеяны… Других войск у Лещинского не было, и калишское сражение, — Фрауштадт с переменившимися ролями, — отдавало снова всю Польшу в руки союзников. <...> Наш урон — 400 человек, в 13 раз меньше.
Счастье улыбалось Августу, но саксонский курфюрст боялся им воспользоваться. Страшась гнева шведского короля, он отправился в Саксонию уговорить Карла XII не расторгать договора, а Меншикова отослал на зимние квартиры в глубь Галиции. Мир Саксонии со Швецией был объявлен 1-го ноября». (Там же. С. 31)
******Уточнение к Калишской победе. А.Д. Меншиков направил 21 октября 1706 г. письмо Петру I и «Реляцию» Мусину-Пушкину, а 29 октября известил английского чрезвычайного посланника при русском дворе Чарльза Витворта, которому писал: «29 октября нов.ст. мы наголову разбили неприятеля под Калишем. Шведскими войсками командовал генерал-от-инфантерии Марденфельд; под его началом было восемь шведских полков, четыре пехотных и четыре кавалерийских, т.-е. около 8 000 человек шведов, и 24 000 поляков, вверенных палатину киевскому. У меня было только 8 000 драгун; в деле участвовал еще король польский с 4 000 саксонцев; поляки же, бывшие при его величестве, во время самой битвы оставались в бездействии вместе с нашими калмыками и казаками, но оказали большую помощь в преследовании разбитого неприятеля. Атака началась в 4 часа пополудни, в 6 все уже было кончено; и, не наступи ночь так рано, не удалось бы уйти ни одному человеку, как умел уйти генерал-лейтенант Крассау с двумя эскадронами. Я захватил в плен главнокомандующего — генерала Мардерфельда, 6 полковников, двух подполковников, десять кавалерийских поручиков; далее из пехотных войск: 3 подполковников, 2 майоров, 7 капитанов, 30 поручиков, 17 прапорщиков, 4 адъютантов; кроме того 294 унтер-офицера и 2 000 рядовых, частью кавалеристов, частью пехотинцев. В плену у короля польского в Калише находится 17 кавалерийских и пехотных капитанов, 16 поручиков, 15 корнетов и 6 прапорщиков, а также несколько штаб-офицеров и 800 рядовых, палатин киевский, недавно возведенный новоизбранным королем в коронные гетманы, палатин трокский и многие другие знатные поляки, большинство которых сдалось в день калишской битвы. Мы также отняли у неприятеля всю его артиллерию и обоз. …потери же русских очень незначительны: убитых 84 человека [в том числе и офицеры, и рядовые], раненых 324″. Волынский Н.П. Постепенное развитие русской регулярной конницы в эпоху Великого Петра с самым подробным описанием участия ее в Великой Северной Войне. Вып.1. Кн.2. СПб., 1912. С. 408-409.