ЯВОРСКИЙ, пресвитер Михаил, ново-священномученик — причислен к лику святых.
Внесен в «Список Новомучеников и Исповедников Российских», утвержден Архиерейским Собором Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ) в 1981 г.
«Прославление. …как первый шаг к всенародному покаянию, а также следуя установившемуся правилу в христианской Церкви, свободная часть Русской Православной Церкви (Русская Православная Церковь Заграницей) 1-го ноября 1981 года, прославила (причислила к лику святых) Святых Новомучеников и Исповедников Российских, то есть всех тех, которые погибли от богоборческой власти за исповедание своей веры. Было постановлено праздновать Всех Святых Новомучеников и Исповедников Российских в ближайшее воскресенье к 25 январю/7 февралю (в воскресный день между 22 января/4 февраля и 28 января/10 февраля). 25 января/7 февраля 1918 года погиб первый новомученик Святой Владимир Митрополит Киевский и Галицкий.»
Источник:
Сайт «Молитвы в помощь нуждающимся», web-страница: http://v-xram.narod.ru/novomych2.html

ЯВОРСКИЙ, Лев Андреевич, протоиерей, родился 18 февраля 1807 г. в с. Липчанах, Подольской губ., где отец его, священник Андрей, проводил в нужде свою многотрудную пастырскую жизнь. Таким образом горе знакомо было Я. еще с детства и развило в нем ту твердость характера, стойкость в действиях, трудолюбие и бережливость, какие он проявлял во всю свою жизнь. Образование свое он получил сначала в Шаргородском духовном училище, а потом в Подольской духовной семинарии. По окончании (1831 г.) курса богословских наук в числе первых студентов Подольской семинарии, Я. предназначался в Киевскую духовную академию, но из уважения к просьбе престарелых родителей своих, которые нуждались в сыновней помощи, отказался от этого предложения своего училищного начальства и определился на службу учителем в высшее отделение Шаргородского училища. По сложившимся обстоятельствам учительская деятельность Я. продолжалась всего два года, но и в этот короткий период времени он успел снискать благодарную память в сердцах своих питомцев, их которых многие, состоя уже на высших постах служения церкви и государству, не покидали любви и признательности к наставнику своего детства. В 1834 г. Я. рукоположен был во священники к Бырловской Дмитриевской церкви, Ольгопольского уезда, и с 1834 по 1872 г. посвятил себя исключительно служению св. церкви. Кроме того, он проходил должность благочинного сряду 20 лет (с 1840-1860 гг.). Трудолюбие, нестяжательность, довольство малым составляли отличительные его черты. Этим, между прочим, объясняется то обстоятельство, что он в скромном сельце Бырловке прожил 28 лет и не искал перемещения на лучший приход. В кругу близко знакомых его лиц Я. известен был своими познаниями по богословию, чему не мало способствовали ему отличная память и знания греческого, латинского и немецкого языков. Он не щадил скудных средств на покупку книг богословского содержания и оставил после себя довольно обширную библиотеку. Известно, что Я. очень много писал богословских размышлений, но обычная скромность, к сожалению, удерживала его от печатания своих трудов. Награжденный за полезные труды набедренником, скуфьею, камилавкою, наперстным крестом и орденом св. Анны 3 ст., Я. в 1871 г. был возведен в сан протоиерея. В последние годы своей жизни он прилагал чрезвычайно много забот по постройке в своем приходе каменной церкви на место старого храма. В оставшемся после его смерти завещания, по силе которого почти все имущество его распределялось на церкви, монастыри и бедных разного звания, значится и сумма в 500 р. на постройку иконостаса в строившемся тогда храме в с. Бырловке. Скончался Я. 20 января 1872 г.
«Подольские Епархиальные Ведомости», 1873 г., № 7. Н. Стр.
Источник:
Русский Биографический словарь. Т. 25. СПб, 1913. С. 4-5 (Явленский-Яворский).

ЯВОРСКИЙ, Стефан (в миру Степан Васильевич), в списке на 1902 год: Благочинные церквей Веневского уезда Тульской губернии, 6 округ — протоиерей церкви Рождества Иоанна Предтечи в селе Иван-Озеро (ныне Новомосковский район, Тульской обл., церковь недействующая — руина; рядом установлен поклонный крест); постоянный член Отделения Епархиального Училищного Совета.
О самом озере неизвестный автор в 1804 году писал: «Сие озеро лежит на границе Веневского уезда с Епифанским; окружено пространной трясиной и болотом, а на южной и северной его стороне находятся обширные долины, по которым текут Дон и Шат». И кажется невероятным исторический факт, что «в 1701-1708 гг. в Веневском и Епифанском уездаx по указу Петра I проходило строительство Ивановского канала со шлюзами, для соединения Волги и Дона»… Расположенное здесь небольшое село по переписи на 1859 год насчитывало 61 двор, муж. пола 243 чел., жен. пола 237. Иван-озеро и одноименное село имеют библиографическое описание в издании: «Приходы и церкви Тульской епархии: извлечение из церковно-приходских летописей».- Тула, 1895.
Из истории храма. Каменный храм в селе во имя Рождества Иоанна Предтечи был построен в 1761 году «тщанием и коштом генерал-майора Сергея Ивановича Боброва», происходившего из старинного дворянского рода и которому здесь принадлежало имение «Ивановское». Иконостас храма в 1828 г. был заменен новым. «Первоначальный иконостас, по преданию, был из Предтеченского Тульского монастыря, отчего храм и устроен во имя Иоанна Предтечи». В 1864 году на средства прихожан в трапезной был устроен особый придел в честь Казанской Божией Матери. «В приходе есть попечительство, открытое в 1884 году, и церковно-приходская школа, существующая с того же 1884 года». (П.И. Малицкий. Приходы и церкви Тульской епархии).
Немалая заслуга в открытии церковно-приходской школы принадлежит приходскому священнику Яворскому Стефану (Степану) Васильевичу, многие годы служившему настоятелем этого известного храма. Достоверно известен период служения — 1881-1902 гг. О начале и окончании служения сведений нет. Ему помогали в разное время дьячок Иван Вас. Георгиевский, пономарь Александр Лебедев и другие служители. Но главным помощником была семья. Подрастал сын Василий, в 1897-1901 гг. студент-магистрант Московской духовной академии Русской православной церкви (LVI курс), в будущем магистр богословия (1904), духовный писатель и педагог. Именно в храме Рождества Иоанна Предтечи с. Ивано-Озеро Яворский Василий Степанович под руководством отца получил достойное воспитание и образование, приобретал педагогические навыки в ЦПШ.
В 1902-1904 гг. он стал известен широкому кругу лиц. Большинство напечатанных работ названы в биографической статье Энциклопедического словаря издателей Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. Основные темы его публикаций — богословские и педагогические вопросы.
После окончания в 1901 году Московской духовной академии (Троице-Сергиева лавра, г. Сергиев Посад, Моск. обл.) Яворский Василий Степанович состоял преподавателем по кафедре физики и математики Тульской духовной семинарии, которой исполнилось тогда ровно 100 лет со дня ее образования. В 1902 году он опубликовал работу: «Кафедра физико-математических наук в духовных семинариях» («Богословский Вестник», 1902 (июль-август).

Историческая справка
«Год рождения Тульской духовной семинарии – 1801. Из Коломны была перевезена часть Коломенской духовной семинарии, образованной еще в 1734 году. Можно смело говорить, что у нашей семинарии благородное происхождение.
В Тульскую духовную семинарию прибыла и часть коломенских преподавателей. Например, епископ Мефодий Смирнов. Умнейший и образованнейший человек своего времени, он стал первым епископом Тульской епархии, заботился о ее благоустройстве.
Долгое время в Туле не могли найти хорошего помещения для семинарии – в городе просто не было пустующего здания. Семинария ютилась в разных местах, пока в 1823 году не было построено красивое большое здание на улице Староникитской. Здание сохранилось до нашего времени, но требует капитального ремонта.
В духовной семинарии учились дети в основном мещанского сословия. Обучение было бесплатным. К тому же мальчики жили в семинарии на полном пансионе: их кормили и одевали. Количество учащихся в семинарии в разные годы колебалось от 500 до 1500 человек.
В XIX – начале ХХ вв. здесь обучались не только те мальчики, которые хотели в будущем стать священниками. Церковь не была отделена от государства, поэтому образование там получали все желающие – с семи лет. Те, кто хотел посвятить себя служению церкви, после окончания основного курса обучались еще два года в богословском классе.
Семинаристы получали великолепное образование. Они изучали русский язык, литературу, физику, химию, математику и т.д. Обязательным было изучение медицины. Считалось, что священник обязан уметь оказать помощь не только духовную, но и целительскую.
Семинаристы учили латинский и греческий языки, причем на латыни было принято изъясняться даже на переменах. Все предметы богословского цикла преподавались только на латинском. Изучались и популярные в те годы французский и немецкий языки» (Михалева Марина Александровна, преподаватель английского языка, православный педагог и психолог Тульской духовной семинарии: myslo.ru).

В 1904 г. Яворский Василий Степанович защитил магистерскую диссертацию на тему «Символические действия пророка Осии» (опубликована в 1903 г., «Свято-Троицкая Сергиева Лавра»). Другие публикации: «Ветхозаветный мудрец пред жизненной проблемой» («Христ. чтение», 1902, октябрь); «Отношение в Ветхом Завете институтов — пророческого и священнического» («Вера и Разум», 1903, №№ 22-23); «Старокатолики и Православная Россия» («Вера и Церковь», 1903, № 9); «Древние и современные Нероны и Диоклетианы» («Душепол. чтение», 1903, № 3); в «Тульских Епарх. Ведомостях» — «Новый вопрос и старая наука — к предполагаемой реформе календаря», «Реформы календаря при Петре Вел. и взгляд его на раскольников XVIII века по поводу юбилейных торжеств в Петербурге и др.»; речь перед защитой диссертации «Психологическая и историческая естественность и целесообразность символических действий пророка Осии»…

Источники:
Изобр-е: Иоанн Предтеча с избранными святыми. XVIII в.-Светлана Рудзиевская. Энциклопедия «Православный храм». РООССА. 2010, С. 41.
ЭБ. Памятная Тульской губернии книга на 1902 год. Город Венев и Веневский уезд.
Приходы и церкви Тульской епархии: извлечение из церковно-приходских летописей. Тула. Тип. Соколова и Фортунатова. 1895. С. 249-253
Русский фонд содействия образованию и Науке. Статья Яворский (Василий) — Энциклопедический словарь Брокгауза и Эфрона. Т. 41. СПб.; 1904. С. 494; Статья Бобровы — Т. 4. СПб.; 1891. С. 134.
Иван-озеро. Очерк. Неизвестный автор. Вестн. Европы. № 10. 1804 год на www.ru-roads.ru
Метрическая книга церкви Рождества Иоанна Предтечи, Ивано-Озеро (1881-1893) на: docviewer.yandex.ru
Выпускники Московской духовной академии 1818-1914 на: dereksiz.org
Бобров Сергей Иванович на сайте — https://adelwiki.dhi-moskau.de/

ЯВОРСКИЙ, Антон Степанович, священник от Станиславской (Ивано-Франковской) области, Товмач. Из списка членов Львовского Собора 1946 года.
На Собор Греко-Католической Церкви в г. Львове 8—10 марта 1946 г. было приглашено 225 делегатов-священников, членов Инициативной группы, и 22 делегата от мирян из всех трех греко-католических епархий (Львовской, Самборско-Дрогобычской и Станиславской). Из приглашенных делегатов на Собор прибыло 216 делегатов-священников и 19 делегатов-мирян.
8-10 марта 1946 г. в Свято-Юрском соборе во Львове при активном содействии советских властей был проведен собор греко-католического духовенства, на котором было принято решение о самоупразднении Униатской Церкви и воссоединении ее клира и мирян с Русской Православной Церковью.
Над арестованными иерархами Униатской Церкви в Киеве 29 мая – 3 июня 1946 г. состоялся суд. Прокуратура Украинской ССР сообщала, что греко-католические архиереи арестованы «за активную предательскую и пособническую деятельность в пользу немецких оккупантов». В сообщении прокуратуры отмечалось: «При аресте у названных лиц обнаружены документы, изобличающие их в преступной связи с немецко-фашистскими оккупантами, в частности с гестапо и другими немецкими карательными и разведывательными органами. На предварительном следствии арестованные признали себя виновными в проведении враждебной деятельности против СССР». Согласно данным прокуратуры, «обвиняемые на следствии показали, что, используя свое руководящее положение в греко-католической церкви, они активно помогали немецко-фашистским оккупантам угонять на немецкую каторгу трудящееся украинское население и способствовали выполнению грабительских повинностей, установленных немецкими оккупационными властями».
Дело в отношении иерархов Греко-католической Церкви велось по статьям 54-1 «а» и 54-11 УК Украинской ССР и по окончании следствия было передано на рассмотрение Военного трибунала. Епископы Григорий Хомышин и Иосафат Коциловский скончались 1947 г. в киевской тюрьме наркомата госбезопасности. Остальные архиереи во главе с митрополитом Иосифом Слипым были осуждены на различные сроки заключения в лагерях.
Владислав Петрушко «Из истории ликвидации унии на Украине после II мировой войны». (Комментарий в интересах нации).
Источники:
www.petergen.com/bovkalo/sp/lw1946.html
Седмица.RU Церковно-научный Центр «Православная Энциклопедия» 10.03.2006. http://www.sedmitza.ru/text/404889.html

Яворский, Михаил Семенович, протоиерей (1917), род. 23.19.1888 г. в с. Собчино Семеновского у. Нижегородской губ., русский, сын протоиерея Симеона Лавровича Яворского (ум. в 1920 г.) и Марии Александровны (ум. в 1912 г.). Образование: Уфимская духовная семинария (1912), Петроградская духовная академия (1916) и Археологический институт (1916); кандидат богословия с причислением к Академическому храму; диакон, священник, в 1916–1923 настоятель церкви св. вмц Екатерины на Васильевском острове. 8.02.1916 г. был обвенчан в Казанском соборе с Верой Философовной Орнатской (1889-1967), дочерью свмч протоиерея Философа Николаевича Орнатского (1860-1918) и Елены Николаевны Заозерской. В семье было четверо детей: Вера (1917), Философ (1918), Екатерина (1922) и Сергей (1923). Подвергался арестам: в 1922, 1924 и 1930 гг. Расстрелян 28 сентября 1937 года. Похоронен на ст. Медвежья гора (Сандармох, Карелия). Реабилитирован 21 ноября 1989 года прокурором Карелии. Ему родным дядей приходился Яворский Иван Лаврович (р. 1853, с. Собчино, Нижегородской губ. – ум. 1928/1929), статский советник, доктор медицины, писатель, географ, этнограф, антрополог и путешественник; в 1878-1879 врач Русского посольства в Афганистане и лейб-медик при эмире Афганистана Шир-Али-хане; в начале 1890-х приват доцент, с 1894 г. профессор Новороссийского университета по кафедре географии, действительный член Императорского Русского Географического Общества.

«В 1922 году был арестован по делу об изъятии церковных ценностей, но был оправдан…
4 февраля 1924 года был арестован по обвинению в «контрреволюционной деятельности», проходил по делу «Спасского братства». 26 сентября 1924 года приговорен к трем годам лишения свободы. С сентября 1924 года по июль 1927 года находился в Соловецком лагере особого назначения. Работал делопроизводителем.
Освобожден 26 июля 1927 года, проживал в городах Любани Белорусской ССР и Малой Вишере Маловишерский района Новгородской обл. и за отсутствием подходящей вакансии исполнял обязанности третьего псаломщика Николаевского собора. В течение двух с половиной лет вёл в соборе религиозно-нравственные беседы.
16 сентября 1927 года Особым Совещанием при Коллегии ОГПУ ему запрещено проживание в 6 крупнейших городах.
В 1929 году В.Ф. Яворская оформила с ним развод, чтобы восстановиться в избирательных правах и избегнуть высылки из Ленинграда.
30 января 1930 года арестован по обвинению в «проповеди антисоветского содержания и распространении провокационных слухов о преследовании сов. властью духовенства». Тройкой ОГПУ Ленинградского военного округа приговорен к 10 годам лишения свободы.
С марта 1930 года до января 1931 года отбывал наказание в г. Кемь, Карелия, СЛАГ ОГПУ.
В январе 1931 был переведен в г. Медвежьегорск, Беломоро-Балтийский канал, 1-й лагпункт, где работал счетоводом в финотделе 1-го лагпункта.
20 сентября 1937 года был арестован в лагере по обвинению в том, что «со дня прибытия в ББЛАГ [Белбалтлаг] тесно связался с заключенными, осужденными по контрреволюционным статьям и бывшими служителями религиозного культа, вместе с последними посещал церковь и совершал религиозные обряды», «распространял клеветнические измышления о положении рабочих в СССР». Тройкой при УНКВД Карельской АССР был приговорен к расстрелу.
Расстрелян 28 сентября 1937 года. Похоронен на ст. Медвежья гора (Сандармох).
Реабилитирован 21 ноября 1989 года прокурором Карелии».

О судьбе семьи внук Михаила Семеновича Сергей Михайлович Доброумов пишет: «В июле 1931 г. Вера Философовна поступила в больницу 5-летия Октябрьской Революции (теперь Институт переливания крови на 2-й Советской), где проработала до декабря 1938 г., потом заболела и уволилась. Возобновила работу в больнице с 15 мая 1941 г. и проработала старшей медсестрой, заведующей моечной до 3 января 1949 г., имея высшее педагогическое образование и окончив курсы сестёр военного времени при Кауфманской общине (Фонтанка, 143). Всю блокаду она была донором и сдала 16 литров крови, как и её дочь Вера. Обе были награждены знаком «Почётный донор СССР». Младшая дочь, Екатерина, ушла фельдшером на Зимнюю (Финскую) войну, была ранена, а затем снова призвана 16 января 1941 г. в действующую Красную армию. Встретила войну на государственной границе, партизанила, была ранена, была в плену. Младший сын, Сергей, был в Красной армии с 28 июля 1941 г. По окончании военного зенитного училища в 1943 г. офицер, воевал, ранен, попал в немецкие лагеря, затем в сталинские (с 1945 по июнь 1956 г.)».
Арх. справка: Яворский Сергей Михайлович, сын Яворского Михаила Семеновича и Веры Философовны, внук свмч протоиерея Философа Орнатского (причислен к лику общецерк. святых в 2000 году), род. 24.08.1923 г. в Ленинграде. Лейтенант Красной Армии. Призывался Василеостровским РВК г. Ленинграда 15.07.1941 года. Участник Великой Отечественной войны. Место службы: 811 сп 229 сд, 551 сп 49 сд ЗапФ. 25.10.1943 года в р-не Могилева попал в плен.
06.04.1985 года Министром обороны СССР награжден Орденом Отечественной войны I степени.

Примечание: На Московском Архиерейском соборе РПЦ 2000 года протоиерей Философ Николаевич Орнатский (1860-1918) и его сыновья: Орнатский Николай (1886-1918), Орнатский Борис (1887-1918) причислены к лику общецерковных святых от Петербургской епархии.

Источники:
Статья: «Соловецкий барак «Я». Поименный список жертв Соловецкого лагеря особого назначения… www.solovki.ca
Статья «Яворский Михаил Семенович» на сайте «Древо — открытая православная энциклопедия: https://drevo-info.ru/articles/13674968.html
Cтатья «Яворский Михаил Семенович» Сергея Михайловича Доброумова, С.-Петербург — на сайте «Возвращенные имена. Книги памяти России»: https://visz.nlr.ru/person/show/110213
Сайт POISK.RE. Яворский Сергей Михайлович: https://poisk.re/person/officers/12701045
«Сайт о Яворских». Раздел X. Биографические материалы. «Известные врачи — воины, ученые, писатели». Яворский Иван Лаврович.

В революционно-демократическом движении

ЯВОРСКИЙ, Владимир Андреевич, (10.05.1839, Керчь — ?), дворянин, сын Яворского Андрея Францевича и Надежды Ивановой, семья православ. вероисп. С 1834 г. семья проживала в Керчи, где отец, в 1844 г. титулярный советник, исправлял должность штатного смотрителя в уездном Керченском училище, в 1849-1851 гг. депутат в Керченской Городской Думе, в 1852 г. надворный советник, член Сухум-Кальского карантинно-таможенного правления. Кроме сына Владимира в семье росли дети — Николай, род. 7 мая 1847 г., по сост. на 1888 г: секретарь Керченского мирового съезда, коллежский асессор; сестры: Анна, род. 16 июня 1840 г., обучалась в Одесском институте благородных девиц, Ольга, род. 14 июля 1841 г., обучалась в Керченском Кушниковском институте, Евгения, род. 5 февраля 1845 г., и Вера, род. 1 февраля 1846 г.

Окончил Симферопольскую гимназию. Студентом второго курса физико-математического факультета Санкт-Петербургского Императорского университета Владимир Андреевич принимал участие в петербургских студенческих волнениях 1861 г.; арестован на квартире известного публициста Николая Викентьевича Альбертини, в то время политического обозревателя «Отечественных записок», автора ряда рецензий на русские и иностранные книги исторического и политического содержания, а также аналитических статей, в которых выражал взгляды умеренного либерализма России, и 5.10.1861 г. заключен в Петропавловскую крепость. По высочайшему повелению 4 декабря приговорен к высылке на родину под надзор полиции на год, «в случае отсутствия по нем поручителей в Петербурге». Освобожден 7 декабря 1861 г.

Источники:
Деятели революционного движения в России. Биобиблиографический словарь: От предшественников декабристов до падения царизма: [В 5 т.]. — М.: Изд-во Всесоюзного общества политических каторжан и ссыльно-поселенцев, 1927-1934.
slovari.yandex.ru/dict/revoluc/article/re2/re2-1688.htm
Дело Петроп. крепости (1861). — «Колок.» л. 119—120 (1862), 996 (Материалы). — «Колок.» л. 121 (1862), 1009.
С. Венгеров, «Критико-биогр. словарь», т. I, стр. 451—454 и 951. Энциклопедические словари: сост. русск. учен. и литер., т. III, Толля и Березина. — «Новое Время», 1890 г., № 5180. — Адрес-календари 1884—1888 гг.
Русский Биографический Словарь А.А. Половцова.
Месяцеслов и общий штат Российской империи на 1840. Часть вторая. С. 658; Адрес-Календарь на 1841, ч. 1. С. 419; на 1842, ч. 1. С. 451; на 1843, ч. 1. С. 241; на 1844, ч. 1. С.223; на 1845, ч. 1. С.228.
Наш сайт: Формулярные списки чинов гражданского ведомства, п.6, п.20.
Фотография: Яворский А.Ф. г. Керчь, 1864 год. Из архива автора.

ЯВОРСКИЙ, Иван Иванович, (05.11.1888, Варшава — 20.05.1962, Минск). Родился в семье заводского квалифицированного рабочего (литейщика), мещанина гор. Варшавы; участник борьбы за Советскую власть в Белоруссии. «Член КПСС с 1904. За революционную деятельность был арестован (1904, 1905, 1906) и сослан (1906-1909). Один из организаторов большевистской группы на заводе «Арсенал» в Гомеле (1915). Участник Февральской и Октябрьской революций 1917 в Москве. В 1918 один из организаторов партизанского отряда из рабочих Новобелицы. С 1918 военком Высших курсов комсостава Западного фронта, командир отряда особого назначения, действовавшего в Гомеле, Пинске, Лунинце. В 1922 — 1925 военком 27-й стрелковой дивизии, Кронштадтской крепости, заместитель командующего войсками ОГПУ Западного пограничного округа по политчасти. С 1925 на хозяйственной работе».
Награжден орденами Ленина, Трудового Красного Знамени и медалями.

Эти сведения из «Краткой энциклопедии. Биографического справочника» Белоруссии. Попробуем расширить сведения имеющимся в нашем распоряжении рассекреченным архивным материалом. За центральное событие возьмем период нахождения Яворского Ивана Ивановича в должности военного комиссара артиллерии XI-го стрелкового корпуса Петроградского/Ленинградского военного округа: сентябрь 1923 — февраль 1924 гг.
1923 год был во многом знаменателен тем, что в течение года Яворский находился последовательно военкомом нескольких формирований.
С августа 1922 г. по январь 1923 г. — военком 27-й дважды Краснознаменной Омской стрелковой дивизии. Дивизия дислоцировалась после участия в подавлении Кронштадтского мятежа в марте 1921 г. и крестьянского восстания в Саратовской губернии (апрель 1921 — февраль 1922) в районе Орша-Витебск-Смоленск. Военачальником дивизии до сентября 1923 г. был Путна Витовт Казимирович (31.03.1893-12.06.1937), литовец, из крестьян. Яворский Иван Иванович — из рабочей семьи, поляк. Выходцы из рабоче-крестьянской среды хорошо понимали друг друга и тесно взаимодействовали, но недолго. Знали — дивизии предстоит переформирование. В сентябре 1923 г. Путна В.К. получает новое назначение; Яворский И.И., «имея некоторые связи», установившиеся задолго до Февральской и Октябрьской революций 1917 года с представителями социал-демократии Царства Польского, а затем России, Литвы и Белоруссии (например, эпизоды и факты биографии Яворского Ивана Ивановича пересекаются с деятельностью выдающегося революционера, партийного и государственного руководителя Уншлихта Иосифа Станиславовича), в январе 1923 г. переназначается на должность военкома артиллерии 16-го стрелкового корпуса, где комкором Лонгва Роман Войцехович (9.07.1891-8.02.1938), тоже поляк, из семьи мелкого торговца. Дислокация штаба управления — г. Саратов с перспективой: Орша — Брянск — Могилев. В апреле 1923 г. Яворский И.И. получает очередное назначение — военкомом штаба 5-го стрелкового корпуса, штаб дислоцировался в Могилеве, комкор Дыбенко Павел Ефимович (16.02.1889-29.07.1938), украинец, партийный и военный деятель СССР. В 1925-1926 начальник Главного артиллерийского управления. С 1928 командовал войсками Среднеазиатского, Приволжского, Сибирского и Ленинградского военных округов. С 1 июня 1923-го Яворский И.И. уже военком штаба 14-го стрелкового корпуса и с 7 июня врид помощника комкора по политической части того же корпуса. Дислокация управления — г. Киев. Командиром 14 стрелкового корпуса был Дубовой Иван Наумович (12.09.1896-29.07.1938), сын украинского шахтера, командовал корпусом: май 1922 — сентябрь 1923, в дальнейшем — с 1929 пом. и зам. командующего войсками Украинского военного округа, с 1935 — командующий войсками Харьковского военного округа. Дубового в командовании 14 стрелковым корпусом сменил Якир Иона Эммануилович (3.08.1896-11.06.1937), сын еврея-провизора, командовал корпусом: сентябрь 1923 — декабрь 1923. Последняя должность: командующий войсками ЛВО (10.05.1937).
Это назначение Яворского не последнее. 30 августа 1923 года заместитель начальника ПУР РВС СССР Ланда Михаил Маркович (Моисеевич) направляет письмо начальнику Политуправления Петроградского военного округа Бакаеву Ивану Петровичу с предложением назначить Яворского Ивана Ивановича «на должность комиссара штаба корпуса, помощника военкома корпуса, или в артчастях округа». И 15 сентября 1923 года приказом по Петроградскому военному округу (ПВО) № 1252 (зап. в лич. деле) назначается комиссаром артиллерии XI-го стрелкового корпуса. Командование корпуса дислоцировалось в г. Старая Русса, а с ноября 1923 года — Петрограде.
Такое перемещение войсковых формирований и смена командного и политического состава РККА связаны отчасти с начавшимся реформированием Красной армии, суть которого: преобразование и оптимизация ее численности — содержать пятимиллионную армию (официально — 5,4 млн) в мирное время государство было не в состоянии, но поддерживать обороноспособность — оставалось важнейшей задачей. VIII съезд Советов в декабре 1920 года принял двухлетнюю программу 3-х кратного сокращения численности армии и было постановлено специальными аттестационными комиссиями отобрать для оставления в армии лучшие командные кадры. Орган Совнаркома Совет труда и обороны (в 1923-1937 гг. действовал Совет труда и обороны СССР) «был призван согласовывать усилия деятельности всех ведомств в области обороны страны и хозяйственного строительства». Проводилась реорганизация центрального управления; совершенствовались методы воспитания, обучения и подготовки кадров в военно-учебных заведениях, которые сами подвергались преобразованию; менялись названия и география округов, формирований и места дислокации войск, совершенствовались логистика снабжения войск и обеспечение вооружением. В частности, менялась организационная структура крупных частей и соединений в сторону усиления их огневой мощи. В 1922 году появилась корпусная организация войск. «Первые организационные мероприятия в этом направлении были определены приказом Реввоенсовета республики № 1627/323 от 1 июля 1922 г. Этим приказом гаубичный и полевой тяжелый артиллерийские дивизионы стрелковых дивизий были изъяты из состава дивизионной артиллерии и переданы в непосредственное подчинение вновь организуемым стрелковым корпусам». Последние изменения по состоянию на 1922-1924 гг. показаны на примере 11-го (XI) стрелкового корпуса, сформированного в ноябре 1922 года в Петроградском военном округе приказами № 2901 от 25 ноября и № 2914 от 26 ноября. Дислокация командования: гг. Старая Русса (ноябрь 1922 — ноябрь 1923), Петроград/Ленинград (ноябрь 1923 — октябрь 1925). Командир корпуса Блюмберг Жан Карлович (21.09.1889-26.04.1938), комиссар корпуса Ванаг Петр Янович (1885-1926), начальник штаба корпуса Захаров Павел Александрович (04.03.1887-12.05.1925), начальник артиллерии корпуса Калинин, с 1923-го Козерский Борис Александрович.
Важную роль продолжал играть политический орган — институт военных комиссаров, который был введен в РККА Л.Б. Троцким по согласованию с В.И. Лениным Приказом Р.В.С.Р. от 24 марта 1918 года и на следующий день утвержден Совнаркомом РСФСР. Ю.Н. Арзамаскин в книге «Комиссары», исследуя эту тему, пишет, что тогда деморализованную армию бывшей царской армии для создания Красной Армии использовать было нельзя «ввиду неблагонадежности воинских частей и соединений… Однако создание Красной Армии было невозможно без привлечения военных специалистов царской армии, которым большевистское руководство страны также не доверяло. Политическая благонадежность военспецов внушала опасения, а соображения классового порядка требовали контроля над ними». В начале 20-х годов эти «соображения» еще продолжали действовать и даже укрепляться. Лишь в 1924-1925 гг. был продекларирован курс на единоначалие. Приведем еще одну цитату из книги этого автора, которая поясняет, что есть военный комиссар. «Военный комиссар есть непосредственный политический орган советской власти при армии. Его пост имеет исключительное значение. Комиссары назначаются из числа безупречных революционеров, способных в самых трудных обстоятельствах оставаться воплощением революционного долга», опублик. в Известиях. 1918, 6 апреля . Под этим углом и рассмотрим предлагаемую ниже биографию с учетом меняющихся событий в стране и классового подхода к единоначалию в вооруженных силах.

Из автобиографии Яворского Ивана Ивановича, написанной собственноручно в г. Бердичеве 15 июня 1923 года в бытность военным комиссаром штаба 14-го стрелкового корпуса и врид помощника комкора по политической части, позже уточненной, пребывая военкомом Артиллерии XI стрелкового корпуса в Петрограде/Ленинграде (слева фрагмент 2-го листа анкеты).
«Я сын заводского квалифицированного рабочего (литейщика), мещанин гор. Варшавы. Родился 5 ноября 1888 года. До 16-ти лет учился, сначала в городском училище, а потом в гимназии и окончил 4 класса. Ввиду болезненного состояния здоровья (перенес воспаление мозга) по совету врачей мне пришлось оставить школу и поступить [в 1904 году] на завод «Трецера», где работал мой отец». Дальше, пишет о себе Иван Иванович, на заводе обучался литейному делу и был весь в революционной работе: ведет агитационную работу среди заводских рабочих, участвует в забастовках, революционных выступлениях в городах Варшаве, Лодзи и других. Напомним, что 9(22) января 1905 года положило начало первой русской буржуазно-демократической революции. Расправа над петербургскими рабочими в «кровавое воскресенье» вызвала справедливое возмущение рабочего класса по всей России. Забастовки охватили многие промышленные центры. Это было время революционного подъема, когда «на борьбу за свободу поднялись угнетённые самодержавием народные массы». Царство Польское не было исключением. Яворский все активнее участвует в революционной агитации, пропаганде и выступлениях рабочих, руководит тремя подпольными кружками за что несколько раз арестован. Первый раз — в 1904 году «за распространение нелегальной социал-демократической литературы и просидел в тюрьме около 3-х месяцев»; в 1905 году ведет на заводе «интенсивную подпольную работу», формально арестован за хранение оружия; «в 1906 году, — сообщает Яворский, — за взрыв бомбы на нашей квартире, произошедший из-за неисправности самой бомбы. Как обвиняемый за хранение взрывчатых веществ, я вместе со старшим братом был сослан на три года в Вологодскую губернию до снятия военного положения в Польше». Вернулся. И вновь арестован вместе с братом, теперь уже Военно-Окружным судом. Но за недоказанностью вины братья были освобождены и находились под надзором Варшавской охранки.
В 1910 году Яворский Иван Иванович в возрасте 22-х лет призван на царскую службу — г. Кронштадт, 1-й Кронштадтский крепостной артиллерийский полк. Прослужив полгода, «отправлен по специальности на Военно-литейный завод, находившийся в Кронштадте, в январе 1912 года по слабости здоровья был вовсе уволен от службы».
Отслужив год и три месяца, вернулся в Варшаву, устроился рабочим на завод по приобретенной ранее специальности литейщика. «Но,- пишет он, — ввиду моей болезни (сердца и малокровия) был уволен [с завода]. И по увольнении не переставал быть под надзором охранки Варшавской полиции». Из-за безработицы и невозможности найти работу дома «в 1913 году был вынужден выехать за границу в Германию и оттуда в Америку». Но из-за отсутствия средств, через две недели был отправлен из Нью-Йоркского порта обратно. Вернулся в Польшу. Удалось поступить на завод «Фицнер и Гампер» в г. Домброве-Гурнича [промышленный центр угольного бассейна в Силезском воеводстве], «одновременно удавалось исполнять великолепную работу подпольную, — пишет Яворский, — в шахтах с углекопами. Но и это продолжалось… только 3 месяца, <...> по возвращении моем в г. Варшаву долго был безработным на иждивении родителей, за небольшой помощью [профсоюзной] организации, но не живя вместе с родителями. В 1914 году, когда вспыхнула Империалистическая война, я не задолго [до начала войны] поступил на завод ["Трецера"], с которым был эвакуирован в Брест-Литовск, избран… делегатом от литейного цеха для переговоров с администрацией завода. В 1915 году ввиду наступления немцев на Брест-Литовск… эвакуирован [с заводом] в Гомель, где проработал до 1916 года». Потом был рабочим еще одного завода Варшавского Округа Путей Сообщения и избран делегатом от рабочих литейного цеха. Дальше он пишет: «…имея некоторые связи с Москвой, я в первых числах февраля 1917 года бросил работу и выехал в г. Москву. Поступив на завод «Братьев Кертинг» и, проработав не сполна 2 недели, вспыхнул переворот, где я принимал участие, но, к великому сожалению, очутилась у власти Керенщина. Все это время, будучи Предзавкомом и делегатом Профсоюза металлистов, приходилось усиленно работать в области агитации [и] пропаганды среди наших рабочих-товарищей. После 18 июля того же года, событий на фронте и неудача наступательной политики Керенского и его царского режима (так в документе) мы были вынуждены уйти в подполье. …После хорошего вооружения рабочих и подготовки была совершена Великая наша историческая Октябрьская Революция… Во время Октябрьской революции в городском районе, — добавляет он, — я с винтовкой в руках 5 суток был в боях против юнкерства и офицерства за поддержку большевиков».
Из последующих событий с участием Яворского И.И. приведем эпизод защиты и восстановления советской власти в Пинске после ухода красноармейских частей на фронт. Комиссар штаба корпуса излагает это событие так.
«После Брестского мирного договора в феврале 1918 года был брошен на подпольную работу в Украину в Гомельский район, где у власти стоял гетман Скоропадский под защитой германских войск. Здесь, будучи помощником Начальника партизанских отрядов, а потом Начальником этих отрядов, вел борьбу с войсками Скоропадского и немецкими [частями]…
Работа в партизанских отрядах в Гомельском районе удавалась весь год, с февраля 1918 года по январь 1919 года. По установлении советской власти я с двадцатью двумя партийными товарищами был направлен на подполье в Польшу и Пинск. Но, доехав до Пинска, [мы] были задержаны нашим Уполномоченным Белорусского Реввоенсовета тов. Гуревичем, …в самом Пинске не было работников для «организования» власти на местах. На пленарном заседании Пинского Ревкома я был назначен Председателем Совнархоза, секретарем партии и секретарем Ревкома…»
Фронт находился в 40 верстах от города. Ввиду отсутствия красноармейских сил, городу угрожала опасность захвата власти эсерами. В самом Пинске «было большое засилье левых эсеров при вооружении двух полков», которые прибыли в город накануне после оставления города польскими и немецкими войсками. «В нашем распоряжении имелась только одна рота красноармейцев; из-за того, что левые эсеры отказались идти на фронт и дать из полков помощь, мы, оставив за себя заместителей в учреждениях, взяв с собой эту роту, …с коммунистами отправились на фронт». В дополнении к автобиографии Яворский И.И. поясняет: — «нам приходилось 2-3 раза в неделю при поддержке одной роты красноармейцев уходить на фронт отбивать наседающих поляков, оставляя в самом Пинске [всего] 3-х коммунистов», и возвращаться в город из-за опасения «козней» со стороны эсеров. Что вскоре и подтвердилось.
20 февраля 1919 года, когда Яворский с несколькими членами отряда возвратился с фронта, узнал, что эсеры созвали свой съезд для выборов в Исполком и захвата советской власти в городе. Нужно было действовать на опережение. События развивались быстро. Предревкома срочно вызвал к себе всех остававшихся в городе членов компартии, а в Минск направил телеграмму с просьбой о поддержке. Когда здание Ревкома уже было окружено войсками С.Р. [социалистов-революционеров], осажденные выставили в окнах пулеметы и стали вести с балкона «разъяснительную работу». «К счастью, — пишет он, — из Минска очень срочно прибыла карательная экспедиция, с помощью которой нам удалось восставших разоружить, отослать в Центр на предмет расформирования [обоих полков], арестовать С.Р., собравшихся на съезд, а крестьян привлечь на свою сторону.
В последних числах февраля были выборы белорусско-литовского правительства. И так как у меня был самый старший партийный стаж, я был избран делегатом на съезд».

Историческая справка
«2-3 февраля 1919 г. в Минске прошел I Всебелорусский съезд Советов, на котором была принята первая Конституция ССРБ. Также было принято решение об объединении Беларуси и Литвы и образовании Литовско-Белорусской Советской Социалистической Республики (Литбел). Она была образована как буферное государство. Его территория предназначалась для размежевания РСФСР и Польши с целью предотвращения открытой войны с ней. В состав Литбел вошли Виленская, Минская и части Гродненской и Ковенской губерний. В одной из деклараций, принятых на съезде говорилось о необходимости объединения Белорусской ССР с Литовской ССР. Принятие этого документа было вызвано тем, что 16 января 1919 г. ЦК РКП(б) принял решение о присоединении к РСФСР Витебской, Могилевской и Смоленской губерний, а остальной территории — к Литовской ССР. Объяснялось это решение тем, что оно является «наиболее соответствующим нашим общеполитическим задачам и вполне соответствующим международной конъюнктуре». Скорее всего, имелись в виду притязания Польши на бел. и литовские земли. Еще в декабре 1918 г. Верховный глава Польши Ю. Пилсудский заявил, что польское гос-во будет восстанавливаться в границах РП 1772 г. <...> Литбел формально просуществовала до июля 1920 г., когда произошло второе провозглашение ССРБ. После освобождения войсками Красной Армии территории Беларуси 31 июля 1920 г. была принята Декларация о провозглашении независимости Советской Социалистической Республики Беларусь, что фактически означало прекращение существования Литбел. Состоялось второе провозглашение советской республики на территории Беларуси. В Декларации указывалось, что ССРБ — независимое советское государство. В общем плане определялись границы республики и подчеркивалось, что ССРБ строится на принципах беспощадной диктатуры пролетариата и использования всего опыта Советской России. Закрепляя незыблемость Советской власти, Декларация восстанавливала основные положения об организации народнохозяйственной жизни, провозглашенные Манифестом Временного рабоче-крестьянского правительства Белоруссии, и отменяла все законы польской оккупационной власти о восстановлении частной собственности. В Декларации объявлялось, что впредь до созыва свободно избранного съезда Советов рабочих и красноармейских депутатов вся полнота власти принадлежит Военно-Революционному Комитету. Заканчивалась Декларация призывом к гражданам объединиться с целью поднятия культурного уровня страны, восстановления народного хозяйства и завершения борьбы с интервентами. Много внимания в данном нормативном акте уделено правам и свободам граждан Белоруссии. Он закреплял стремление белорусского народа к социальной и национальной свободе, завершил процесс восстановления белорусской государственности».
(Образование Литовско-Бел. Сов. Респ. Декларация о восстановлении независимости ССРБ 1920 г.)

«По дороге со съезда в Гомеле я узнал, что Пинск был взят поляками. Уездисполком Пинска и боевые части отступили… Сговорившись по прямому проводу с Предисполкома Пинска и Уполномоченными Реввоенсовета Белорусско-Литовской Армии тт. Гуревичем и Большаковым, я получил приказание оставаться в Гомеле и принять эвакуированные из Пинска дела и отделы Исполкома, прибывающие в Гомель.
Скоро после принятия их в Гомеле произошло восстание 67-го и 68-го полков Артиллерии, вызванное агитацией с.-р. Стрекопытова» — так называемый Стрекопытовский мятеж 24-29 марта 1919 года двух полков 2-й Тульской бригады 8-й стрелковой дивизии. Бригада была сформирована в Туле в декабре 1918 года, вскоре переброшена в Бобруйск, а затем передислоцирована в Могилев…
Картинка: Фрагмент автобиографии, назначения

«Я, находившийся в это время в Новобелицах, в 4-х милях от Гомеля, — пишет дальше Яворский, — должен был вместе с братом собрать всех членов РКП(б) города Белицы, которых оказалось 22 человека, и идти с ними на поддержку Гомельского Ревкома. Но, не доходя до места, мы были разбиты и вынуждены были, отступив, скрываться. За нами началась погоня и розыски. Через 5 дней наши войска вступили в Гомель и я, с принятыми пинскими делами, отправился в Лунинец. Сдав дела и эвакуированное имущество, … вновь вступил в должности Председателя Совнархоза в Зем. отделе, секретаря партии и секретаря Ревкома. Но так как поляки пошли и на Лунинец, то мы постановили: всем отправиться на фронт, организовав для этого коммунистический отряд особого назначения.
На фронте, будучи помощником начальника отряда, получил две раны, потом, будучи начальником отряда, еще две раны, но оставался в строю и лечился на фронте, и когда 31.05.1919 года сломал ногу при наступлении в Пинских Болотах вынужден был оставить фронт.
Так как формально дела по занимаемым мною в Лунинце должностям сданы не были, я пролежал в госпитале более 3-х месяцев (3 месяца и 3 недели), поехал в Москву… Явился в ЦК РКП(б) чтобы узнать, где находится Белорусско-Литовское правительство /ликвидационная Комиссия/ для сдачи дел, будучи Секретарем партийного комитета, Секретарем Ревкома и Председателем Совнархоза. (В биографиях разночтения: в первой Пинска, во второй Лунинца. В анкете Председатель Совнархоза Пинска). Сдав дела, был направлен по согласованию с Губкомом г. Смоленска Заместителем начальника Культ-Просвета и Агитпропа Гомельского Губэвака города и уезда. В этой должности пребывал с сентября 1919-го по апрель 1920 года.
В апреле 1920 года членом Реввоенсовета Западного фронта УНШЛИХТОМ И.С.Яворский И.И. назначен военкомом Западного фронта по делам военнопленных и перебежчиков, прослужив в этой должности до полного окончания военных действий, до октября 1920 года. За боевую работу Реввоенсоветом фронта был награжден «Кожаным обмундированием».

Биографическая справка
Уншлихт Иосиф Станиславович (19.12.1879, Млава Плоцкой губ. — 29.7.1838).
Сын служащего. Образование получил на Высших технических курсах (Варшава). В 1900 вступил в Социал-демократию Королевства Польши и Литвы (в 1906 вошла в РСДРП), большевик. Участник лондонского съезда РСДРП. Вел партийную работу в Царстве Польском среди пролетариата в промышленных центрах: в Варшаве, Лодзи, Домбровском угольном бассейне. Член Варшавского комитета партии, окружкома Лодзи, краевого комитета Польши и Литвы. Сблизился с В.И. Лениным и защищал ленинские принципы в партии. Многократно арестовывался царской охранкой. Нелегал. В 1916 выслан в Иркутскую обл. Бежал. С апреля 1917 член Петроградского совета, член Петроградского военно-рев. комитета. С декабря 1917 член Коллегии НКВД РСФСР. В нач. 1918 по янв. 1919 воевал с немцами под Псковом. С апреля 1918 по январь 1919 пред. Центральной коллегии по делам пленных и беженцев. С февр. 1919 нарком по военным делам Литовско-Белорусской ССР, член Президиума ЦК КП Литвы и Белоруссии, в апр. 1919 зам. пред. Совета обороны Литовско-Белорусской ССР. В июне — дек. 1919 член Реввоенсовета (РВС) 16-й армии, с дек. 1919 по апр. 1921 — Западного фронта.
С апр. 1921 зам.пред. ВЧК-ГПУ, по его предложению было создано специальное бюро по ведению активной разведки — дезинформации противника. С осени 1923 член РВС Республики и нач. снабжения РККА. С 1924 член ЦРК ВКП(б). С 1925 кандидат в члены ЦК. В февр. 1925 -июне 1930 зам. пред. РВС СССР и наркома по военным и морским делам СССР. Одновременно с янв. 1927 пред. ОСОАВИАХИМа СССР. В 1933-35 нач. Глав. упр. Гражданского флота. В февр. 1935 избран секретарем Союзного Совета ЦИК. 11.6.1937 арестован. 28.7.1938 приговорен… к смертной казни. Расстрелян. 10.3.1956 реабилитирован и восстановлен в партии. (К.А. Залесский)

С 15 сентября 1923 года (пр. ПВО № 1252) Яворский Иван Иванович, пройдя череду назначений, военком управления артиллерии XI стрелкового корпуса, где первым командиром корпуса латыш Жанис Блюмбергс или Блюмберг Жан Карлович, военкомом корпуса Петр Янович Ванаг, родом из г. Риги Лифляндской губ., вероятно, тоже латыш. Корпус был сформирован приказами Петроградского военного округа 25 и 26 ноября 1922 года, дислокацией штаба корпуса определен г. Старая Русса. Через год штаб переведен в Петроград, а в начале 1924 года Петроградский военный округ был переименован в Ленинградский Военный округ.
Военком Яворский Иван Иванович, имея к 35 годам боевую революционную биографию и военный опыт, подорванное на фронте здоровье — 4 ранения и перелом ноги, прибыл в штаб корпуса, принял дела и приступил к комиссарским обязанностям. Прибыл не один — с семьей (больной женой) и вестовым. Последний не был предусмотрен существующим положением. Положение самого и семьи осложнялось отсутствием квартиры, а частые переезды — не по своей воле — требовали определенных денежных средств. Об этом знает каждый офицер, получавший в советское время назначения и получающий новые назначения сегодня. И тут началось…
Просматривая материалы о комкоре Блюмберге Ж.К. и комиссаре корпуса Ванаге П.Я., автора настоящей статьи, в прошлом командира и начальника, знавшего жизнь военных коллективов не понаслышке, заинтересовала информация о них от Николая Черушева, автора книги «Жизнь военной элиты. За фасадом благополучия. 1918–1953″, на сайте «213 стр. полк 56 Московской стр. дивизии». Материалы сайта (фрагмент слева) поражают негативной атмосферой взаимоотношений командования вновь сформированного корпуса…
Начинается изложение с просьбы одного из читателей сообщить дополнительную информацию о его родственнике военном комиссаре Петре Яновиче Ванаге. Наша информация об умной аффилированной личности, имевшей большое влияние на атмосферу взаимоотношений и деятельность командования корпуса и напрямую связанной с биографиями и судьбами многих людей, в том числе комиссара Яворского Ивана Ивановича. Информация поясняет и дополняет причины сложившейся атмосферы.

КАК «ПОССОРИЛИСЬ» ДВА КОМИССАРА — ИВАН ИВАНОВИЧ и ПЕТР ЯНОВИЧ
(Реальные события, имевшие место 100 лет тому назад).
…Уже через две недели после своего назначения военным комиссаром артиллерии XI стрелкового корпуса Яворский И.И. «удостоился» первого рапорта (01.10.1923) военного комиссара корпуса Ванага П.Я. на имя члена РВС Петроградского военного округа Николая Михайловича Воронина, через три дня второго (04.10.1923) на его же имя, очередного (26.10.1923) уже в адрес члена РВС начальника политуправления ПВО Ивана Петровича Бакаева, Воронину — копия. Здесь Ванага знали и поддерживали.
С последнего рапорта от 26 октября 1923 года и продолжим биографию Яворского.

КОМИССАР ВАНАГ. «Рапорт. Прошу Вашего распоряжения о немедленном снятии военкома артиллерии XI стр. корпуса тов. Яворского, как совершенно несоответствующего занимаемой должности. (Курсив Б.Я.)
1) тов. Яворский прибыл сюда с вестовым и упорно не хотел подчиняться приказу ПВО о изъятии вестовых и уже только моим распоряжением вестовой был изъят и переброшен из Петрограда /рапорт члену РВС ПВО т. Воронину от 1.октября сг. за № 89/с /
2) В первый же день по прибытии тов Яворский потребовал оплаты всех своих счетов и несмотря на предъявленный ему приказ № 706, упорно настаивал на выдаче ему не причитающихся денег. Поднял бучу в адмхозчасти корпуса и финчасти округа, чем подорвал свой авторитет и показал свою нетактичность /мой рапорт Члену РВС ПВО от 4/10 сг за № 95/с. /
3) Все время ноет и плачет о своем безвыходном материальном положении /85 руб. в месяц/, о болезни жены, неимении квартиры и др. чем отнял у меня много времени и показал себя не с совсем красивой стороны.
4) Заводит целые переписки по всем мелочным вопросам /неимение бумаги/ и официально заявляет «слагаю с себя ответственность», в то время когда ни разу не обратился ко мне за помощью [Б.Я.- см. п.3], а когда на переписку с начштабом бумаги не жалеет.
5) Всецело подпал под влияние вр. начарткора XI т. БЕМА и при инспектировании артиллерии 56 и 16 и 14 тяжардива работал не самостоятельно, а под его влиянием, чем я и объясняю пристрастие и даже неправильное освещение вопросов.
6) Делал заведомо ложные доклады /по-моему в угоду БЕМУ/ об артскладе 56, о состоянии казарм, воды, освещения и т.д. КА тяжардива в лучшую, а о артиллерии 16 див. в худшую сторону.
Подводя итоги всему сказанному необходимо определенно сказать, что ЯВОРСКИЙ как нетактичный, слабовольный, несамостоятельный, любящий много говорить, а мало делать, вечно ноющий и хмыкающий не соответствует занимаемой должности. Да и вообще вряд ли он может работать на самостоятельной должности».
ВОЕНКОМ КОР XI /Ванаг/ Подпись. 26 октября 1923

Поясним пп. 5 и 6 рапорта, при этом отметим — рапорты имели гриф «секретно» или «совсекретно»!
В октябре 1923 г. была назначена внутренняя инспекционная комиссия от управления артиллерии XI стр. корпуса в составе: 1-го помощника начальника артиллерии (вр. исполнявшего обязанности начальника артиллерии) корпуса БЕМА Владимира Михайловича и военкома управления артиллерии корпуса Яворского Ивана Ивановича. Инспектированию подвергалась артиллерия 16-й дивизии корпуса. После инспекции оба — Бем и Яворский — подверглись жесткой обструкции со стороны Ванага с выводами в рапорте. Разбираться из ПУОКРа ПВО прибыл инструктор, некто Сергеев Иван. Выслушав Ванага, инструктор отметил, что комиссия допустила «незаконные проступки» Содержание документа цитируется дословно:
«1. При поверхностной поверке делопроизводства в дивизионах тов. БЕМ придирался к неправильно поставленным знакам препинания и т.д.
2. В цейхгаузе тов. БЕМ придирался к найденной заржавленной ручке от негодного замка, и за это подверг аресту двух техников, при этом было допущено нетактичное добавление: «Одного посадил за дело, другого — чтобы не было обидно первому».
После вывода лошадей и осмотра конюшен в лагартдиве, тов. БЕМ, собрав комсостав, был нетактичен — давая свое заключение, одних хвалил, других хаил, не давая по существу разъяснения, говорил: «Не всегда можно хвалить».
3. В оценке состояния батарей тов. БЕМ допустил пристрастие, выделив I-ю батарею, где командует его друг и товарищ СУРКОВ.
4. Тов. БЕМ, имея сильное желание попасть на должность ком. артиллерии 16 дивизии, рекомендуясь последним как будущий их начальник.
Подводя итоги вышеизложенному, базируясь на рапортах комиссара XI корпуса, комиссара артиллерии 16 дивизии и на личном переговоре мною с комиссаром XI стр. корпуса тов. ВАНАГОМ — делаю вывод, что комиссия от управления XI стр. корпуса, в составе тов. БЕМА и тов. ЯВОРСКОГО, действительно не оправдала своего назначения, а, наоборот, подорвала авторитет штаба XI корпуса. Комиссар управления артиллерии XI корпуса не выдержал ни партийной, ни политической линии, показав себя слабохарактерным, и подпал под влияние зарвавшегося спеца, а поэтому считаю необходимым, как тов. ЯВОРСКОГО, так и тов. БЕМА снять с занимаемых должностей.
В рапорте комиссара XI корпуса от 26/X c/г. за № 93/cc указывается, что снять с должности только одного военкома ЯВОРСКОГО, а тов. БЕМУ дать вторично строгий выговор, считаю — за один этот проступок нужно снять с должности тов. БЕМА, а если за ним и раньше водились подобные дела, то это дает полное право за его отстранение от должности пом. нач. управления артиллерии XI стр. корпуса теперь».
ИНСТРУКТОР СЕРГЕЕВ ИВАН /Подпись/
Верно: Ст. Делопроизводитель Учета ПУОКР /Годовиков/ подпись

«Незаконные проступки» вылились в открытую атаку с последствиями не только для Яворского, но и для Владимира Михайловича Бема, героическую личность Первой мировой войны — пять боевых орденов и Георгиевское оружие за один только 1915 год!
Да, он из дворянского рода Виленской губернии, обрусевшей немецкой семьи, принявшей православие, сын генерала русской императорской армии Михаила Антоновича Бема и Елены Александровны Высотской. Честно служит своей стране, профессиональный артиллерист. А кто такой инструктор Сергеев Иван? Он понимал, что значит в цейхгаузе «заржавленная ручка замка» орудия для артиллериста? Но посмел оскорблять героя, называя «зарвавшимся спецом», делать предложения о снятии с должности только потому, что нашептали: Бем В.М. «желает попасть на должность командующего Артиллерией 16 дивизии»? Ну и что с того? А на Яворского за что? За то, что «не выдержал ни партийной, ни политической линии, показав себя слабохарактерным»? В чем это выразилось? Ответы на эти вопросы прояснятся позже, в докладе начальника ПУОКРа Бакаева И.П. заместителю начальника ПУ РВС СССР Ланде М.М. от 12.01.1924 за № 2195/39с по письму Яворского И.И. «При обследовании артиллерии 16 дивизии вместе с помначартом корпуса, тов. Яворский не сумел выдержать ни партийной, ни политической линии, не одернул зарвавшегося в этом спеца, допустившего ряд возмутительных действий» (полный текст приводится ниже). Здесь допущены неточности и возникает масса вопросов: во-первых, при обследовании (инспектировании) Бем В.М. временно исполнял обязанности начарткора (начальника артиллерии корпуса, п.5 рапорта от 26.X.23, а не помначарта) и основная ответственность за состояние артиллерии корпуса лежала на нем; комиссар управления артиллерии Яворский И.И. состоял при начальнике артиллерии корпуса, а не наоборот; во-вторых, мог ли комиссар Яворский «одернуть зарвавшегося спеца», равного по положению себе, тем самым дискредитируя начальника в глазах подчиненных только для того, чтобы «выдержать партийную и политическую линию» и приобрести авторитет?; в-третьих, в чем выразились «возмутительные действия» «зарвавшегося спеца»? не является ли эта фраза оскорбительной для столь высоких лиц, военачальника и военного комиссара СТРЕЛКОВОГО КОРПУСА РККА СССР? И как должен был отнестись к уничижительному подходу военкомкора корпуса Ванага и инструктора ПУОКРа честный человек, революционер и политический военный руководитель высокого ранга, даже если имели место какие-то упущения в его новой службе и методах в служебной деятельности военачальника-»спеца»?
Прошло всего две недели с момента назначения и уже рапорт — жалоба на коллегу-подчиненного, за ней вторая! Через месяц с небольшим очередная — «немедленно снять» с занимаемой должности! Оскорбления: «ноет», «плачет», «нетактичный», «слабовольный», «несамостоятельный», «хмыкающий» и т.п.? Неужели так понята суть «политической линии» и требования к комиссарам «в самых трудных обстоятельствах оставаться воплощением революционного долга?» Или здесь нечто другое? Во всяком случае, и в 1923 году чувствуется влияние методов работы Я.Х. Петерса — «диктатора Петрограда», развернувшего кампанию массового террора еще в 1919 году. О зревшей внутриармейской оппозиции Яворский не знал. Возможно, догадывался. Позже, в 1926 году, на самого П.Я. Ванага, тогда уже начальника управления территориального округа Ленинграда и Ленинградской обл., поступит донос о причастности к подпольной работе оппозиции в армии. Именно донос, поступивший в ПУОКР от сотрудника отдела упр. ЛВО, а из ПУОКРа переправленный в особый отдел ОГПУ, станет (предположительно) основной причиной его гибели. Узнав о доносе, П.Я. Ванаг застрелится.

Биографическая справка. Бем Владимир Михайлович.
По данным ЦАМО и «Книги памяти блокадного Ленинграда» Бем Владимир Михайлович участник ВОВ c 14.07.1941 г., призывался Дзержинским РВК г. Ленинграда.
Он сын дворян Виленской губернии генерал-майора Михаила Антоновича Бема (1858-1917), участника Китайского похода, русско-японской и 1-й мировой войны, и Елены Александровны Высотской. Родился 3 мая 1891 г. в поселке Посьет, на Дальнем Востоке, где тогда в чине капитана служил его отец, Михаил Антонович. Военное образование: Суворовский кадетский корпус в Варшаве и 2-е военное Константиновское училище в Санкт-Петербурге. В начале Первой мировой войны — поручик 18-го мортирного артиллерийского дивизиона, действовавшего в составе 9-й армии Юго-Западного фронта, в 1915 г. кавалер Георгиевского оружия и пяти боевых орденов. В марте 1917 г. капитан в той же должности. О трагической смерти отца узнал в начале 1918 г. Находясь в должности начальника Пензенского гарнизона, в марте 1917 г. генерал-майор Михаил Антонович Бем пытался приостановить беспорядки, сопровождавшие Февральскую революцию, в подчиненных ему войсках, но был убит солдатами на Соборной площади Пензы во время парада войск в честь так называемого «праздника Свободы».
В марте 1918 г. Владимир Михайлович вступил в Красную Армию. Служил в Петроградском, а затем Ленинградском военном округе, в 1923-1924 гг. — 1-м помощником начальника управления артиллерии XI стрелкового корпуса.
«В 1930 году, — пишет проф. В.Н. Черепица, — будучи …начальником штаба 115-го артиллерийского полка РККА, был арестован по делу «Весна», известному еще и как «Гвардейское дело» (1930 – 1931). … В.М. Бем проходил в нем по категории «Константиновцы», включавшей в себя 27 бывших выпускников Константиновского военного училища. Всего по «Гвардейскому делу» было репрессировано более трех тысяч бывших офицеров императорской армии, около тысячи из них были расстреляны. В.М. Бема приговорили к трем годам исправительно-трудовых лагерей.
Перед Великой Отечественной войной работал старшим преподавателем военной кафедры Ленинградского химико-технологического института. С первых дней войны был призван в Красную Армию. В 1942 году на фронте вступил в члены ВКП(б). Полковник В.М. Бем погиб [в 1943 году] в боях на Курской дуге в должности командующего артиллерией 9-го танкового корпуса 70-й армии Центрального фронта, в ходе боев при форсировании реки Кромы. Похоронен в братской могиле у деревни Нижний Любаш (в 10 км севернее города Фатеж Орловской области) [Совр. место захоронения г. Фатеж, Курская обл., Россия]. За умелое руководство артиллерией корпуса, проявленное при этом мужество и отвагу был посмертно награжден орденом Суворова II степени. На момент гибели В.М. Бема его родственниками значились: мать — Елена Александровна Высотская, жена — Бем Надежда Иосифовна (родом из Варшавы), дочь Марина и сын Олег, находившийся в действующей армии рядом с отцом».
Офицер связи штаба 9-го танкового корпуса капитан Бем Олег Владимирович, род. в 1913 г. в Гатчине СПБ, погиб в бою 17 марта 1945 г. во время проведения Восточно-Померанской наступательной операции. Погребен в Старгард-Щецинске, Польша.

Яворский, обладая открытым мягким, но волевым характером, интуитивно оценил ситуацию — он в корпусе «пришелся не ко двору», кому-то очень мешали и даже раздражали его разговоры о революционном прошлом, опыт, позиция по обсуждавшимся военным и политическим вопросам. Стал добиваться перевода, неоднократно обращался в ПУОКР, на ложные обвинения и клевету в свой адрес просил назначить беспристрастную комиссию, но тщетно. Тогда он делает следующий шаг: пишет личное письмо Заместителю начальника Политуправления РВС СССР Ланде Михаилу Марковичу о переводе в любой другой военный округ. Они знали друг друга давно, с Февральской революции 1917 года и по Гражданской войне.

КОМИССАР ЯВОРСКИЙ. Выписка из письма на имя заместителя начальника Политуправления РВС СССР Ланды Михаила Марковича.
Биографическая справка
Ланда Михаил Маркович (Моисеевич) (1890, Тула — 28.7.1938), по национальности еврей, политработник, армейский комиссар 2-го ранга (20.11.1935). «В 1918 вступил в РКП(б) и РККА. Участник Гражданской войны, в 1918-1919 комиссар 12-й армии. В 1920-1926 зам. нач. политуправления РККА, с 1927 нач. политуправления Белорусского военного округа. В 1928 был одним из руководителей «внутриармейской оппозиции», которая выступала против «недостаточной активности партийных и политических органов армии, против искажения партийной линии военно-политического воспитания и т.д.» С 1928 старший пом. прокурора Верховного суда СССР по военной прокуратуре. С 1930 занимал пост ответственного редактора газеты «Красная Звезда» и журнала «Знамя». 27.10.1937 освобожден от должности, а 05.11.1937 арестован. Признал себя виновным в антисоветском, троцкистском, военно-фашистском заговоре в РККА. 28.07.1938 приговорен Военной коллегией Верховного суда СССР к смертной казни. Расстрелян. 07.07.1956 реабилитирован» (К.А. Залесский).

«[Хочу] начать с того, что на этом новом месте своей службы я не был принят здешними работниками, как свой, как товарищ, а наоборот был принят враждебно и неприязненно. Оказалось, что тов. ВАНАГ — комиссар XI корпуса имеет около себя тесный круг друзей, а именно: тов.АНТОНОВА — комиссара штаба корпуса, тов. ПАВЛОВА — комиссара военно-хозяйственного снабжения и тов. ЦЕРЕШКО — омиссара санитарной части, которые служили вместе с тов. ВАНАГ еще в XI-й дивизии и которые переводятся с одного места службы на другое не иначе, как все вместе*.
Уже из одного этого можно заключить, что это свои люди и ясно, что всегда сумеют извести того, чья физиономия им не понравится. Я к несчастью оказался именно таковым и уже с первых дней своего пребывания здесь, понял, что дружная товарищеская работа здесь не возможна. Началось с того, что комиссар штаба корпуса тов. АНТОНОВ потребовал от меня безусловного себе подчинения. Я в этом ему отказал. Он пожаловался тов. ВАНАГУ и с этого времени на меня началось гонение. Чтобы я ни делал все оказывалось плохо, где я говорил «да», тов. ВАНАГ говорил «нет» и наоборот, хотя он в вопросах артиллерии понимает очень немного. Начались недоразумения и инциденты. Тов. ВАНАГ в бесконечных поисках всего, что могло бы мне повредить, дошел до прямой клеветы в Пуокре, обвиняя меня в неумении работать и в самоснабжении и т.п. Благодаря ему я вынужден был два раза объясняться в Пуокре с тов. ГУСЕВЫМ — заместителем начальника Пуокра и оба раза был признан не только правым, но самому тов. ВАНАГ было сделано замечание за его совершенно неосновательные обвинения.
Упрек в самоснабжении человеку, работавшему в подполье с 1904 года и отдавшему для Революции все, является высшей мерой позора. Протестуя против подобной клеветы, я просил Пуокр о назначении соответствующей комиссии для реабилитации, но безуспешно — комиссия созвана не была.
Признание тов. ВАНАГА виновным со стороны тов. ГУСЕВА изменить создавшееся положение, конечно, не могло, а потому тов. ГУСЕВ счел необходимым, в целях продуктивности работы, перевести меня из XI корпуса. Это, к сожалению, по неизвестным мне причинам, выполнено не было и тем самым тов. ВАНАГОМ было дано в руки новое оружие против меня, а именно, аттестация, которую он дает мне, как прослужившему 3 месяца.
Я не знаю, что она представляет собою по форме, но по существу, она безусловно будет направлена против меня, поскольку она исходит от лица мне враждебного. Полная невозможность совместной и дружной работы, которой я хочу и к которой привык — для меня дальше в XI Корпусе становится очевидною.
Я не хочу говорить, тов. ЛАНДА, о том, как мне печально, как тяжко мне было садиться за письмо к Вам, — Вы сами это хорошо понимаете, но сердце рабочего, привыкшего к дружной и товарищеской работе, не может мириться, не может грудь, 20 лет боровшаяся за Революцию, спокойно смотреть на подобный разлад. Поскольку здесь работают товарищи, хорошо знающие друг друга, и поскольку я оказываюсь им всем чужим, постольку я вынужден убедительно просить Вас, тов. ЛАНДА, оказать мне всяческое содействие по переводу меня в другой округ.»
Выписка верна: Состоящий для поручений при ЗАМНАЧПУР Лихачев. Подпись. 28.12.1923

Примечание: *В письме Яворского И.И., вероятно, допущена неточность о службе Ванага в XI дивизии и об одновременном переводе комиссаров Антонова, Павлова и Церешко «с одного места службы на другое». В объяснительном письме заместителю нач. политупр. РВС СССР Ланге М.М. это утверждение опровергается: «а)тов. Ванаг в XI дивизии никогда не был; б)с военкомом штакора тов. Антоновым до последнего времени вместе не работал; в)т.т. Павлов и Церешко, работавшие в свое время вместе с тов. Ванаг в 56 дивизии, назначены в корпус не одновременно с Ванагом… 56 дивизия входит в XI Корпус» — примеч. Б.Я.

Расследованию на этот раз был дан ход, задействованы Политуправление Реввоенсовета Республики и Политуправление Петроградского военного округа. От имени Ланды Михаила Марковича отправляется 28 декабря 1923 года срочное личное указание Начальнику Политуправления ПВО Бакаеву Ивану Петровичу следующего содержания. «По приказанию Замначпура тов. ЛАНДА, препровождаю выписку из письма Военкома Артиллерии XI корпуса тов. Яворского.
Замначпура просит Вас лично расследовать это дело и сообщить ему свое заключение».
Состоящий для поручений при ЗАМНАЧПУР Лихачев. Подпись. 28.12.1923

Военкомкор Ванаг, Петр Янович, получив указание от Начальника Политуправления Петроградского военного округа Бакаева, Ивана Петровича, срочно готовит материалы на военкома Артиллерии корпуса Яворского, Ивана Ивановича, для представления в ПУОКР. Затруднения — у Яворского боевая революционная биография и безупречная анкета, тянут на повышение. Находит выход: главным документом становится Аттестация и неважно, что Яворский находится в должности только три месяца с учетом переезда, приема дел, передислокации в ноябре корпуса из Старой Руссы в Петроград, нападок на него и объяснений по жалобам в инстанциях… Представляет Аттестацию за декабрь 1923 года — 17 декабря, заготовленную заранее. Формально аттестации предусматривались решениями VIII съезда Советов для отбора и оставления в армии лучших кадров, но должны были проводиться специальными комиссиями. О том, что Ванаг П.Я. ее пишет, осаждая Пуокр, и ведет консультации для снятия Яворского И.И. с должности, он знает и готовит со своей стороны обращение в Политуправление РККА СССР (письмо выше).
Из аттестации, составленной военкомкором Ванагом П.Я., приведем лишь вывод и резолюции высших должностных лиц.
Заключение Ванага:«Глубоко уверен, что не может быть на самостоятельной должности. Ценности для армии не представляет». Военкомкор XI /ВАНАГ/ Подпись. 17.12.1923. Каково?

Начальник политуправления Петроградского военного округа Бакаев, Иван Петрович, по получении аттестации и после формальных кадровых предложений (компромиссных) Яворскому, доносит в личном письме ЛАНДЕ М.М. содержание документов и свое мнение о Яворском «по разговору с работниками ПУОКРа.: тов-ми ГУСЕВЫМ, АЛЕКСАНДРОВЫМ, КРЕЙЦЕРБЕРГОМ и Военкомкором ВАНАГОМ». С выводом: «Считаю полезным перевести тов. ЯВОРСКОГО на меньшую работу, в качестве помвоенкома штаба корпуса, либо помвоенкома артиллерии корпуса. Возможно, что работа тов. Яворского в ПВО на указанных должностях выровняла бы его, но тов. ЯВОРСКИЙ и не соглашается остаться здесь на меньшей работе.
Прошу указаний по существу изложенного.
ПРИЛОЖЕНИЕ: Копия аттестации и копия заключения по поводу Инспекционной Комиссии Артиллерии XI Стрелкового Корпуса»
Подписал письмо /Бакаев/ (первый экз. подлинника передан Ивану Петровичу Бакаеву лично).
На копии подпись НАЧУЧМОБОТДЕЛа Александрова, документ № 2195/39с от 12.01.1924

Резолюции в аттестации:
АБРАМОВ М.Н., военком Артиллерии Петрогр. воен. округа: «С Аттестацией комиссара XI Корпуса т. Ванаг согласен. Данный мною (положительный) отзыв о т. Яворском НАЧПУОКРа за № 63/сс от 21.XI.23… аннулирую… Подлежит снижению на несамостоятельную должность». Дата предусмотрительно не поставлена. Напомним, выводы и предложения Ванага о снятии Яворского и наказании Бема были направлены в ПУОКР рапортом от 26 октября 1923 г. Абрамов не поддался на сомнительные аргументы Ванага и 21 ноября аттестовал Яворского положительно. В докладе Ланге М.М. Бакаев И.П. поясняет: «Военком Артиллерии ПВО тов. Абрамов, после двухмесячного пребывания тов. Яворского в должности, характеризовал его с положительной стороны, правда, указывая невыявленность инициативы (рапорт № 63/сс), и только дальнейшая работа тов. Яворского заставила [или заставили? - Б.Я.] его изменить первоначальное мнение и дать неудовлетворительную аттестацию».
ГУСЕВ А.А., Вр. Начальника ПУОКРа: «С Аттестацией согласен. Подлежит снижению на должность помвоенкома Арт. Корпуса или помвоенкома штакора…». Дата 11.02.24 г.
БАКАЕВ И.П., член РВС, Начальник Политуправления ПетВО: «Должности не соответствует…». Дата 13.03.24г. (В докладе ЛАНДЕ М.М. — «Считаю полезным перевести тов. ЯВОРСКОГО на меньшую работу, в качестве Помвоенкома Штаба Корпуса, либо Помвоенкома Артиллерии Корпуса…»).
Как сказали бы сегодня, работники ПУОКРа, в чьих руках судьбы и жизни множества людей, «переобувались на лету». А ведь это выдающиеся люди, например, Абрамов Михаил Никифорович в 1919 году командовал 35 Сибирской стрелковой дивизией 5-й Армии Восточного фронта. Гусев, Авенир Ассикритович, его биография — биография истинного революционера и политического деятеля: рабочий-путиловец, организатор одного из отрядов Красной гвардии, участник штурма Зимнего дворца в октябре 1917-го, «чрезвычайный уполномоченный РВС Петроградского фронта в Южной группе войск 7-й армии» и т.д. (Черушев Н.С., Черушев Ю.Н.).
Не менее заслуженным в ПУОКРе был Бакаев, Иван Петрович (1887-25 августа 1936, расстрелян). Биография И.П. Бакаева выходит далеко за рамки нашей статьи; реабилитирован Пленумом Верховного Суда СССР 13.07.1988.
Кстати, в дела Яворского И.И. совершенно не вмешивается Комкор XI-го Корпуса Блюмберг Жан Карлович, в прошлом Командующий 5-й Армии Восточного фронта (20.09.1918-5.04.1919). Он всецело занят командирскими вопросами с момента формирования Корпуса со штабом в г. Старая Русса, а с ноября 1923 в Петрограде. Это политические дела военкомкора Ванаги П.Я. Но и на него идут потоком жалобы…

Биографическая справка
Комкор XI-го Корпуса Блюмберг Жан Карлович
«…В 1910 г. поступил в Виленское военное училище, которое окончил в 1914 г. и сразу попал на войну в 99-й Ивангородский пехотный полк. Всю империалистическую войну пробыл на фронте в должности командира роты, начальника команды пеших и конных разведчиков и пулеметной команды. Последние чин и должность в старой армии капитан, командир батальона. (За боевые отличия Ж. К. Блюмберг награжден орденами Св. Анны 2, 3 и 4-й степени, Св. Станислава 2-й и 3-й степени, Св. Владимира 4-й степени. – Н. Ч.)
По окончании мировой империалистической войны приехал в Москву и весной 1918 г. добровольно вступил в ряды Красной Армии и сразу был назначен комбригом в Латышскую дивизию. В половине сентября 1918 г. был назначен командующим 5-й армией Восточного фронта, пробыл в этой должности до апреля 1919 г., когда был назначен командующим Северной группой войск, защищающей г. Петроград от наступления Юденича и финнов. В 1920 г. был начальником тыла Донбасса.
По окончании Гражданской войны в 1921 г. был назначен инспектором ГУВУЗ и в 1922 г. окончил Высшие академические курсы (ВАК). После этого был полтора месяца комдивом 1-й стрелковой и в октябре 1922 г. назначен командиром 11-го стрелкового корпуса, коим командовал в Ленинградском и Белорусском военных округах более 4 лет до конца 1926 г.»…
Арестован 13 декабря 1937 г. Военной коллегией Верховного суда СССР 26 апреля 1938 г. по обвинению в принадлежности к антисоветской организации приговорен к расстрелу. Приговор приведен в исполнение в тот же день. Определением Военной коллегии от 19 июля 1957 г. реабилитирован.
(Черушев Н.С., Черушев Ю.Н. Расстрелянная элита РККА (командармы 1-го и 2-го рангов, комкоры, комдивы и им равные). 1937-1941. Биографический словарь. М., 2012)

Даты подписантов под резолюциями свидетельствуют, что окончательное решение политуправлением Р.В.С. ЛенВО до 13 марта 1924 года не было принято, не было и мнения для вынесения заключения «Должности не соответствует». К тому же, 20 февраля 1924 года Яворский приказом ЛВО (№ 17 п.31) был уже назначен пом. Военного комиссара Примор. Кронштадтской Крепости (Запись в анкете личного дела).

Военный комиссар управления артиллерии XI стр. корпуса Яворский Иван Иванович 11.02.2924 г. получил предписание за № 2640 о сдаче дел и должности вновь назначенному политработнику НИКУЛИНУ Федору Ивановичу. В ходе передачи Яворский в Акте дает характеристику общего состояния артиллерийского управления корпуса, оценивая партполитпросвет работу командиров и комиссаров воинских частей и подразделений не ниже оценки «хорошо» на основании Акта обследования комиссией политотдела 56 дивизии (военком и начальник политотдела Гибель Август Михайлович). При этом подчеркивает, что «взаимоотношение комсостава между собой, политсостава и комсостава с красноармейцами, и наоборот», тоже «хорошие». На момент сдачи должности комиссара и дел 13 февраля 1924 года «Артиллерия XI-го корпуса находилась в следующем составе:
1. Артиллерия 16 стр. дивизии (командир дивизии Овчинников Георгий Иванович);
2. Артиллерия 56 стр. дивизии (командир дивизии Цветков Вячеслав Дмитриевич);
3. 14 тяжартдив корпуса.
Артиллерия существует по штату приказа … №…, причем некомплект людей 56-й Артиллерии — 130 человек, лошадей 39%, некомплект людей в 16-й артиллерии — 53 человека, лошадей 33%, некомплект людей в 14-м тяжартдиве — 30 человек и лошадей 45 голов».

ВОИНСКИЕ ЧАСТИ и КОМИССАРЫ АРТИЛЛЕРИЙСКОГО УПРАВЛЕНИЯ XI СТРЕЛКОВОГО КОРПУСА
Комиссар управления Артиллерии ЯВОРСКИЙ, Иван Иванович с 15.09.1923 по 13.02.1924; НИКУЛИН, Федор Иванович с 14.02.1924.
1. 14-й тяжелый артиллерийский дивизион — комиссар дивизиона СОЛОМОНОВ, пом. комиссара дивизиона АВЕРИН.
2. 56-я дивизия — комиссар артиллерии ФЕДОРОВ, комиссары: легартдива ГОРБУНОВ, гаубартдива ПРОХОРОВ, артпарка ИЛЬИН, артшколы ИГНАКОВ.
3. 16-я дивизия — комиссар артиллерии БАБУРИН, комиссары: легартдива ПАНИН, гаубартдива ИВАНОВ Василий, артпарка — ТУМКИН, артшколы ИВАНОВ Александр.

УПРАВЛЕНИЕ НАЧАЛЬНИКА АРТИЛЛЕРИИ XI СТРЕЛКОВОГО КОРПУСА
Начальник Артиллерии КОЗЕРСКИЙ, Борис Александрович; 1-й Помощник его БЕМ, Владимир Михайлович; 2-й Помощник по снабжению РАХМАНИН, Александр Александрович; Врид Адъютанта ДМИТРИЕВ; делопроизводителей — 2 СУББОТИН, Иван Михайлович и СИЛЬНИЦКИЙ, Владимир Константинович. Переписчиков -2 ЛАЦКАЯ, …; уборщик лошадей -1, который находится в хоз. команде. Прикомандирован -1 Начартсклада 56-й дивизии НИКОЛАЕВ.
Конский состав: положено 5-ть верховых лошадей, в наличии — 2, в удовлетворительных телах, некомплект — 3 лошади, что является ненормальным, лошади должны быть все в наличии под непосредственным наблюдением лиц, коим они положены…». Подписи.

На этом история отношений комиссаров Яворского и Ванаги не заканчивается. Перед убытием в распоряжение Политуправления ЛенВО Яворский издает приказ о поощрении командиров и комиссаров, честно выполнявших свой служебный долг в период пребывания его в должности комиссара управления артиллерии корпуса. Из предложенных в ПУОКРе вакантных должностей он соглашается на назначение помощником комиссара артиллерии Кронштадтской Крепости (приказ ЛенВО № 17 п.1 от 20.02.1924 г.), сдает дела назначенному комиссару Никулину и приступает к исполнению новых обязанностей. Здесь все ему знакомо по предыдущей службе в 1910-1912 гг. Но преследование со стороны военкомкора Ванага продолжается. Возникает вопрос, связанный с последним приказом Яворского о поощрении командиров, комиссаров и работников управления артиллерии XI стр. корпуса. Ванагу не дает покоя новое назначение Яворского. Не вдаваясь в детали, их предостаточно в предыдущем материале, он напоминает о себе через Политуправление ЛенВО. Под давлением военкомкора Политуправление издает приказ № 69/13 от 14 апреля 1924 года об объявлении выговора Яворскому и рассылает его по адресам, в том числе – на новое место службы. Двойное наказание? Или …?
Вскоре печальная история взаимоотношений двух комиссаров, обладающих сильными, но разными и бескомпромиссными по отношению друг к другу характерами и понятиями о долге и службе своей стране, прояснится окончательно – оба получат высокие назначения, но итоги назначений не принесут счастливых результатов.

ПРИКАЗ ПОЛИТИЧЕСКОГО УПРАВЛЕНИЯ ЛВО № 69/13 г. Ленинград. 14 апреля 1924 г.

Бывшим комиссаром артиллерии XI корпуса т. ЯВОРСКИМ при сдаче упомянутой должности, в приказе от 13/II-с.г. за № 3 объявлена благодарность ряду работников артиллерии корпуса, дивизии и артчастей.
Впоследствии, ПУОКР/ом было выявлено, что многие лица этой благодарности не заслужили, приказ был подписан совершенно огульно и отдан без ведома военкома XI стр. корпуса.
За подобные легкомысленные действия бывш. военкому артиллерии XI корпуса, ныне пом. военкома артиллерии Кронкрепости тов. ЯВОРСКОМУ — объявляю выговор.
Вр. Начальника Управления: /А. Гусев/
Вр. Нач.Орг.-Инсп. Отдела: /А. Лашевич/

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
ЯВОРСКИЙ Иван Иванович, спустя некоторое время, назначается заместителем командующего войсками ОГПУ Западного пограничного округа по политчасти. Главная инспекция войск ОГПУ (Объединенное государственное политическое управление при СНК СССР) и отдел Погранохраны ОГПУ была создана 3.10.1923, ее возглавлял до 15.12.1925 главный инспектор войск ОГПУ и нач. отдела Погранохраны ОГПУ Ян Каликстович Ольский, с которым Яворский И.И. близко знаком по Западному фронту, будучи в 1920-м военкомом Западного фронта по делам военнопленных и перебежчиков.
Биографическая справка.
Ольский (настоящая фамилия Куликовский), Ян Каликстович (1898, имение Бутримовичи Трокского уезда Виленской губернии — 27.11.1937), один из руководителей органов государственной безопасности. По национальности поляк. Сын врача. С 1914 года участвовал в социал-демократическом движении Польши и Литвы, был близко знаком с Ф.Э. Дзержинским и И.С. Уншлихтом. В 1917 вступил в РСДРП(б), с окт. 1917 секретарь польской секции Петроградского комитета РСДРП(б). Участник октябрьского переворота в Петрограде. В 1918 вступил в РККА, работал в подполье в Виленской губ. (под псевдонимом Ольский). В авг. 1919 перешел в органы ВЧК, нач. Особого отдела 16-й армии, с 1920 особоуполномоченный Особого отдела Западного фронта. С июня 1921 пред. ЧК (полпред ГПУ) Белоруссии, руководил проведением карательных операций… С февр. 1923 нач. 3-го отделения Контрразведывательного отдела (КРО) ОГПУ. В данной ему характеристике указывалось: «Работоспособный, с широкой инициативой… знакомый со всеми отраслями чекистской работы… Имеет колоссальные заслуги в области разработок разных контрреволюционных и шпионских организаций, известных ВЧК». С 28.7.1923 нач. Отдела погранохраны ГПУ, с 3.10.1923 по 15.12.1925 главный инспектор войск ОГПУ и нач. отдела Погранохраны ОГПУ. С дек. 1925 зам. нач. КРО и Особого отдела (ОО) ОГПУ…». 30.5.1937 арестован. 27.11.1937 приговорен Военной коллегией Верховного суда СССР за участие в шпионской и террористической польской организации к смертной казни. Расстрелян. 19.11.1955 реабилитирован.
Жена отбывала длительный срок в лагерях, старший сын был отдан в детский дом, младшего приютили родственники. (К.А. Залесский).

С конца 1925 года Яворский И.И. на хозяйственной работе. Что заставило оставить должность заместителя командующего войсками ОГПУ Западного пограничного округа по политчасти? Возраст? Болезни? Но ему исполнилось только 37 лет. Семейные обстоятельства? Возможно. Но давайте посмотрим на причины другого рода.
До 15 декабря 1925 года Яворский находился под крылом Яна Каликстовича Ольского, молодого умного перспективного 27-летнего главного инспектора войск ОГПУ. По национальности, как и он сам, поляк. Работа ладилась, взаимоотношения товарищеские. Но в декабре 1925 Ольский получает новое назначение, а его место занимает Петерс Яков Христофорович (21.11.1886 — 25.4.1938)), сын курляндского батрака, в прошлом рабочий, с 1904 в Социал-демократии Латышского края (СДЛК)… — «одна из наиболее одиозных фигур в ЧК». Яворский был осведомлен о характере и деятельности этой личности и отдавал себе отчет, чего можно было ожидать от Петерса уже в ближайшем будущем.

На фото слева Яворский Иван Иванович в кругу семьи: слева жена Ирина, стоят сыновья Олег Иванович и Вилли Иванович, справа жена Вилли Ивановича Ирина Владимировна, их дети: старший сын Владимир Виллиевич, младший — Евгений Виллиевич. 30.08.1961, г. Минск.
На фото справа: в офицерской форме сын Ивана Ивановича — Яворский Олег Иванович (Али), внизу — его внук Яворский Олег Олегович с друзьями (второй справа) — спасатель-парашютист, ветеран боевых действий, инструктор парашютного спорта, за плечами более 2500 прыжков.

Из биографии Петерса Я.Х., одного из руководителей органов государственной безопасности. С 22.8.1918 по 1919, будучи зам. пред. ВЧК, «настаивал на полной неподконтрольности ВЧК, которая производит «обыски, аресты, расстрелы, давая после отчет СНК и ВЦИК». С марта 1919 нач. штаба по борьбе с контрреволюцией в Москве, член Московского ревтрибунала. В мае 1919 чрезвычайный комиссар в Петрограде, развернув в нем кампанию массового кровавого террора. Лично возглавил повальные аресты и [руководил] расстрелами внутри города, были составлены списки (по телефонным книгам) подлежащих аресту бывших сановников, военных, капиталистов, дворян и. т.д. Руководил подавлением восстания в форте «Красная Горка». С августа 1919 комендант Киевского укреп. района. Отдал приказ арестовать жен и взрослых членов семей офицеров, которые перешли на сторону белых». С янв. 1920 полномочный представитель (полпред) ВЧК на Северном Кавказе, с июля 1920 — в Туркестане, член Туркестанского бюро ЦК РКП(б). Руководил уничтожением «пособников» басмачей. П(етерс) лично ответственен за многочисленные расстрелы, казни заложников, пытки, конфискации и т.д. …отличаясь крайней безжалостностью. С июля 1922 по окт. 1929 член Коллегии ГПУ (с 1923 ОГПУ) и нач. Восточного отдела ГПУ/ОГПУ. С 1925 главный инспектор пограничных войск ОГПУ СССР…
26.11.1937 арестован. 25.04.1938 приговорен Военной коллегией Верховного суда СССР к смертной казни. Расстрелян. 3.03.1956 реабилитирован.
(Фрагмент из биографии, К.А. Залесский).

Правильность решения Яворского Ивана Ивановича (не без совета и помощи Я.К. Ольского) о переходе на хозяйственную работу не вызывает сомнения. Сам же Ольский, выступивший в 1931 году против массовых арестов военспецов, «чем вступил в конфликт с Г.Г. Ягодой», был удален из органов госбезопасности. Работал в «Союзнарпите» и системе общественного питания. Но ареста в 1937-м и расстрела не избежал.
Яворский И.И. нашел свое место в хозяйственной жизни Беларуси, написал книгу-воспоминание (найти, к сожалению, ее не удалось). Прожил почти до 74-х лет, воспитав с супругой Ириной троих сыновей: первенца от первого брака с Вангой Феликса и совместных — Вилли и Олега, создавших свои семьи. Дети, внуки и правнуки получили достойное их образование или продолжают учебу. Умер Иван Иванович Яворский 20.05.1962 года, погребен на кладбище г. Минска.
За революционную и боевую деятельность был награжден «Кожаным обмундированием», за трудовую доблесть — орденами Ленина, Трудового Красного Знамени и медалями. Потомки чтут память этого выдающегося человека, героическую личность, мудрого воспитателя и наставника.

Автор историк К.А. Залесский в предисловии к энциклопедическому словарю «Кто есть Кто в истории СССР 1924-1953″, материалы биографий из которого приведены в настоящей статье [Яворский Иван Иванович в словаре не упоминается -Б.Я.], писал: «На любом из тех, чьи биографии приведены в словаре, есть та или иная вина за события тех лет. У одних она огромная, у других невелика, а то и незначительна. Но незапятнанным не остался ни один. Все они имеют самое непосредственное отношение к трагедии нашей страны и народа».
Эти слова можно отнести к более широкому кругу лиц в государстве установившейся диктатуры пролетариата.

Источники:
Белорусская ССР. Краткая энциклопедия. Биографический справочник. Т.5. Минск, 1982. С. 714
РГАВМФ Р-52. Оп.4. Личное дело № 902 — ПОЛИТОТДЕЛ КРОНКРЕПОСТИ. Яворский Иван Иванович
РГВА Ф. 893; дело 67. Управление 11-го стрелкового корпуса (1921-1930)
Юрий Арзамаскин. Комиссары. 1917-1942 гг М.; Вече. 2020
Н.С. Черушев. За фасадом благополучия. 1918-1953. М.; Вече. 2014
К.А. Залесский. Кто есть Кто в истории СССР 1924-1953) гг. — М.: Вече, 2009. С. 343,434,435,456,589,707.
Черушев Н.С., Черушев Ю.Н. Расстрелянная элита РККА (командармы 1-го и 2-го рангов, комкоры, комдивы и им равные). 1937-1941. Биографический словарь. М., 2012, с. 187-188; с. 328-329.
РГВА Т.2. Путеводитель 1993. Раздел VIII. Управления и штабы стрелковых соединений и частей: guides.eastviem.com
ОРГАНИЗАЦИЯ АРТИЛЛЕРИИ 1921-1932 гг. на: http://www.rkka.ru/org/art/artil1.htm
В.В. Жирков. Научная статья — Реформирование Красной армии в 1920-е гг: cyberleninka.ru
Статья — 55. Образование Литовско-Бел Сов. Респ. Декларация о восстановлении независимости ССРБ 1920 г. https://studfile.net/preview/9568209/page:5/
Бем Владимир Михайлович — Офицеры русской императорской армии www.ria1914.info/ru;
Бемы — потомственные дворяне герба Бем с 1803 года: Гербовник дворянских родов Ц.П. Варшава, 1853. Ч.I С. 58-59.
Бем Владимир Михайлович: Галерея участников ВОВ, 1418 museum.ru
«Воинский долг – превыше всего»: генерал Михаил Бем и его потомки/В.Н. Черепица// Идеологические аспекты военной безопасности. — 2021 — № 1 (31) – С. 63-66. https://elib.grsu.by/doc/79810
Книга памяти. https://pkk.memo.ru/page2/KNIGA/Be.html

Фотографии: бюст Яворского Ивана Ивановича, в кругу семьи (Яворский И.И. в центре…), сын Яворский Олег Иванович, внук Яворский Олег Олегович, захоронение на городском кладбище Минска — все из семейного альбома Ольги Ивановны Яворской (Иващенко), г. Кострома. Ольга Ивановна жена Яворского Олега Олеговича, сына Яворских Олега Ивановича и Валентины Трофимовны, внука Ивана Ивановича и Ирины. У Ольги Ивановны и Олега Олеговича есть дочь, которая приходится правнучкой Ивану Ивановичу.

ЯВОРСКИЙ (Jaworski), Казимеж Анджей, (род. 28.11.1897, Седлище Хелмского воев[одства] ПНР — ум. 6.9.1973), польск[ий] поэт и переводчик. Учился в Харьковском, Люблинском, Варшавском ун-тах. В 1933-39 и в послевоен. время редактировал в Хелме лит. журнал «Kamena» («Камена»), для к-рого переводил произв[едения] А. Александровича, М. Машары, М. Танка, П. Труса, М. Чарота. Изданы «Избранные стихотворения» (1939-54), «Сочинения (т. 1-9, 1971-1972). В годы фаш[истской] оккупации узник концлагеря в Заксенхаузене. В послевоен. антологиях помещены переводы Я[ворского] с бел[орусского], рус[ского], чеш[ского языков]; в 3-й том сочинений включены переводы стихотворений 21 бел[оруссого] поэта.

Источник:
Белорусская ССР. Краткая энциклопедия. Биографический справочник. Т.5. Минск, 1982. С. 714

ЯВОРСКИЙ, Матвей Иванович, (1885-1937). Партийный деятель, историк, академик АН Украинской ССР (1929). Член КП(б) Украины с 1920. Окончил юридический факультет Львовского университета (1910). С 1902 участник молодежного студенческого движения. С 1915 служил в австрийской армии, с 1918 – в Украинской галицийской армии. В 1919 перешел на сторону советской власти. С 1922 работал в университете марксизма-ленинизма при ЦК КП(б) Украины, преподавал в вузах Харькова. С 1926 заведующий Укрглавнаукой при Наркомпросе Украинской ССР. Труды в области соц.-полит. истории Украины, в т.ч. книги «Очерк истории Украины» (1923-24), «Очерки из истории революционной борьбы на Украине» (1925), «Украина в эпоху капитализма» (1926-27). В 1929 обвинен в «националистическом уклоне», исключен из ВКП(б)» (Свод персоналий. Игорь Абросимов)*. В 1931 был арестован в Киеве и «решением КОГПУ «осужден» на 6 лет ИТЛ, отбывал наказание на Соловках, расстрелян 3.11.1937 г. в урочище Сандормох, Медвежьегорский район, Карелия. В лагере был одним из лидеров украинской «внутренней эмиграции», проходил по чекистской агентурной разработке «Злостные». (Шевченко Сергей. Из переписки. Киев-Торонто. 20.10.2005).
«Заключенный Илья Корсовецкий (Ілля Корсовецький), сидевший вместе с профессором в СЛОНе, говорил о невероятном мужестве и честности Матвея Яворского: «Скверно он делает, что со всяким разговаривает на эти темы и открыто говорит свои мысли, так что с ним говорить теперь опасно. Его окружили шпионами, стукачами и он, не разбираясь в людях, болтает им все, как друзьям. Теперь 3-я часть «создала» вокруг него какую-то организацию и сейчас все избегают его. С ним опасно встречаться…». (Сергей Шевченко. Архіпелаг особливого призначення. – К.: Фенікс, 2006. – 368 с.: 32 арк. іл.).
Заявление в Центральную аттестационную комиссию
ГУЛАГ НКВД СССР.
«Настоящим сообщаю, что я отказываюсь от зачетов рабочих дней не только за истекший период, но и вообще. Я считал таковой (зачет) издевательством над человеком, которого, как и многих других, сталинское «правосудие» сперва бросает в тюрьму за то, что он украинец, не поменявший любви к своей родине на русский патриотизм, подкрашенный «интернационализмом», — которого названное правосудие без суда осуждает за несуществующее дело на медленное уничтожение в лагере, в условиях тяжелого принудительного труда, на полуголодном пайке, в сетях гнусной провокации и нравственных мучений, — а после всего этого оно, это правосудие, обещает ему сократить его медленное уничтожение — моральное и физическое — при условии так называемой «перековки», т.е. безропотного самоподчинения этому уничтожению и подкупного славословия его политики.
Я лично «перековывать» себя не стараюсь, обоготворять «гениального, любимого, родного вождя всех народов» не желаю, да и вообще считаю для себя позором таким путем покупать себе волю, тем более, когда десятки тысяч украинской интеллигенции погибают в тюрьмах и лагерях в условиях, означенных выше, когда их семьи осуждены на медленную голодную смерть в условиях так называемой «культурной и зажиточной жизни», в условиях сталинской «заботы о человеке», когда сотни тысяч ограбленных украинских крестьян засевают Россию своими костями на каторжных стройках, лесозаготовках и других видах принудительных работ, когда столько же погибает их у себя на родине от голода, хотя как будто и там жить стало «веселей».
Я считаю, что при таком положении вещей на Украине для меня больше будет чести умереть уже вместе с ними в общей нашей каторжной жизни, чем стремиться на волю, чтобы жить жизнью хамелеона, раболепствующего перед современным Нероном и его преторианцами, хамелеона, захлебывающегося в восторге перед политикой национального гнета и крестьянского грабежа в царстве — не строящегося социализма, а всеобщего обмана провокации и произвола.
Л/п Кремль-Соловки, 30/VI-1936 года.
3/к Др. Яворский Матвей Иванович».
Из издания Ленинградский мартиролог: 1937-1938:
«Яворский Матвей Иванович родился в 1884 г. [по другим источникам - 15.11.1885 г.], с. Корчин Сколевского у. (Галиция) — [Львовский (Лембергский) округ Королевства Галиции и Лодомерии Австро-Венгрии. В настоящее время село Корчин в Сколевском районе Львовской обл. - Б.Я.]; украинец; окончил Львовский университет; член ВКП(б) в 1920-1930 гг; подпоручик австрийской армии, историк, экономист, политолог, научный сотрудник Всеукраинской АН, работал и проживал в Харькове (ул. Артема, д. 46), Киеве (ул. Либкнехта, д. 17) и Ленинграде (Надеждинская ул., д. 27, кв. 6). Арестован в 1930 г. в Ленинграде. Приговорен: Коллегией ОГПУ 7 февраля 1932 г., обв.: по ст. ст. 58-2-11 УК РСФСР. Приговор: на 6 лет ИТЛ. Отбывал наказание в Соловках, содержался на лагпункте Кремль, командировках Исаково и Филимоново, работал десятником лесхоза, переборщиком овощей, смолокуром, объявлял голодовки, в 1933 г. доставлялся в распоряжение ГПУ УССР для дополнительного следствия. Приговорен: Особой тройкой УНКВД ЛО 9 октября 1937 г. Приговор: ВМН. Расстрелян 3 ноября 1937 г. Место захоронения — в Карелии (Сандармох)».
Реабилитирован в 1989 г.; восстановлен в звании академика АН Украины в 1991 г. и национальной АН Беларуси в 1994 г.

Источники:
*СВОД ПЕРСОНАЛИЙ. Автор-составитель Игорь Абросимов. http://www.proza.ru/avtor/igorjan
Знаменитости на соловецких островах. Книга 9 глава 1 ОТ СОЛОВКОВ МАРКСИЗМ НЕ СПАСАЛ… http://www.solovki.ca/people_18/javorsky.htm
Ленинградский мартиролог: 1937-1938 — Соловки-энциклопедия — www.solovki.са. Статья «Соловецкий барак «Я» Яворский Матвей Иванович.
Фото: Яндекс Картинки

ЯВОРСКИЙ, Юрий (Георгий) Эразмович, (8/21.01.1890, Николаев — 25.08.1970, Красноярск), партийный и государственный деятель Украины и России, юрист, педагог и крупный организатор производства, сын потомственного Почетного гражданина* г. Кишинева Бессарабской губернии Яворского Эразма-Никифора Юлиановича (фото справа) и Канойкиной (Конопкиной) Анны Федоровны, дочери отставного артиллерийского чиновника (брак зарег. 1 ноября 1887 года в Тираспольской Андреевской военно-госпитальной церкви). Жена Юрия Эразмовича: Столярова Варвара Петровна, родилась в 1893 году в г. Варшаве, образование высшее, окончила Одесский институт Народного образования в 1929 г.; их дети: сын Руслан, род. 5. 02. 1922 г. в г. Одессе, в июле 1941-го, будучи студентом 3 курса Ленинградского института кино-инженеров, был призван Ленинградским ГВК в ряды РККА, в июле 1941 года в ополчении, в октябре 1941-го, находясь на фронте, пропал без вести; сын Вадим, род. 12. 04. 1927 г. в г. Харькове (фото в центре справа).

22 августа 1905 года Яворский Юрий (Георгий) Эразмович поступил в Минскую мужскую классическую гимназию, обучался по 5 июня 1909 года и окончил полный восьмилетний курс. 6 июня 1909 года пишет прошение о зачислении и зачисляется в С.-Петербургский Императорский университет на юридический факультет. Прослушав курс, в следующем, 1910 году, переводится с юридического факультета на физико-математический.
Будучи студентом С.-Петербургского университета (1909-1911), Яворский принимал участие в студенческих демонстрациях «Толстовские дни» (1910); за политическую деятельность арестован и отправлен в ссылку (1911-1913) в с. Довбня Мозырского уезда Белоруссии. Находясь в ссылке, 27 июня 1911 года подает прошение на отчисление из университета и 3 августа т. г. получает в Минске документы из университетской канцелярии.

Отбыв ссылку, в 1913-1917 гг. Яворский Ю.Э. в Минске, затем в Петрограде на службе в Контрольной Палате министерства Госконтроля в чине коллежского регистратора. С 14 августа 1915 г. числится во Временной ревизионной комиссии для проверки отчетности в военных расходах, вызванных войной 1914 г., исполняет должность мл. ревизора министерства (c ноября 1915 г. по ноябрь 1917-го). 17 августа 1915 г. подает прошение о зачислении на юридический факультет Петроградского университета вольнослушателем, 12 июля 1916 г. добивается разрешения департамента Народного просвещения на допуск к экзаменам. 22 августа 1916 г. вновь подает прошение о зачислении в «число сторонних слушателей» юридического факультета университета. Но в ход событий и личную жизнь молодого чиновника вмешиваются революционные процессы, меняющие вектор судьбы.

Сразу после ноябрьских событий 1917 г. Яворский Ю.Э. работает в Наркомпроде заместителем (помощником) уполномоченного по снабжению «топливных» рабочих в Петрограде и Москве, затем снова, до 1919 г., — в Госконтроле*. В дальнейшем на партийной и государственной работе в Киеве, Харькове, Одессе, Горловке, Донецке, Орске и др. городах. Занимает последовательно ряд высоких постов в Украине, в том числе: председателя бюро Правобережья УКП (1920, г. Киев), Секретаря ЦК УКП (1920-1921, г. Харьков**), инспектора и начальника производства госторга Наркомвнешторга (1921-1923, г. Одесса), консультанта Кодификационного Отдела Наркомюста Украинской ССР и зав. издательским Отделом (1923-1925, г. Харьков), Секретаря Совета Народных Комиссаров Украинской ССР (1925-1931, г. Харьков), зам. председателя горисполкома (1931-1932, г. Горловка), зам. председателя областной Плановой Комиссии (1932-1933, г. Донецк. Он же член Донецкого областного организационного комитета, секретарь и член президиума Донецкого облисполкома, начальник Областного управления народно-хозяйственного учета (ОблУНХУ). Согласно постановлению Донецкого облисполкома от 28 февраля 1933г. Яворский выводится из состава президиума облисполкома в связи с переходом на другую работу. Как специалист-плановик в 1933-1935 гг. он возглавляет планово-производственный отдел Орско-Халиловского комбината в г. Орске Чкаловской обл., а в 1935-1937 гг. — планово-производственный отдел машиностроительного завода в г. Выкса Горьковской обл. 30 июля 1937 года Яворский Ю.Э. был арестован за антисоветскую деятельность и осужден на 8 лет постановлением Особого Совещания при НКВД СССР от 10 сентября 1940 года, считая срок с 30 июля 1937 года. Но судьба готовила ему очередное суровое испытание, к сожалению, далеко не последнее.
Вскоре после нападения на СССР фашистской Германии, в июле 1941 года его старший сын, Руслан, студент 3 курса Ленинградского института кино-инженеров был призван в ряды РККА и направлен на фронт, попал в ополчение. В октябре 1941 года, находясь на передовой, пропал без вести.
Отбывал наказание Яворский Ю. Э. до 05.11.1945 года в Ухтоижмском лагере Коми АССР. С момента освобождения из ИТЛ прошло три послевоенных года, он — среди восстановителей страны. И вновь арестован 10 ноября 1948 года. На момент ареста – начальник планового отдела Успенского рудника «Главмедь», Жана-Аркинского района, Карагандинской области. 27 апреля 1949 года за принадлежность к антисоветской повстанческой организации осужден и сослан на поселение (фото слева). Из архивных материалов — реабилитирован, обвинения сняты. «Определением Военного трибунала Московского военного округа от 5 апреля 1956 года, — сообщается в справке следственного дела, — постановления особых Совещаний при НКВД СССР от 10 сентября 1940 года и при МГБ СССР от 27 апреля 1949 года в отношении Яворского Юрия Эразмовича отменены и дело прекращено за отсутствием состава преступления». Архивная справка из следственного дела Яворского Ю.Э. — человека-патриота удивительной и трагической судьбы — приведена ниже.

После реабилитации Яворский Ю. Э. вновь востребован, работает, воспитывает новые поколения «строителей коммунизма», пишет воспоминания, выступает.
Он автор статьи о студенческих демонстрациях: «На путях великого Октября» к пятидесятилетию демонстрации против смертной казни – ноябрь 1910″ /воспоминание участника/. Подлинник хранится в Государственном центральном музее современной истории России, Инв.№ 1808 ВС1715. Там же хранится катушка магнитной ленты — «Вождь, учитель, человек», выступление тов. Яворского Ю.Э. по радио, встреча на Красноярском судостроительном заводе 22 апреля 1965 г.» (о встрече с В.И. Лениным).

Архивная справка.
«В документах архивного фонда УКГБ по Горьковской области имеются следственные дела Яворского Юрия Эразмовича. Дата рождения – 21 января 1890 года. Место рождения – г. Николаев Одесской области (так в документах). Украинец, гражданин СССР. Член ВКП(б) с 1920 года. До ареста – начальник планово-производственного отдела завода дробильно-размольного оборудования (г. Выкса Горьковской области). Состав семьи на момент ареста: жена Столярова Варвара Петровна, 1894 г.р., зав. учебной частью школы № 8, сын Руслан, 1922 г.р., сын Вадим. 1927 г.р. Арестован 30.07.1937 года Выксунским РО НКВД. Постановлением Особого Совещания при Народном Комиссаре Внутренних Дел СССР от 10 сентября 1940 года Ю.Э. Яворский за антисоветскую деятельность заключен в ИТЛ сроком на 8 лет, считая срок с 30 июля 1937 года. Срок наказания отбывал до 05.11.1945 года в Ухтоижмском лагере Коми АССР.
Вновь арестован Управлением МГБ по Карагандинской области 10 ноября 1948 года. На момент ареста – начальник планового отдела Успенского рудника «Главмедь», проживал на поселке Успенского рудника Жана-Аркинского района Карагандинской области. Обвинения предъявлены по ст. 58-2, 58-11 УК РСФСР. Постановлением Особого Совещания при Министре государственной безопасности СССР от 27 апреля 1949 года Ю.Э. Яворский за принадлежность к антисоветской повстанческой организации сослан на поселение.
Определением Военного трибунала Московского военного округа от 5 апреля 1956 года постановления особых Совещаний при НКВД СССР от 10 сентября 1940 года и при МГБ СССР от 27 апреля 1949 года в отношении Яворского Юрия Эразмовича отменены и дело прекращено за отсутствием состава преступления».
Основание: ф. 2209, оп. 3, д. 10697, лл. 7, 8, 200-203, 247-248;
д. 10698, лл. 2-6, 41.
Зам. директора М.М. Фельдман
Грезнев А.Ю.
МН 20.03.2009

Источники:
Материалы из семейного архива: копии архивных документов и фотографии предоставил внук Яворского Юрия (Георгия) Эразмовича (фото вверху слева), правнук Эразма-Никифора Юлиановича (фото вверху справа) Яворский Александр Вадимович (фото внизу слева), род. в 1956 году в г. Москве; бабушка Столярова Варвара Петровна, наградной лист, дед Яворский Юрий Эразмович с сыновьями Русланом и Вадимом (фотографии в центре). Ниже — Юрий Эразмович на поселении и его семья: жена Варвара Петровна, сын Вадим, внук Александр.
Информация из того же источника дополнена 16.01.2011 года сведениями, поступившими из ЦГИА СПб.: фонд 14, опись 15, дело № 3552. Перечень документов, содержащихся в личном деле студента Петроградского университета Георгия Эразмовича Яворского, изложен в письме архива № 95/т, 379/т от 26.05.2010.

Примечания:
Некоторые сведения в автобиографии (РГАСПИ: исх № 491 от 20.09.2009) и регистрационном бланке от 4.11.1965 г. члена КПСС к партбилету в деталях не совпадают. Есть расхождения непринципиального характера и в других документах.
*Почетный гражданин — звание, личное и потомственное, присваивалось в оказание высокой чести и благодарности тому, кто в силу своих убеждений проявил себя в общественной жизни как гражданин и все свои возможности и даже личные финансовые средства использовал для служения своей стране и своему городу.
Потомственное гражданство было высочайше пожалованным по особому представлению государю или Сенату и передавалось по наследству. Почетными гражданами по рождению становились свободные законные дети (мужского и женского пола) отцов, имевших звание потомственного почетного гражданина, и в особых случаях — отцов, имевших личное дворянское достоинство. По женской линии почетное гражданство не передавалось. Однако в конце XIX века почетное гражданство стало передаваться всем членам семьи, включая и особ женского пола.
Звание Почетного гражданина присваивалось решением Правительствующего Сената, а в некоторых, исключительных случаях — императорским указом, что непременно специально оговаривалось. Потомственные почетные граждане получали от Правительствующего Сената грамоту, а личные почетные граждане — свидетельство.
Важно отметить, что и император, и Сенат награждали званием «почетный гражданин» исходя из основного критерия — за заслуги перед Отечеством в разных сферах общественной жизни — социальной, экономической, культурной, религиозной. Имущественное и социальное положение в указе Николая I особого значения не имели (Ирина Воскресенская. Российская Империя. Полная энциклопедия сословий, титулов, чинов. М., Астрель. 2009).
**Столица УССР с 1918 по 1934 гг. — г. Харьков.

ЯВОРСКАЯ, Александра Тимофеевна, (1859 — 1936). Просветитель, педагог. Родилась и выросла в семье морского офицера в городе Архангельске. Гимназисткой познакомилась с семьёй В. В. Берви-Флеровского — демократа-просветителя, социолога, автора книги «Положение рабочего класса в России», которую высоко оценил Карл Маркс. Вечера у Берви-Флеровских, прочитанные политические книги пробудили у А. Т. Яворской желание стать учительницей, нести свет просвещения в народ. В 1879 году, окончив гимназию, она стала работать в школе, которая содержалась на средства помещиков Косяковских, в деревне Студенец Порховского уезда Псковской губернии. Здесь она встретилась с одиннадцатилетней Надей Крупской — будущей женой В. И. Ленина. В апреле 1881 года А. Т. Яворскую арестовали за антиправительственную пропаганду, а школу закрыли. Отбывала наказание в Порховской и в Псковской тюрьмах, затем была сослана на пять лет в город Архангельск под гласный надзор полиции. В ссылке вышла замуж за Н. Е. Яковлева — политического ссыльного. В последующие годы занималась просветительской деятельностью. В 1932 – 1936 годах переписывалась с Надеждой Константиновной Крупской — видным партийным и государственным деятелем Советского Союза.

Источники:
Псковская энциклопедия. Главный редактор — А. И. Лобачёв. Псков, Псковское региональное общественное учреждение — издательство «Псковская энциклопедия», 2007
Сайт Псковский мир http://pskovmir.edapskov.ru/index.php

ЯВОРСКИЙ, Иван (Иосиф) Иосифович, (23.10.1901, Турка Львовской обл. — 21.06.1957, Дрогобыч Львовской обл.), родился в семье земледельца Иосифа Яворского-Мартича из шляхетского рода герба Сас — прародины и вотчины Яворских-Турецких-Ильницких; государственный и партийный деятель, в 1947 г. — заместитель председателя исполнительного комитета Дрогобычского областного Совета депутатов трудящихся; в 1947—1957 гг. — председатель Дрогобычского облисполкома. Депутат Верховного Совета УССР 2-4-го созывов. 1952—1957 гг. кандидат в члены ЦК КП Украины; награжден орденом Ленина (1948). С 1772 года Турка округ Львовского губернимума Королевства Галиции и Лодомерии Австро-Венгрии. Отец, директор русской кассы в Турке (Турочках), 10 августа 1914 года был арестован австрийской жандармерией и заключен в концентрационный лагерь Талергоф — Голгофу галицко-русского народа, — начавший свою пагубную деятельность 4 сентября 1914 года, на следующий день после занятия русскими армиями Н.В. Рузского и А.А Брусилова Львова в результате Галицийской операции. Восточная Галиция ненадолго (c сентября 1914 по июнь 1915 гг.) вошла в состав Российской империи под управлением русского генерал-губернатора. До наступления немецко-австрийских войск и отступления из Галиции русской армии в 1915 г. многие семьи вынужденно покинули свою родину и выехали в Россию. В числе выехавших в 1915 году семья Яворских-Мартич, мать с детьми, — в Ростов-на-Дону.

Из биографии на Руниверсалис:
«В 1920 г. окончил семь классов Ростовской-на-Дону трудовой школы (бывшей гимназии). В 1920—1921 гг. — студент первого курса историко-филологического факультета Донского университета в городе (Ростов-на-Дону). В 1921 г. вернулся в родной город Тур-ка, работал в частной конторе адвоката Сохоцкого.
Член Коммунистической партии Западной Украины с 1925 г. Окончил 1 курс Львовского университета. Возглавлял Турковскую районную ячейку КПЗУ.
В 1928—1929 гг. — секретарь Турковского уездного комитета КП Западной Украины (Львовское воеводство). За свою политическую деятельность неоднократно арестовывался властями Польши в 1929 и 1933 гг.
В 1934 г. был назначен председателем Турковского отделения украинского крестьянско-рабочего социалистического объединения «Сельроб». Создал в Турке просоветский литературный кружок «Мир» и спортивное общество «Стрый», организовывал адвокатскую защиту политических заключенных.
После воссоединения Западной Украины с УССР, в 1939—1941 гг. работал директором Турковского деревообрабатывающего комбината (Дрогобычская область).
В 1941 г. был назначен заместителем председателя исполнительного комитета Турковского районного Совета депутатов трудящихся. В июне 1941 г. был эвакуирован в восточные районы СССР, работал учителем семилетней школы в Дагестанской АССР.
Участник Великой Отечественной войны, служил в РККА. С 1944 по 1947 г. — председатель Турковской районной плановой комиссии, председатель исполнительного комитета Турковского районного Совета депутатов трудящихся.
Член ВКП (б) с 1947 г. В 1951—1952 гг. обучался на однолетних партийных курсах.
В мае-ноябре 1947 г. — заместитель председателя исполнительного комитета Дрогобыч-ского областного Совета депутатов трудящихся.
В 1947—1957 гг. — председатель Дрогобычского облисполкома. Депутат Верховного Со-вета УССР 2-4-го созывов. Кандидат в члены ЦК КП Украины (1952—1957)».

Узниками Талергофа — австро-мадьярского концентрационного лагеря — из рода Яворские-Турецкие-Ильницкие в 1914 году стали: Яворские без придомка — 25 лиц, Яворский-Горошкевич, Яворские-Игнатович — 2, Яворский-Линевич, Яворский-Мартич, Яворский-Романович, Яворский-Серкевич. Документально подтвержденные сведения в приведенных источниках на 32 человека;
Ильницкие без придомка — 17 лиц, Ильницкий-Гулевич, Ильницкий-Земкович, Ильницкий-Фединич. Документально подтвержденные сведения в приведенных источниках на 20 человек; а также:
потомки Турецких, принявших фамилии по владениям в кон. XV – нач. XVI вв.: Высочанские – 2 чел,, Высочанский-Швабович; Матковские – 11 чел; Комарницкие – 10 чел, Комарницкий-Павликович; Лопушанский — 1 чел.
Родственные связи указанных фамилий представлены в таблице православного по крайней мере до 1702 г. (В.Б. Антонович) галицко-русского рода, ведущего свое начало от венгерского графа Ванчалуха из Семиградья. В 1700 г. при митрополите Иосифе Шумлянском Львовская епархия была присоединена к унии — греко-католической церкви. Однако унию приняли не все верующие и не сразу. Поэтому в роду встречаются православные, католики, греко-католики и др. Тоже самое с национальностью – есть русские, поляки (например, Яворский Аполлинарий Якуб (Ritter von Jaworski), австрийский дворянин (1825 г. — 1904 г.), сын Теодора Яворского-Пишковича герба САС (род. в 1784 г., метрика в Ступнице — ум. в 1830 г. во Львове), по происхождению из галицко-русского рода, считал себя галицийским поляком), украинцы и даже итальянцы.

Мирович Р. Д.
Алфавитный указатель жертв австро-мадьярского террора во время первой мировой войны 1914 – 1918 гг. на землях Галицкой и Буковинской Руси, в пяти книгах. Третья, значительно пополненная редакция. Львов, 1971.

Настоящий алфавитный указатель является результатом долголетней кропотливой работы покойного доктора Мировича Р. Д. по собиранию и обработке документальных данных о терроре и преследованиях австро-мадьярскими властями русского населения Прикарпатья в первую мировую войну 1914 – 1918 гг.
Таковые материалы собирались Талергофским Комитетом во Львове, основанным в 1923 году. Они хранились в Талергофском музее (отдел музея Ставропигийского Института во Львове) и были частично опубликованы в четырёх выпусках Талергофского альманаха, издававшегося во Львове в 1923 – 1933 гг.
В 1940 году музей Ставропигийского Института был упразднён как самостоятельная единица, а его экспонаты и архивные фонды, в том числе и материалы Талергофского музея, были перевезены в государственные музеи и архивы.
Во время второй мировой войны многие материалы были уничтожены фашистами.
Цель настоящей работы – собрать и систематизировать уцелевшие материалы, разбросанные по разным учреждениям и частным семейным архивам, и подготовить их к публикации.
В настоящем алфавитном указателе фамилии жертв размещены следующим образом:
В книге первой: от А до Г, №№ 1 – 2091. Стр. 1 – 239.
В книге второй: от Д до К, №№ 2092 – 4284. Стр. 240 – 506.
В книге третьей: от Л до О, №№ 4285 – 5751. Стр. 506а – 6701.
В книге четвёртой: от П до Р, №№ 5752 – 6722. Стр. 6701 – 777.
В книге пятой: от С до Я, №№ 6723 – 9051. Стр. 778 – 1036.
(Извлечение из пятой книги №№ 8863-8898):
8863. ЯВОРЧАК Семен А., крест., Ботля (Турка), арест. 11/8 1914, Талергоф. Реляция староства 12/8 1914 № 141/пр. И 4/9 № 236/моб. ТА П, 30.
8864. ЯВОРОВСКИЙ Василий, р. 1864, свящ., правосл., Сертов (Выжница, Бук.), был под военным судом в Быстрице в 1914 г. Арестован по доносу Янкеоя, Шлейме и Менделя Кац, что читал русские газеты «Русскую Правду» и «Галичанина» и мог бы дать сведения русской армии о сиел австрийских войск. Вместе с ним был обвиняем свящ. Авксентий Кибидович (см.). Судом оправдан, был сослан в Талергоф. ЦГИА 1 с. 148 (В.215) – освобождение с ограничением. ТА П, 57. Сообщ. д-ра Богатырца (Фельдгерихт Бестерче К.12/1914 – по д-ру Балану).
8865. ЯВОРОВСКИЙ Пилипп, 37 л., рабочий, Мервичи (Жолква), арест. авг. 1914, 289/8 отправлен с транспортом в Терезин и Талергоф. 17/8 1916 решение комиссии продлить интернирование как русофила. Был призван в армию. ЦГИА П с. 15 (С.263).
8866. ЯВОРОВСКИЙ Феофил Васильевич, р. 1855, свящ., член русско-народных обществ, Ярычев Новый (Львов), арест. 1914, Талергоф. Умер 9/7 1920. ЦГИА 1 с. 138, 155 (С.336) – продление интернирования. Альб. Км. ТА 1, 87; 1У, 79. Шематизм льв. Аеп. На 1918 с. 175 «Прикапрпатская Русь» 16/7 1920 г. № 70.
8867. ЯВОРСКАЯ Емилия Андреевна, учительница, Крупско (Жидачев), арест. авг. 1914, 12/9 отправлена с транспортом на Вадовицы-Вольфсберг в Талергоф. Реляция староства 29/8 1914 № 416/пр. (определена как опасная для государства русофильский агитатор. ЦГИА 1 с. 7; П с. 44) (В.833) – продление интернирования. Альб. Бедз., К., Кор.
8868. ЯВОРСКАЯ Ирина, 33 г., православная, Олексинцы Новые (Россия), умерла в Талергофе 8/8 1916 от чахотки, могила № 1503. Офиц. Спис.
8869. ЯВОРСКАЯ Мария, жена Иосифа, 61 г., (Коломыя), Ивановцы (Броды), арест. 1914, Талергоф. 17/8 1916 решени комиссии продлить интернирование как политически неблагонадёжной. ЦГИА П сю. 151 (В.9824).
8870. ЯВОРСКАЯ Пелагия, крест., Явора (Турка), арест. 1914, Талергоф. Энцерсдорф им Тале. Ганкевич: Табор 1нтернованих у Енцерсдорф 1м Тале («Д1ло» 1934 № 76).
8871. ЯВОРСКИЙ Антон Осипович, р. 1889, Гуменне (Самбор), управитель 4-ре классной школы (2-ое детей), Ивановцы (Коломыя), арест. авг. 1914. 28/8 отправлен с транспортом в Терезин (каземат № 45). Талергоф. Был наказан подвешиванием за заявление о своей русской (руссиш) национальности. ЦГИА 1 с. 99, 44, 190 (С.515) – продление интернирования. Альб. Гл., Кв., Км., ТА П, 137; Ш, 150. Зап. С.К.Захарчука. Ваврик: На закате гаснущих дней, рукоп. Член Ставропигийского Братства (помянник).
8872. ЯВОРСКИЙ Василий, 38 л., крест., Шумяч (Турка), умер в Талергофе 9/12 1914 от тифа, могила № 152. Офиц. спис.; спис. М. (возраст: 52 г.).
8873. ЯВОРСКИЙ Василий, финансовый советник-пенсионер, Новый Санч, украинский «д1яч» на Лемковщине, 9/9 1914 после проведенной у него домашней ревизии был кратковременно арестован и на следующий день отпущен с тем, чтобы уехал в Вену. Был «мужем доверия» уездного староства. По поводу проведенной у него ревизии «украинские» депутаты подняли шум в парламенте, считая это обидой «украинской нации». Приложение к стенографическим протоколам палаты депутатов № 247 (ХХП сесия 1917 г.).
8874. ЯВОРСКИЙ Григорий, 52 г., крест.. Шумяч (Турка), умер в Талергофе 16/12 1914 от тифа, могила № 175. Офиц. спис. (ошибочно подан день смерти 6/12 1915, на что указывает № могилы); спис. М. поз. 1174 (дата смерти 9/12 1914, что более подходит № могилы).
8875. ЯВОРСКИЙ Иван Александрович, канд. адвокатуры, Лопушанка (Старый Самбор), арест. 1914, Талергоф (комендант 3-го барака), был наказан подвешиванием за заявление о своей русской (руссиш) национальности. Альб. К., Кор., Кр. ТА, 150, 153.
8876. ЯВОРСКИЙ Иван, 60 л., крест., Топольница (Старый Самбор), арест. 1914, Талергоф. 20/5 1915 решение комиссии продлить интернирование как русофила ЦГИА П с. 3 (В.1705).
8877. ЯВОРСКИЙ Иван, крест., Турье (Старый Самбор), арест. 1/9 1914, Талергоф. Реляция староства 2/9 1914 № 424/пр.
8878. ЯВОРСКИЙ Илья, 38 л., крест., волостной писарь, Сосница (Ярослав), повешен мадьярами 15/10 1914 на донос местных евреев Рубинфельдов. Оставил жену и 6-ть малолетних детей. ТА 1, 167, 169-172, 174; П 46; 1У, 3. Ваврик: Талергоф с. 21. Запрос деп. Загайкевича в парламенте (Анганг 2558/1 – заседание 6/3 1918). «Д1ло» (см. о процессе против Рубинфельдов).
8879. ЯВОРСКИЙ Иосиф, 71 г., сельскохозяйственный служащий, Ивановцы (Коломыя), арест. 1914, Талергоф. 17/8 1916 решение комисии продлить интернирование как политически неблагонадёжного. ЦГИА П с. 15 (В.9824).
8880. ЯВОРСКИЙ Иосиф, р. 1881, свящ., Криве (Радехов), арест. 1914, активный довоенный общественный деятель в Городке, затем в Кривом и Ляшкове, композитор, автор галицкого-русского гимна «Пора, пора за Русь…». Состоял депутатом Варшавского сейма от партии РАП. Освобожден после ареста 1942 г. Выехал в США, где умер. ТА 1, 43. Льв. аеп. в1дом. 1940 ч. 1.
8881. ЯВОРСКИЙ Лев Осипович, 26 л., студент-юрист, арест. 1914, Талергоф 7/10 1915 продление интернирования отмечено: был принят за другого одноплеменника, крестьянина из Турки. ЦГИА П с. 53. (В.790, 2506). Альб. Бедз.
8882. ЯВОРСКИЙ Матин, 60 л., крест., Явора (Турка), умер в Талергофе 7/2 1915 от тифа, могила № 776. Офиц. Спис.; спис. М. поз. 1196 (дата смерти: 5/2 1915).
8883. ЯВОРСКИЙ Онуфрий, крест., умственно недоразвитый, Шумяч (Турка), Талергоф. Энцерсдорф им Тале. Ганкевич: Табор 1нтернованих у Енцерсдорф 1м Тале («Д1ло» 1934 № 75).
8884. ЯВОРСКИЙ Осип, земледелец, Толмач, умер в Талергофе 6/10 1915. Спис. М. поз. 1192.
8885. ЯВОРСКИЙ Осип Иванович, Поруденко (Яворов), арест. 1914, тюрьма Станиславов, Талергоф по 1917 г. Умер 29/6 1920. «Прикарпатская Русь» 16/7 1920 № 70. Член многих русских обществ.
8886. ЯВОРСКИЙ Петр (старик), земледелец, Богородчаны, арест. 1914, тюрьма Мискольч, Талергоф по 16/12 1914, затем интернирован в Граце. ЦГИА 1 с. 27; П с. 38. ТА Ш, 45, 60.
8887. ЯВОРСКИЙ Станислав, 57 л., крест., Явора (Турка), затем арест., 31/8 1914, умер в Талергофе 21/2 1915 от тифа, могила № 1022. Реляция староства 4/9 1914 № 236/моб. Офиц. Спис.; спис. М. поз. 1199 (дата смерти: 4/2 1915).
8888. ЯВОРСКИЙ Станислав, 55 л., крест., Турье (Старый Самбор), арест. 1/9 1914, Талергоф. 1/4 1916 решение комиссии продлить интернирование как русофила. Реляция староства 2/9 1914 № 424/пр. ЦГИА П с. (В.3469).
8889. ЯВОРСКИЙ Степан Андреевич, р. 1877, свящ., Рудники (Жидачев), арест. Авг. 1914, 12/9 отправлен с транспортом на Вадовицы-Вольфсберг в Талергоф. Реляция староства 29/8 1914 № 416/пр. (определен как опасный для государства русофильский агитатор). ЦГИА 1 с. 7, 135, 155. (В.832) – продление интернированая. Альб. Др., К., Кр. Запрос деп. Стржибрного в парламенте. ТА 1У, 5, 32, 48, 54, 60, 64, 68, 72. Шематизм льв. Аеп. Га 1918 с. 175. И.П.Федоронко: Воспоминания идеалиста, Филадельфия, Па, 1939 с. 88 (организатор кооперативной молочарни в Рудниках).
8890. ЯВОРСКИЙ Степан, крест., Гнилая (Турка), арест. 1914, Талергоф. ТА П, 31.
8891. ЯВОРСКИЙ Яков, местность не указана, арест. 1914. Талергоф. 28/9 1915 направлен в лагерь для беженцев. ЦГИА П с. 52 (В.6723).
8892. ЯВОРСКИЙ-ГОРОШКЕВИЧ Григорий, Турка, арест. 1914, Талергоф. Энцерсдорф им Тале. Ганкевич: Табор 1нтернованих у Енцерсдорф («Д1ло» 1934 № 75).
8893. ЯВОРСКИЙ-Игнатьевич И., крест., Явора (Турка), повешен австрийцами в 1914 г. За то, что указал русским солдатам, где можно корову купить. ТА 1, 153. Ваврик: Талергоф с. 20. Биржевые ведомости 6/19/дек. 1914 (утренный выпуск) – сообщ. Студ. М.А.Туркевича.
8894. ЯВОРСКИЙ-Игнатьевич Василий Иванович, 52 г., крест., Милованье (Толмач), арест. 1914, Талергоф 20/Х1 1916 решение комиссии продлить интернирование как русофила.
8895. ЯВОРСКИЙ-ЛИНЕВИЧ Олекса, 52 г., Явора (Турка), арест. 1914, Талергоф. 3/8 1916 решение комиссии продлить интернирование как русофила. ЦГИА П, 12 (В.7593).
8896. ЯВОРСКИЙ-МАРТЫЧ Иосиф, директор русской кассы в Турках, арестован жандармерией 10/8 1914, Талергоф. Умер в 193… г. Сын Иосиф Иосифович был на беженстве в Ростове на Дону и при советской власти занимал должность председателя обл. исполкома в Дрогобыче. Реляция суда Турка 10/8 1914. Сообщ. В.Д.Куция.
8897. ЯВОРСКИЙ-РОМАНОВИЧ О., крест., Явора (Турка), повешен австрийцами в 1914 г. за указание русским казакам дороги. ТА 1, 153. Ваврик: Талергоф, с. 20. «Биржевые Ведомости» 6/19 дек. 1914 утр. выпуск сообщ. Студ. М.А.Туркевича.
8898. ЯВОРСКИЙ-СЕРКЕВИЧ Михаил Михайлович, мещ., Турка, арест. 1914, Талергоф. Альб. Бор.

Источники:
*Adam Boniecki Herbarz polski. Том VIII. Warszawa. 1905. Str. 351-375 — Яворские.
*Adam Boniecki Herbarz polski. Том VIII. Warszawa. 1905. Str. 40-47 — Ильницкие.
*В.Б. Антонович. О происхождении шляхетских родов в Юго-Западной России. Архив Юго-Зап. России… Том 1, Ч. IV. Киев, 1867.
*Авторский «Сайт о Яворских»: Раздел I. Истоки. Раздел IV. Яворские в Польше и Австрии — /.
*РЭБ. Талергофский Альманах. Памятная книга австрийских жестокостей, изуверств и насилий над карпатско-русским народом во время всемирной войны 1914-1917 г.г. Выпуск третий. Талергоф. Часть первая. Львов, 1930. Издание «Талергофского Комитета». Типография Ставропигийского Института под управлением Мирона Мацана.
*Жертвы австро-мадьярского террора (1914-1918). Талергоф. Алфавитный указатель. http://talergof.org.ua/
*А. Зайончковский. Мировая война 1914-1918. Изд. в 2-х т-х. Том I. Кампании 1914-1915. Военизд., М.:1938.
*Руниверсалис — https://руни.рф/ фото и статья: Яворский, Иван Иосифович.
*Талергофский Альманах, Алфавитный список (жертв)-Я. — https://web.archive.org/
*http://talergof.org.ua/alfavitnyi_ukazatel4-ja.html
*http://boris.auchat.ru/papers/talergof.txt
*Фото: https://uk.wikipedia.org/wiki/Яворський_Іван_Йосипович.

ЯВОРСКИЙ, Григорий Иванович (1770—1834) — русский военный врач, потомственный дворянин, статский советник, доктор медицины и хирургии, корреспондент С.-Петербургской медико-хирургической академии, генерал-штаб-доктор 1-й армии 1813-1820 гг. Родился в 1770 г. в семье Киевского купца. Образование получил сначала в Киевской духовной семинарии, а потом в Киевской же духовной академии, из которой в 1795 г. перешёл в Петербургское генеральное госпитальное училище. Четыре года спустя он был выпущен из госпитального училища кандидатом 1-го отделения, а в следующем году был назначен сначала лекарем Санкт-Петербургского адмиралтейского госпиталя, потом в Балтийский флот, но через несколько месяцев был переведён в мушкетерский (Саратовский гарнизонный) Гартунга полк, из которого в том же году перешел в Лейб-гренадерский полк. В 1803 г. Яворский получил звание штаб-лекаря. Назначенный в 1806 г. доктором 5-й дивизии, он два года спустя был назначен главным доктором Молдавской армии и участвовал во многих сражениях c турками и затем Отечественной войны 1812 г. В сражениях при дер. Картане и Орловой Яворский находился под огнём неприятеля, наблюдал за действиями санитаров, сам ходил с ними в наиболее опасные места подбирать раненых и делал тут же многие перевязки, за что был награждён орденом св. Анны 2-й ст. По возвращении из Молдавской армии в Петербург Яворский 31 декабря 1812 г. был признан доктором медицины Санкт-Петербургской медико-хирургической академии и назначен генерал-штаб-доктором действующей армии, с которой принял участие в Заграничных походах 1813—1814 гг. Когда же, в 1814 г., действующая армия была разделена на две, то он был оставлен в должности генерал-штаб-доктора 1-й армии и занимал эту должность до своего выхода в отставку в 1820 г., когда поселился в Петербурге и занялся частной практикой.
Кавалер орденов св. Анны 2 степени с алмазами и св. Владимира 4 степени. Кроме того, в награду за усердную службу император Александр I пожаловал ему в вечное и потомственное владение 3 тыс. 200 дес. земли в Херсонской губ. В 1829г., согласно желанию Яворского, Николай I своим указом сенату от 1 марта повелел изменить пожалование бывшему генерал-штаб-доктору и «отвести ему не в пример другим» 3200 дес. земли в Бессарабской области «по его избранию из свободных казенных пустопорозжих земель».
Доктор Яворский скончался 19 сентября 1834 г., на 65-м году от рождения.
Внесен в Родословную книгу Херсонской губернии.

Источники:
Л.Ф. Змеев, «Русские врачи-писатели», вып.I, СПб., 1886г., тетр.I, стр. 176. — «Российский медицинский список на 1809 г.», стр. 111; на 1810 г., стр. 119; на 1811 г., стр. 123.
Е Ястребцев.
Половцов А.А. Русский биографический словарь. Т. 25. СПб., 1913. С. 4.
Месяцесловы: 1810-I-250, 1811-314, 1812-I-320, 1813-I-346, 1814-I-355, 1815-I-378, 1819-I-501, 1820-I-486, 1821-I-499, 1822-II-394, 1824-I-376, 1825-I-385, 1826-I-390, 1827-I-420, 1828-I-440, 1829-I-446, 1830-I-, 1831-I-353
ФГУ РГИА Ф.1343 оп.51 д.585 л. 89; д.773, л. 241 об, 242; Ф.560 оп.1 д.678, л.1-2.

ЯВОРСКИЙ, Федор Михайлович (Моисеевич), родился в 1780 г., русский врач, потомственный дворянин, статский советник, доктор медицины и хирургии, профессор, член Конференции С.-Петербургской медико-хирургической Академии. Женат с 07.02.1808 г. на Крамаревой Надежде, вдове лекаря (метр. Храма Христа Словущего на Литерат. мостках, СПб). С 1804 г. Яворский состоял помощником прозектора анатомии в медико-хирургической академии. В 1806 г. он назначен был кандидатом хирурга II отделения при главном морском госпитале в Петербурге, в 1807 г. — лекарем и прозектором анатомии в медико-хирургической академии, а в 1808 г. сделался оператором того же морского госпиталя. За свои анатомические препараты Яворский был награжден в 1809 г. перстнем, а в 1810 г. — золотой табакеркой. В том же 1810 г. Яворский был командирован осмотреть 9 госпиталей и, по постановлению совета медико-хирургической академии, получил звание медика-хирурга. С 1813 по 1821 г. Яворский был главным лекарем и оператором морского госпиталя в С.-Петербурге. Он первый в России произвел успешную операцию подколенной аневризмы, хотя многие врачи в то время сомневались в благополучном исходе такой операции, так как считали, что перевязывание подколенной артерии (arteria poplitea), и даже бедренной, при подколенной аневризме препятствует правильному кровообращению и ведет к воспалению или омертвению всей ноги. В 1821 г. Яворский был назначен главным доктором Кавказских минеральных вод, с причислением к физикату. Утвержденный в следующем году, без экзамена, доктором медицины и хирургии, Яворский в 1824 г. был назначен старшим штаб-лекарем С.-Петербургской полиции и членом физиката, а в 1827 г. состоял штадт-физиком, в каковой должности и умер 9 апреля 1828 г. Погребен в С.-Петербурге (Стрельна), в Свято-Троицкой Сергиевой Приморской мужской пустыни (могила не сохранилась). Яворскому принадлежит изобретение аппарата для вправления вывихнутого плеча, аппарата, мало кому известного, между тем весьма замечательного. Этот аппарат сохранился в собрании И. В. Буяльского* и пожертвован им в Хирургический музей академии. Инициативе Яворского принадлежит устройство (1815 г.) в С.-Петербурге, на Петербургской стороне, заведения для спасения утопающих. Яворский Ф. М. был награжден орденами св. Анны 2 степени с алмазами и св. Владимира 4 степени.
Примечание:
*Илья Васильевич Буяльский, тайный советник, заслуженный профессор, академик, доктор медицины и хирургии, член медицинского совета министерства внутренних дел; род. 26 июля 1789 г., ум. 8 декабря 1866 г. В 1810 году, будучи студентом второго курса, И.В. Буяльский перевелся из Москвы в Петербургскую медико-хирургическую академию — здесь его учителями стали известный анатом П.А. Загорский и видный хирург И.Ф. Буш. «Профессор Ф.М. Яворский, — в то же время и штатный оператор морского госпиталя — прибегал весьма нередко к содействию способного студента при производившихся им операциях». 8 Августа 1847 года пожалован ему с потомством диплом на дворянское достоинство. Герб Буяльского внесен в Часть 11 Общего гербовника дворянских родов Всероссийской империи, стр. 152 (см. сайты: «Большая биографическая энциклопедия», Forens.Ru «Кто есть кто в судебной медицине», «Общий гербовник…», ч. 11).

Источники:
Л.Ф. Змеев, «Русские врачи-писатели», вып. II, стр. 175. — Ф.С. Оранский, «Материалы для истории отечественной медицины», («Московская Медицинская Газета», 1865 г., № 38, стр. 352). — И.В. Буяльский, «Историческое замечание о первых в Петербурге благополучно излеченных операциях подколенных аневризм» («Друг Здравия», 1850 г., № 18, стр. 137).
М. Заболотская.
Половцов А.А. Русский биографический словарь. Т. 25. СПб., 1913. С. 5.
Месяцесловы: 1808-I-248, 1809-I-249, 1810-I-324, 1811-I-308, 1812-I-312, 1824-I-385, 1825-I-393, 1826-I-402, 1826-II-9, 1827-I-431,432, 1827-II-10, 1828-I-452, 1828-II-8

ЯВОРСКИЙ, Ефим Моисеевич, статский советник, русский врач, медико-хирург. Потомственный дворянин. Женат с 1818 года на Федоровой Анне Степановне*. В 1819 надворный советник, инспектор Врачебной управы Министерства Полиции, в 1821-1824 Врачебной управы Министерства внутренних дел во Пскове, с 1825 — в Пензе. В 1827 коллежский советник, с 1831 статский советник. В 1836 году назначен штадт-физиком Медицинской конторы при Управлении Гражданского генерал-штаб-доктора в Москве; в 1840 — ординарный член Физико-математического общества. В 1841 назначен инспектором Витебской Врачебной управы.
Награжден орденами: св. Анны 2 степени с императорской короной, св. Станислава 3 степени и св. Владимира 4 степени, имел Знаки отличия за беспорочную службу XX, XXV и XXX лет.

Примечание
Орден Анны был учрежден в 1735 г. в Голштинии герцогом Голштейн-Готторпским Карлом Фридрихом, как семейный орден без степеней в память своей жены Анны, дочери Петра I, скончавшейся в 1728 г. Его гроссмейстером с 1739 года стал внук Петра I, голштинский принц Карл Петер Ульрих (с принятием православия — Петр Федорович), будущий Российский император Петр III. В 1742 году орден с прибытием принца, провозглашенного наследником Российского престола, был перенесен в Россию, оставаясь в личной собственности гроссмейстера. Первыми награжденными голштинским орденом Анны стали 4(5) февраля 1742 года «четверо офицеров лейб-компании, наиболее приближенные к Елизавете Петровне лица: камергеры поручики А.Г. Разумовский и М.И. Воронцов, подпоручики А.И. и П.И. Шуваловы» (А.В. Демкин. Лейб-компания императрицы Елизаветы Петровны (1741-1762). М., 2009. С.85,86). 5 апреля 1797 г., в день коронации Павла I, он приобрел статут российского ордена четвертого класса с новым названием Императорский орден Святой Анны и имел I, II и III степени, в 1815 г. была учреждена еще одна — IV степень. Орденом награждались за военные и гражданские заслуги. Статутом 1829 г. для знаков ордена Cв. Анны I и II степени была введена императорская корона, которая повышала значение награды, в 1874 г. отменена.

Источники:
Месяцесловы: 1819-I-852, 1821-I-432, 1821-II-78, 1822-I-340, 1823-I-368, 1824-I-390, 1825-I-398, 1826-I-407, 1827-I-436, 1829-I-460, 1831-I-362, 1832-I-382, 1833-I-432, 1834-I-466, 1835-I-463, 1836-I-468, 1837-I-553, 1838-I-546, 1839-I-492, 1840-I-557, 1841-I-310, 1842-I-319, 1843-I-188, 1844-I-172, 1845-I-174, 1846-I-151, 1847-I-163
Список чинам, в гражданской службе состоящим, пятого и шестого классов на 1841 год. Часть вторая. С. 507.
*Справочник метрических записей архивов С.-Петербурга на: forum.vgd.ru

ЯВОРСКИЙ, Иван Лаврович (1853-1928/1929), род. в с. Собчино Семеновского у. Нижегородской губ.; статский советник, по образованию и профессии врач, доктор медицины; писатель, географ, этнограф, антрополог и путешественник; в 1878-1879 врач Русского посольства в Афганистане и лейб-медик при эмире Афганистана Шир-Али-хане; в начале 1890-х приват доцент, с 1894 г. профессор Новороссийского университета по кафедре географии, действительный член Императорского Русского Географического Общества. Ему родным племянником приходился протоиерей Яворский Михаил Семенович (1888-1937), сын брата, протоиерея Симеона (Семена) Лавровича Яворского (ум. в 1920 г.) и Марии Александровны (ум. в 1912 г.). Михаил Семенович состоял в браке с Верой Орнадской (1889-1967), дочерью настоятеля Казанского собора в Санкт-Петербурге свмч протоиерея Философа Орнадского; их дети: Вера (1917), Философ (1918), Екатерина (1922) и Сергей (1923).
Яворский окончил Казанский университет, проходил госпитальную практику в клинике Казанского университета под руководством профессора Никольского. В 1878 году он врач Ташкентского военного госпиталя Туркестанского военного округа. В мае месяце того же года назначен ординатором формируемого лазарета для главного отряда войск, планировавшихся в поход в Индию; был издан приказ по войскам Туркестанского военного округа о сформировании трех отрядов, «имевших выступить в самом непродолжительном времени, к южным границам округа»: на Чарджуй, Балх и Читрал.

Яворский так писал в книге «Путешествие русского посольства по Афганистану и Бухарскому ханству в 1878 – 1879 гг.»* о настроениях в войсках накануне планируемого похода: «Все воинство туркестанское точно проснулось от долгой дремоты, зашевелилось, загудело; пошла спешная работа по снаряжению обозов, походных лазаретов, санитарных команд; закупка лошадей, вьючных принадлежностей и прочего походного скарба… Офицеры имели очень веселый вид, точно их чем-нибудь одарили. Везде, в их кружках, можно было слышать выражения крайнего удовольствия по поводу предстоящего похода.
«Страсть как надоело сидеть на одном и том же месте. Скука! Куда ни оглянись – все знакомо, да давно и запримечено. Толи дело поход! Вольным ветром хоть обдует вас, да досыта надышитесь свежим воздухом. Спасибо англичанам! Хоть они нас выручили, а то куда ни погляди – везде тишь да гладь, да Божья благодать; некуда, незачем и шагу сделать так бы и сгнили здесь в Ташкенте. Ну, так нет-же! Теперь вот пойдем в Индию — выгонять англичан оттуда».
Разговоры в Ташкентской публике были совсем другого свойства. Здесь одинаково неодобрительно относились к какому бы то ни было походу, — тем более к дальнему».
Свое отношение к предстоящему событию Яворский не скрывал: «Откровенно говоря, — писал он, — я, как и большая часть офицерства, сильно желал похода. А раз поход был объявлен, я только об одном и думал: как бы мне не остаться в Ташкенте. Последнее мне казалось хуже смерти…»
Однако поход в Индию не состоялся, русские войска – командующий войсками в Туркестане и туркестанский генерал-губернатор генерал-лейтенант Кауфман Константин Петрович (1818-1882) — произвели только несколько демонстративных движений к южным границам округа.
Из складывавшейся тогда международной обстановки правительство России прежде приняло решение (в значительной степени запоздавшее): срочно отправить в Афганистан дипломатическую миссию во главе c Николаем Григорьевичем Столетовым (1834-1912), известным генералом, начальником болгарского ополчения в русско-турецкой войне 1877-1878 гг., одним из руководителей обороны Шипки, находящимся тогда в распоряжении командующего Туркестанским военным округом Кауфмана. Позже Яворский напишет: «Единственная возможность, какая представлялась нам для поддержания народной чести и удержания хотя части своих завоеваний, это — бить в ахелесову пяту британского льва. Этой пятой была, есть и впредь, до известного времени, будет — Индия. Бить Англию нам можно только с этой стороны, и она здесь вполне уязвима; только с этой стороны и есть брешь в ее непроницаемой обороне. Движение наших войск от Самарканда к Индии могло сослужить роль прекрасного громоотвода для грозы, собравшейся в Измидском заливе [Мраморного моря] и в Берлине». Но между Туркестаном и Индией расположено государство Афганистан, считавшееся под покровительством Англии. Поэтому посольство имело своей ближайшей целью — привлечь Афганистан на сторону России и склонить эмира Шир-Али-хана, если возможно, заключить русско-афганский наступательно-оборонительный союз против Англии.

24 мая 1878** года Яворский был вызван в Окружное Медицинско Управление, его ждало новое назначение – ему поручалась должность врача посольства. Он пишет: «Дело велось весьма экстренно. Я поспешил явиться к моему новому и совсем неожиданному начальнику… Я прежде никогда не видал генерала Столетова. Составил себе о нем понятие по газетным известиям, я ожидал увидеть бравого, закаленного воина, почти титаническую фигуру. Но я был неожиданно изумлен, увидав перед собою небольшого роста человека, слабого телосложения, с мягкими манерами и тихим голосом. Особенно голос произвел на меня сильное впечатление. Интонация его была как-то уж очень туширована»… Столетов высказался о важности предстоящей экспедиции и экстренности дел. Сборный пункт для всех членов миссии был назначен на 25 мая в Самарканде.
26 мая вся миссия представлялась Туркестанскому генерал-губернатору, а в 6.00 дня 27 мая посольство взбиралось на Чапан-атинские высоты, окружающие город…
Состав дипмиссии: начальник – генерал-майор Н.Г. Столетов, помощником ему был назначен полковник (в сентябре 1878 г. генерал-майор) Н.О. Разгонов; топограф – Н.А. Бендерский, переводчик персидского языка – подпоручик Назаров, переводчик тюркских наречий – Замаан-бек-Шихалибеков, врач – И.Л. Яворский. Кроме того, прикомандированным к миссии, как знаток западноевропейских языков, в том числе английского, был чиновник Малевинский. К миссии был придан конвой, который состоял из 22 казаков Уральского и Оренбургского казачьих войск. Относительно последнего Яворский напишет: «Всего 22 казака! Это не то, что конвой английского посольства, сунувшего было свой нос в Кабул по примеру Русской миссии: там насчитывали до 2000 человек свиты и конвоя. В числе конвоиров была даже артиллерия!»

Примечания:
*Путешествие русского посольства по Афганистану и Бухарскому ханству в 1878-1879 гг. Из дневника члена посольства, д-ра И.Л. Яворского, действительного члена Императорского Русского Географического Общества. В двух томах. СПб. Типография д-ра М.А. Хана. Том I. 1882; Том II. 1883.
В труде И.Л. Яворского указаны даты по старому стилю.

Из книги И.Л. Яворского:
…Содержание членам посольства было назначено «далеко не роскошное». «Пяти обер-офицерам, входившим в состав посольства, было назначено по 200 руб. подъемных и по 3 руб. суточных, выданных вперед за два месяца. Вот и все».
Много это или мало? «По случаю мобилизации [войск для похода в Индию] цены на все походные принадлежности сильно поднялись. Так, например, до похода пару вьючных сундуков можно было купить за 10-12 руб., теперь же цена на них возвысилась до 20-30 руб., а достоинство их было хуже. До похода можно было купить очень порядочную верховую лошадь за 40-50 руб. Теперь же, за относительно плохих лошадей, приходилось платить 80, 90 и 100 руб. Предположим, что я куплю двух лошадей, 1 верховую и 1 вьючную, и пару вьючных ящиков – вот и все подъемные… А для денщика как ни бейся, иначе нельзя обойтись, как купить ему длинноухого скакуна (осла). Теперь – на что же купить другие дорожные принадлежности? Запасы необходимых пищевых веществ? Ведь мы ехали в страну, о которой только и знали одну фразу из давно ученой географии Ободовского, что «Афганистан населен разбойничьим племенем; главные города Кабул и Герат». Я знаю, что некоторые члены миссии, вследствие именно незнакомства со страной, взяли в дорогу по пуду сухарей и более или менее значительные запасы сахару, чаю и проч. припасов. Хуже всего было то, что никто не знал: что брать и чего не брать… Однако, как ни плохо я выезжал из Самарканда в Кабул, то у меня оставалось в кармане всего несколько десятков «теньги», оставшихся от суточных денег, выданных за два месяца вперед. Чем бы пришлось питаться в дороге, если бы не выручало гостеприимство бухарского эмира [Сеид-Мозафар-ед-Дин-хана] во время пути по бухарским владениям, и афганского [Шир-Али-хана] – во время проезда по Афганистану, — один Аллах ведает».

Преодолев многочисленные трудности, в последних числах июля миссия приблизилась к Кабулу. Эмир Шир-Али-хан принимал миссию генерала Столетова с великими почестями и, по его словам, отдавал ключ от Индии в руки России.
28 июля была получена почта, в которой генерал Кауфман к своему письму к Столетову приложил коротенькую телеграмму из Санкт-Петербурга. В ней сообщалось, что Берлинский конгресс закончил свои заседания и излагалась суть главных статей мирного договора, заключенного с Турцией. Генерал Кауфман писал по поводу получения телеграммы, что «если только она верна, то она очень печальна». «Во всяком случае, — продолжал он, — конгресс закончил свои заседания», а потому советовал начальнику миссии в переговорах с афганским правительством воздержаться от каких-либо решительных мер, обещаний и т.п., и вообще не заходить так далеко, как это можно было бы в случае, если бы нам угрожала война с Англией. Это обстоятельство, в корне меняло на переговорах с афганским правительством первоначальную позицию России.

Историческая справка.
По результатам Русско-турецкой войны 1877-1878 гг. в местечке Сан-Стефано (пригород Константинополя) 19 февраля 1878 года был подписан предварительный мирный договор между Россией и Турцией, немедленно ратифицированный султаном, который значительно изменял политическую карту Балканского полуострова. 16 марта 1878 года там же, в Сан-Стефано, состоялся обмен ратификационными грамотами и договор вступил в силу. По договору вся Болгария, от Дуная до Эгейского моря, от Черного моря до Охринского озера, превращалась в самостоятельное княжество, с христианским управлением, с правом избрания своего князя.
Порта признавала независимость Черногории, получавшей значительное земельное приращение от Албании и Герцеговины и выход к Адриатическому побережью. Провозглашалась независимость Румынии и Сербии, с территориальным приращением на юге. Хотя Босния и Герцеговина оставались за Турцией, но там вводились меры, исключающие турецкие «неистовства». Облегчалось положение Эпира, Фессалии, Албании. Обещаны были реформы армянам и защита их от курдов и черкесов.
Сан-Стефанский договор обеспечивал возможности русского контроля над проливами Босфор и Дарданеллы…
«К сожалению, этот договор был поспешно обнародован и сообщен всем европейским кабинетам», — пишет В.П. Никольский.
Германия не возражала против договора; Франция и Италия были заняты своими внутренними делами и не интересовались войной, зато противоречия между Россией и Англией едва не привели к войне между ними. К Англии присоединилась Австро-Венгрия, которая, познакомившись только с «основаниями мира», подписанными 19 января в Адрианополе, выставила свои возражения, считая, что «основания мира» представляют целую политическую программу, совершенно противоречащую видам Австро-Венгрии. Граф Андраши видел единственный выход из создавшегося положения в созыве общеевропейской конференции; сначала он предложил провести ее в Вене, а затем в Баден-Бадене. Обе попытки Андраши не удались. После этого Горчаков обратился к канцлеру Германии — Бисмарку с просьбой: созвать в Берлине уже не конференцию, а конгресс из представителей великих держав, под личным председательством самого Бисмарка, выразив при этом надежду, что германский канцлер будет руководить прениями в духе честных отношений к России.
После некоторых колебаний император Вильгельм и канцлер Бисмарк дали свое согласие.
Берлинский конгресс разрешал все недоразумения с Австро-Венгрией, но со стороны Великобритании препятствия продолжались и все дальнейшие переговоры повели к еще большему обострению. В затянувшейся войне дипломатов Австро-Венгрия вновь предъявила свои возражения против договора.
Продолжая переговоры с Веной, в России начали более обстоятельно готовиться к войне не только с Англией, но и с Австрией; в Главном штабе были составлены планы военных действий на случай объявления России войны Англией и Австрией. Среди прочего был спланирован и готовился поход в Индию войск Туркестанского военного округа, имея ввиду противника Англию. Обе стороны усиленно вооружались по всем направлениям…
18 мая наступил перелом — дипломаты Англии (лорд Солсбери) и России (граф П.И. Шувалов) подписали 3 тайные конвенции, одобренные Германией (князь Бисмарк). Россия шла на уступки…
22 мая германское правительство разослало всем державам — участникам Парижского трактата 1856 года — приглашение собраться на Конгресс в Берлин для обсуждения условий «прелиминарного» мирного договора в Сан-Стефано между Россией и Турцией.
1 июня съехались в Берлин члены Конгресса, представители великих держав; прибыли также и представители заинтересованных государств, хотя они не получили приглашения».
1 июля представители великих держав подписали трактат (или Берлинский договор), состоявший из 64 статей.
Берлинский договор был ратифицирован Россией 15 июля.
(Использованы материалы очерка генерал-майора К.И. Дружинина: Русско-Турецкая война 1878-1879 гг., гл. 27 Берлинский конгресс (автор В.П. Никольский)//История Русской армии. Москва. Эксмо. 2007. С. 685-687).

…Отъезд из Кабула начальника миссии состоялся 11 августа. С собой Столетов кроме сопровождения взял единственного врача в посольстве — Яворского. Остальные члены миссии, остававшиеся в Кабуле, согласно Высочайшему повелению от сентября 1878 года должны были оставаться в Афганистане до особого распоряжения.
Позже выяснилось, что Столетов не поедет вторично в Афганистан, начальником оставшейся в Кабуле части миссии был назначен генерал-майор Н.О. Разгонов.
Миссия нуждалась во враче. В наступившее осеннее время кабульские лихорадки дали себя знать почти повальным заболеванием, в сентябре вспыхнула тифозная эпидемия. Разгонов вынужден был обратиться с тревожным письмом к генерал-губернатору, в котором описал затруднительное положение миссии и сообщал о личном желании эмира Шир-Али-хана иметь при себе русского врача, т.к. болезни, мучившие его, усилились. Он просил прислать именно Яворского. Результатом этого письма было официальное приглашение , присланное Яворскому генерал-губернатором — пожаловать к нему для совещания о новой поездке в Кабул. И получил приказание Кауфмана готовиться к поездке в Афганистан…
В тот же день Яворским был получен от генерала Кауфмана дорожный вид на беспрепятственное следование до Кабула. Вид был написан по-русски и по-персидски.
«Предъявитель сего, русский доктор Яворский, командирован мною в Кабул в русское посольство. При нем один русский фельдшер, 10 человек русских казаков, переводчик и два джигита из сартов.
Доктор Яворский поедет через Бухарские владения, на Чушка-Гузер и Мазари-Шариф.
Прошу всех Начальников, которые будут находиться на пути следования г. Яворского, оказывать ему содействие и покровительство к беспрепятственному следованию его в Кабул.
Туркестанский генерал-губернатор генерал-адъютант фон-Кауфман 1″.

17-го ноября Яворский выехал из Ташкента в Афганистан второй раз. «Правда, — пишет он, — подъемных я теперь получил 300 рублей, а не 200, как летом, — но из этой суммы сделан был вычет 16% на инвалидов и в пенсионный капитал, так что прибавка оказалась фикциею». Подъемные же переводчика составили 100 рублей, фельдшера и того меньше — 80 рублей.
По прибытии в Кабул Яворский выполнял свой долг врача посольства и лейб-медика эмира Шир-Али-хана; он лечил и всех, кто к нему обращался из туземного населения…

Из книги Яворского.
«…Эмир Шир-Али-хан был одним из самых младших сыновей Дост-Магомет-хана. Путь к трону для него открылся только благодаря тому обстоятельству, что в 1858 г. умер его старший брат Гулам-Хайдер-хан, назначенный Дост-Магомет-ханом себе в преемники. После Акбер-хана и умершего наследного принца Шир-Али-хан бесспорно был первым кандидатом на занятие отцовского трона. Его старшие братья были или совершенные бездарности…, или , если и не были так глупы, то не обладали никаким влиянием среди афганского народа…
9 июня 1863 г. 80 летний эмир Дост-Магомет-хан помер. На престол афганский сейчас же вступил Шир-Али-хан. Ему в то время было около 40 лет. Братья по-видимому признали его эмиром беспрекословно. Но это было только по-видимому…

…миссия, или вернее, генерал Столетов не оправдал ожиданий эмира. Бывший начальник миссии надавал ему кучу широковещательных обещаний [военную и материальную поддержку], которых Россия не могла выполнить. [Посоветовал эмиру не пускать в страну британское посольство, снаряженное Англией сразу же после получения сведений о русской дипмиссии]. Таким образом, миссия была виновата в крутом обороте англо-афганской распри*. Затем последующий начальник миссии (генерал Разгонов) посоветовал эмиру ехать в Россию, с целью личного ходатайства перед русским государем о защите против притеснений Англии. Эмир послушался совета, обратился с просьбою об этом в Петербург и получил отказ.
Вообще нельзя достаточно удивляться, что начальники миссии на свой страх, противно инструкции, давали эмиру разные советы и давали обещания, которых потом невозможно было выполнить. А он безусловно верил нашим послам и всецело отдался во власть России. И он был за свою веру жестоко наказан. Всякий другой азиатский государь (да еще азиатский ли только?) на его месте непременно подвергнул бы нашу миссию разным репрессиям. Стоддарт и Конолли** далеко не были так виноваты перед эмиром бухарским, как наша миссия перед Шир-Али-ханом, и тем не менее сложили свои головы на плахе. Между тем наша миссия не видала от Шир-Али-хана ничего другого, кроме неизменной любезности и предупредительности…
Эмир был совершенно чужд заносчивости и нетерпимости, каким отличаются не только среднеазиатские государи, например, эмир бухарский, — но и более или менее высокопоставленные их сановники. Он был прост в образе жизни и привычках. Всегда был одинаков. Он умел со всеми обойтись и говорить сообразно с умственным уровнем его случайных собеседников…
Раз давши слово, обещание, эмир непременно исполнял его. «Лицевая вода», т.е. честь, была для него выше всего. Как на примере подобного отношения его к делу можно указать опять-таки на его отношениях к России. Раз он решил держаться русской стороны — и держался ее до самой смерти. Из-за дружбы с Россиею он почти лишился трона.
- Пусть, — говорил по этому поводу эмир, — англичане заняли много городов. Пусть они употребляют все свои усилия, чтобы склонить меня к миру. Этого не будет. Я не хочу более слышать об англичанах и их мирных предложениях. Но я отдам им еще большее число городов, даже половину государства, е с л и — м н е — п о с о в е т у е т — э т о — в е л и к и й — Р у с с к и й — И м п е р а т о р. Я — вассал Его Величества, а мое царство — его царство. Все, чтобы он мне ни приказал, — все я исполню; иначе я бы не заключил союза и дружбы».

…Отъезд Русской миссии во главе с генералом Разгоном был назначен на 19 января 1879 года, с ней убывали 3 лица афганского посольства:
1)Сердарь-Шир-Али-хан, двоюродный брат эмира;
2)Везир-Шах-Магомет-хан, министр иностранных дел, и
3)Казий Абдуль-Кадер.
К ним прикомандирован был и прежний посол, Мирза-Магомет-Хасан-хан.
«Все они равны, но вести переговоры с генералом Кауфманом будет Казий, через г. Малевинского***», — дал разъяснение эмир генералу Разгонову на его вопрос о старшинстве.
Генерал Разгонов обратился к эмиру и с таким вопросом: можно ли будет послать в Петербург хотя одного из его послов, если бы генерал Кауфман признал это необходимым? «Если нужно будет послать в Петербург, то пошлите всех, а не одного, — отвечал эмир. — Впрочем, было бы лучше, если бы прежде поездки их в Петербург, выслан был в Шир-Абад наблюдательный отряд».

Примечания:
*В ноябре 1878 года 35-тысячная британская армия с трех направлений вторглась в Афганистан: из Пешевара на Кабул, из Кохата на Газни и Кабул, из Кветты на Кандагар; началась вторая Англо-афганская война (1878-1881 гг.).
**Пол-к Чарльз Стоддарт и кап-н Артур Конолли, англ. агенты в Бухаре, казнены публично в 1842 г.; имели целью склонить эмира (1827-1860) Насруллу Батур-хана к союзу с Англией в ее войне против Афганистана.
***Малевинский — член русской миссии, при отъезде эмир подарил ему древние афганские монеты, что стало причиной его ссоры с Везиром.

Яворский по просьбе эмира и по прямому приказанию генерала Кауфмана, выраженного в письме к генералу Разгонову и в письме к эмиру от 20 декабря 1878 года, оставался в Афганистане, а с ним Замаан-бек-Шихалибеков, переводчик. Эта просьба была связана с болезнью Шир-Али-хана и его отказом выехать в т.ч. и для освидетельствования и оказания квалифицированной медицинской помощи в Ташкенте. Тогда еще его можно было вылечить. Д-з, поставленный Яворским — эмир болен суставным ревматизмом, — не вызывал опасения за его жизнь. Эмир высказывался, что поездка его в Ташкент возможна, но лишь при условии, что генерал Кауфман выставит в Шир-Абаде наблюдательный отряд из 4-х батальонов (Визир просил эмира требовать отряд примерно из 10 батальонов). Генерал Разгонов не мог обещать, что Кауфман выставит наблюдательный отряд. Тогда эмир решительно и окончательно отказался от своей поездки в Ташкент…

21 января 1879 г. за Яворским прибыл посланный от эмира.
При обследовании эмир жаловался на боль в подколенной ямке; боль, по его словам, как бы опускалась отсюда вниз, по направлению главных сосудов и нервов и доходила до самых оконечностей пальцев. Он жаловался также на сильный холод в больной ноге, говоря, что она как бы онемела. Из-за сильной боли холодный пот струился по лицу и шее эмира. Нога «имела следующий вид: цвет кожи был несколько беловат, точно нога совсем лишена была крови; икра несколько опухла. На ощупь нога была холодна как лед, но только до колена… Пульса в тыльной артерии стопы и в задней большеберцовой в том месте, где она проходит под внутренней лодыжкой не было. Местная остановка кровообращения… Тромбоз подколенной артерии. 18 января признаков тромбоза не было. Закупорка произошла в промежуток времени от 18 до 21 января». Причина возможного атероматозного изменения сосудов — продолжительное и очень сильное искусственное охлаждение ноги, проводившееся его личными врачами в этот промежуток времени, вопреки рекомендациям русского доктора. После растирания кожи ноги вератринным спиртом и затем обертывания в шерстяное нога как-будто стала согреваться. Однако сильная боль в подколенке все продолжалась. Яворскому пришлось прибегнуть к наркотическим средствам, порошкам морфия. Но эмир наотрез отказался от их приема, окружение эмира и его врачи всем хором одобрили отказ.
- Морфий, — говорил эмир Яворскому, — «сухое горячее» средство; а мой темперамент также «сухой горячий»; поэтому мне вредно принимать морфий.
(В туземной врачебной науке и медицинской практике в Средней Азии господствовал метафизический взгляд — в мире действуют 4 силы: тепло, холод, сухость и влажность. Сочетание этих сил в разных пропорциях обусловливают их пользу или вред для человека; даже и самый темперамент человека есть ничто иное, как пропорциональная сумма этих сил, поскольку они входят в образование «его души и тела»).
Местные врачи сумели «оттеснить» Яворского от эмира, почти ни одно средство, рекомендованное 21 числа, а его приглашали в тот день 4 раза(!), не было принято эмиром. Яворский был отпущен, его пригласили опять только 25-го. При обследовании стало ясно — жизни эмира угрожает опасность, «больную ногу следует считать потерянною». Об этом Яворский сообщил консилиуму врачей.
- Предоставьте дело мне, — прервал его Ахун, — и вы увидите эмира-саиба здоровым.
«Против такого нахального самомнения, — пишет доктор Яворский, — идти было трудно». Он фактически отстранялся от участия в лечении эмира. В ноябре и декабре англичане в результате успешных действий своих войск захватили ряд важнейших городов. Шир-Али-хан под натиском неприятеля вынужден был отступить на север Афганистана. Вечером 8 февраля 1879 года, находясь в Мозар-и-Шарифе, он умер от гангрены. Яворскому и его людям нужно было спешить со сборами и отъездом. С большим трудом им удалось покинуть Афганистан и перебраться в Бухарское ханство.
А к власти в Афганистане пришел сын Шир-Али-хана, Якуб-хан, сложивший оружие и подписавший мирный договор с Англией, но был вкоре свергнут младшим братом Эюб-ханом; последнего сверг, в начале уже следующего, 1880 года, их двоюродный брат, Абдуррахман-хан, признанный англичанами…

«Собственный взгляд» И.Л. Яворского на роль русского посольства в событиях 1878 года.
«Несомненно, — пишет он в заключительной части своего фундаментального труда, — что послание этого посольства находилось в тесной связи с событиями на Балканском полуострове и вообще в Европе, а потому имеет значение весьма важного исторического события».
На вопрос: как миссия исполнила данное ей поручение? — он дает ясные, честные ответы, не утратившие значения в наше время.
«И хорошо, и худо. — Хорошо — в том смысле, что она сумела привлечь Афганистан на сторону России, хотя это и не стоило ей большого труда. Хорошо — что своим присутствием в Кабуле она вызвала со стороны англичан трудную войну, стоившую им больших издержек и деньгами, и людьми. Хорошо — что благодаря ей отныне выяснилось очень рельефно, что афганцы — естественные союзники России против Англии. — Худо исполнила свое дело наша миссия в том смысле, что без всякой нужды поощряла эмира Шир-Али-хана к энергичному образу действий по отношению к англичанам. Худо — что при этом миссия дозволила себе делать Шир-Али-хану разные серьезные обещания, которых потом русское правительство не могло исполнить. Худо — что, поступая таким образом, наша миссия внесла в наши сношения с афганцами фальшь и без нужды повторила ошибку наших агентов, действовавших в 1837-38 гг. в Кабуле и Герате… Наша миссия обманула ожидания афганского народа, и он это очень хорошо сознает.
…Итак — наша миссия «зарвалась» в своих сношениях с афганским правительством. Но раз был сделан такой промах необходимо было его поправить. Представитель России обещал (на свой собственный страх) эмиру Шир-Али-хану военную помощь, в случае столкновения его с Англией. Этой помощи Россия не могла оказать эмиру, и он был разбит английскими войсками. Но Россия могла, и должна была, оказать ему, хотя моральную поддержку. Ведь эмир потом от нас большего уже не требовал. Он просил, и при том, как милости, позволить ему приехать в Петербург для свидания с государем Русским, которого он признавал своим сюзереном, а себя — его вассалом. И вдруг он получает отказ в этой просьбе… И этот отказ он получает в то время, когда наше посольство находилось в его государстве, при его дворе. И этот отказ он получил в просьбе, подсказанной ему нашим же посольством! … Потом, впрочем, эмир получил приглашение посетить Ташкент, но это приглашение слишком запоздало. Несмотря на это Шир-Али-хан был настолько умен и великодушен, что сам неоднократно указывал миссии на средства поправить ее промахи. Так, он просил выслать на Аму несколько батальонов наших войск.
- Я не хочу, говорил он, чтобы эти войска переходили границу моего государства, а тем более, — приняли активное участие в борьбе афганского народа с англичанами. Я хочу только, чтобы эти войска находились вблизи нашей границы. Мой народ тогда видел бы, что он не покинут окончательно Белым Царем на произвол Англии…
Но мы не вняли его совету, мы слишком много боялись разных запросов со стороны английского кабинета. Как? Что? Зачем? Почему? — возопили бы в Лондоне. И вот эмиру посылается предупредительно-вежливый отказ в его желании. В этом случае Россия добровольно отказалась от некоторой доли своего влияния на афганский народ…
…самым главным поводом к присутствию отряда наших войск вблизи афганской границы было – пребывание в Кабуле нашего посольства. Забота о личной безопасности наших послов в Афганистане требовала нашей вооруженной силы вблизи афганской границы. Ведь и англичане для экскорта своего посольства в Кабул снарядили целую армию, а Кабул отстоит от английской границы гораздо ближе, чем от русской. – Конечно, жалко, что мы ничего не сделали для смягчения промахов нашего посольства. В будущем нам придется не только поправлять ошибки прошлого, но и начинать все снова», — заключает автор «Путешествия…».

Среди трудов И.Л. Яворского: «Долина Амударьи в ее верхнем течении. Медико-географический очерк». Ташкент, 1879; «Путешествие русского посольства по Афганистану и Бухарскому ханству в 1878-1879 гг.». В двух томах. СПб.,1882-83; «Опыт медицинской географии и статистики Туркестана» (диссертация, 1889). В 1894 году он совершил научную экскурсию в Закаспийскую область и горную Бухару. В результате был написан и издан: «Краткий отчёт о научной командировке в Среднюю Азию, исполненной летом 1894 года», в трех томах. Одесса, 1895.

Источники:
Русский биографический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона: Яворский Иван Лаврович. М., ЭКСМО. 2007. С. 920.
Энциклопедический словарь т-ва «Бр. А. и И. Гранат и Ко». Седьмое издание. Том 24-й Кауфман — Кондаков.
История русской армии. Очерк генерал-майора К.И. Дружинина Русско-турецкая война 1878-1879 гг., гл. 27. Берлинский конгресс, составитель В.П. Никольский. М., ЭКСМО. 2007. С. 685-687.
Путешествие русского посольства по Афганистану и Бухарскому ханству в 1878-1879 гг. Из дневника члена посольства, д-ра И.Л.Яворского, действительнаго члена Императорскаго Русского географического общества. В двух томах. СПб., Типография д-ра М.А.Хана, Том 1. 1882. Том 2. 1883.
Сайт о Яворских. Раздел X. Биографические материалы. Причисленные к лику святых и другие лица духовного звания.
Сайт «Древо — открытая православная энциклопедия»: https://drevo-info.ru/articles/13674968.html
Статья Сергея Михайловича Доброумова, внука Михаила Семеновича Яворского на сайте «Возвращенные имена. Книги памяти России»: https://visz.nlr.ru/person/show/110213.

Яворская, Лидия Борисовна (1871 — 1921), урожд. фон Гюббенет, по мужу с 1896 княгиня Барятинская, талантливая русская актриса, отличавшаяся «элегантностью и экстравагантностью облика… в сочетании с редким трудолюбием». Некоторые театральные деятели талант Яворской Лидии Борисовны, как и все ее творчество, оценивали достаточно критично. Например, П.П. Гнедич в мемуарах «Книга жизни. Воспоминания. 1855 – 1918» писал: «У Яворской был скрипучий и хриплый голос. … талант у нее был не из крупных, но она умела завладевать вниманием публики. Пять лет мне довелось служить с ней — и не было ни одной роли, которой бы она меня захватила. На самостоятельное творчество она была совершенно неспособна». А вот впечатление, которое произвела Яворская Лидия Борисовна на Татьяну Щепкину-Куперник: «я просидела у Лидии Борисовны до позднего вечера. … Она произвела на меня сильное впечатление: ее блестящее умение говорить, ее живость, какая-то змеиная грация, свободное, слегка властное обращение с окружающими, выказываемое к ней поклонение и ее необычайная ласковость ко мне — все это очень заняло мое воображение, и мне думалось, что, вероятно, в таком роде была Аспазия или мадам Рекамье — вообще «героини», и значительность, и необыденность личности почувствовались сразу» (Татьяна Львовна Щепкина-Куперник. «Дни моей жизни». 205).
Родилась Лидия Борисовна Яворская в Киеве, в семье высшего чиновника Министерства внутренних дел тайного советника Бориса Яковлевича фон Гюббенета и Луизы Христиановны Ротерман (род фон Гюббенет). Из этой семьи получил известность старший сын, Виктор Яковлевич Гюббенет (1861-?), врач, доктор медицины (1891), служил в Санкт-Петербурге, в Первую мировую войну начальник воен.-сан. части Западного фронта, тайный советник. Яворская — фамилия Лидии Борисовны по первому мужу. Вышла замуж вскоре после окончания Киевской женской гимназии (в 16 лет) за Яворского А.М. — талантливого педагога, в 1885-1888 годы учителя русского языка и словесности в гимназии, в 1888-1890 читал курс педагогики. Впоследствии был удостоен высоких наград и чина действительный статский советник.
Ее второй муж с 1896 года князь Владимир Владимирович Барятинский (1874-1941), офицер флота, младший сын генерала от инф. князя Владимира Анатольевича (состоял генерал-адъютантом при императрице Марие Фёдоровне) и княгини Надежды Александровны. Княжеский род Барятинских ведёт свое начало от Рюрика. Владимир Владимироович приходился внучатым племянником генерал-фельдмаршалу кн. Александру Ивановичу Барятинскому (1814-1879), отважному военачальнику, наместнику Его Императорского Величества (1856-1860) на Кавказе, прославившемуся в потомстве тем, что через 3 года после назначения наместником «весь Восточный Кавказ был покорен и неуловимый дотоле Шамиль взят в плен». В 1893 окончил Морской кадетский корпус и мичманом был направлен на Балтийский флот в Гвардейский экипаж. Служил на императорской яхте «Полярная звезда». Ещё в кадетский период проявил литературные способности. Не оставлял литературное творчество и в служебные годы, делал переводы, любил театр, писал пьесы. Тайная женитьба на актрисе Лидии Яворской серьёзно повлияла на его отношения с родными. В звании лейтенанта он вынужден был оставить предрекавшуюся ему блестящую военную карьеру и тогда же, в 1896 году, подал в отставку. В отставке он еще активнее стал занимался литературной деятельностью, приобрел известность как журналист, переводчик, драматург. Увлекаясь театром, Барятинский в 1901 основывает с женой собственный театр с названием «Новый театр» или «Новый мир», где ставятся его пьесы «Перекаты», «Пляска жизни», «Карьера Наблоцкого» и другие.
Карьера самой Лидии Борисовны складывалась следующим образом. После выпуска из киевской гимназии, в 1889 поступила на драматические курсы Санкт-Петербургского театрального училища, класс В.Н. Давыдова. Некоторое время продолжала театральное образование в Париже, занимаясь с актером театра «Комеди Франсез» Э. Го. «На проф. сцене дебютировала в 1893 в Ревеле. В 1893-95 актриса моск. Театра Ф. А. Корша. В 1895-1900 одна из ведущих актрис Театра Литературно-художественного общества*, в 1901 гастролировала в Петерб. театре Е. А. Шабельской на Офицерской ул. В 1901 открыла [совместно с мужем] в СПб. собств. Новый театр, существовавший до 1906 (Кононовский зал, наб. р. Мойки, 61; филиал — «Комедия» — в зале Тенишевского училища в 1904/05). В 1915 в СПб. организовала свой Театр Л. Б. Яворской на Офицерской ул., работавший до 1916. Одна из наиб. ярких театр. фигур своего времени, соединяла нервность и страстность исполнения, внешнюю эффектность, мелодраматизм, модернистскую изломанность. Отмечая оригинальность творчества Я., современники признавали ее зависимость от сценич. образов С. Бернар, Г. Режан, Э. Дузе. Открыла для рус. сцены драматургию Э. Ростана (Сильветта в «Романтиках», Мелисинда в «Принцессе Грезе», Роксана в «Сирано де Бержераке», герцог Рейхштадтский в «Орленке»). Репертуар Нового театра формировала преим. из пьес совр. авторов — Г. Ибсена, Г. Гауптмана, Г. д,Аннунцио, М. Метерлинка, А. Стриндберга, Л. Н. Толстого, А. П. Чехова, М. Горького, С. В. Чирикова. Среди лучших ролей Я. — Катрин Юбше в «Мадам Сан Жен» В. Сарду, Ольга Ранцева в «Чаде жизни» Б. М. Маркевича, Раутенделейн в «Потонувшем колоколе» Гауптмана. В 1905/06 Новый театр располагал наиб. радикальным репертуаром, будучи своего рода полит. клубом, спектакли к-рого часто перерастали в митинги. В 1907-15 и 1916-18 гастролировала по городам России и Европы. Снималась в кино (Лидия Берестовская в «Урагане страстей», 1916). С 1918, после поездки в США, жила и работала в Лондоне».
В 1920 вышла замуж в третий раз, за 4-го баронета Фредерика Джона Поллока (1878-1963), сына 3-го баронета Фредерика Поллока и Джорджины Харриет Деффелл, который был значительно моложе её. О Джоне Поллоке: «В 1915-1919 находился в Польше и России в должности главного комиссара Великобритании при Фонде помощи Польше и Галиции под эгидой Российского Красного Креста. За эту деятельность был награжден орденом Святой Анны». Умерла Лидия Борисовна Яворская в Лондоне 18 ноября 1921 года от тяжёлого заболевания горла в возрасте 50 лет.
Ее бывший муж (развелись в 1916), кн. Владимир Владимирович Барятинский, находясь в эмиграции во Франции, на декабрь 1924 председатель объединения Гвардейского Экипажа; капитан 2-го ранга (по КИАФ — Корпус Императорских армии и флота. Был создан 30.04.1924. Возглавлял Великий Князь Кирилл Владимирович, объявленный в 1922 Блюстителем Престола, а в 1924 Императором). Кн. Барятинский В.В. до конца своей жизни оставался патриотом России, занимался переводами русской поэзии на французский язык, читал лекции по русской истории и литературе в Англии и во Франции. Дети В.В. Барятинского**: сыновья Михаил (1919-?) и Владимир (1921-1975). Потомки, внуки и правнуки, и сейчас проживают в Европе под фамилией Барятинских.
Умер в Париже, погребен там же, на кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа.
Ф.Д. Поллок женился второй раз в 1925 г. на Алис Субиран, их сын Джордж Фредерик Поллок, унаследовал титул и стал 5-м баронетом клана.

Примечания:
*Яворская Лидия Борисовна (кн. Барятинская) в 1895 была приглашена в Санкт-Петербург, жила в Петербурге в 1895-96 на Почтамтской, 6-12, в 1897 ее адрес: Чернышов пер. 12, в 1898 — Лиговская, 65. Театр Литературно-художественного общества (известен как Суворинский, Малый) размещался в здании бывшего Апраксинского театра на Фонтанке. «В разные годы на сцене театра играли такие актеры, как Л.Яворская, П.Стрепетова, П.Орленев, Е.Рощина-Инсарова, А.Пасхалова, И.Судьбинин, М.Михайлов, М.Домашева, З.Холмская, В.Далматов (Лучич), К.Бравич, К.Яковлев, Б.Глаголин, Н.Музиль-Бороздина, В.Миронова, Е.Корчагина-Александровская, О.Глебова-Судейкина, В.Топорков. При театре была создана своя театральная школа, ее в 1910 оканчивает М.Чехов. Свои первые шаги на профессиональной сцене он сделал в Суворинском театре, где проработал до 1912. С труппой театра выступали гастролеры Н.П.Россов, Т.Сальвини, В.Ф.Комиссаржевская, М.В.Дальский». Подробнее на Кино-Театр.РУ https://www.kino-teatr.ru/teatr/1113/
**Наша читательница Татьяна (см. Гост книгу) уточняет: «Общих детей у Яворской и Барятинского не было. Это дети от второго брака Владимира Владимировича с Ольгой Берестовской».
Добавим: Кн. Барятинская (Берестовская), Ольга Алексеевна Арсеньева («Панчина»), (14/26.10.1881, Киев — 21.02.1974, Франция); в первом браке за Владимиром Николаевичем Арсеньевым, во втором за Владимиром Владимировичем Барятинским; погребена под Парижем на русском кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа.
Кн. Барятинский Владимир Владимирович, (8/20.12.1874, Санкт-Петербург — 07.03.1941/7.09.1941, Париж), лейтенант Гвардейского экипажа, погребен там же, на кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа.
Здесь же из Барятинских погребены: кнж. Барятинская Елизавета Владимировна, в замужестве гр. Шувалова (29.05.1855 — 3/16.08.1938); Барятинская-Серозинская Маргарита (1893 — 1975), замужем за Борисом Васильевым (1893 — 1985); кн. Барятинская Мария Сергеевна, рожд. Башмакова, в 1-м бр. Свечина (5/18.04.1876 — 16.12.1933), замужем за кн. Барятинским Анатолием Владимировичем (07.08.1871 — 17.03.1924, Ментон, Франция), сыном генерала от инфантерии кн. Барятинского Владимира Анатольевича. У них дочь Мария (Форд); ((1905 — 1937, Александрия, Египет).

Источники:
Беляев Ю.Д. Л.Б. Яворская: Критико-биогр. этюд. СПб., 1900; Юрьев Ю. М. Записки. Л.; М., 1963. Т. 2.
С.В. Волков. Офицеры флота и морского ведомства. опыт мартиролога. М.: Русский путь. 2004.С. 36,37.
С.В. Волков. Генералы и штаб-офицеры русской армии. Опыт мартиролога. В двух томах, том 1. М.; ФИВ, 2012. С. 92-93.
А.А. Кириллов. Энциклопедия Санкт-Петербурга http://www.encspb.ru/ru/article.php?kod=2804031649
Д.Н. Бантыш-Каменский. Российские генералиссимусы и генерал-фельдмаршалы. М.:ЭКСМО, 2007. Приложение. С. 526.
А.В. Жукова. Дворянские и купеческие роды России. ИД Владис-РИПОЛ КЛАССИК. 2008. С. 39.
И.Г. Грезин. Алфавитный список русских захоронений на кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа. М.; «Старая Басманная», 2009. С.44.
П.П. Гнедич. Книга жизни. Воспоминания. 1855 – 1918. Аграф. М.; 2000
Татьяна Щепкина-Куперник — «Дни моей жизни» и другие воспоминания. Захаров. 2005
Борис Яковлевич фон Гюббенет (von Hubbenet) на: https://ru.rodovid.org/wk/Запись:628200
Сайт: https://ru.ruwiki.ru/wiki/Фредерик_Джон_Поллок,_4-й_баронет.
Фото: Актриса Яворская Лидия Борисовна (урожд. фон Гюббенет) — открытки нач. XX в. на: M mavink.comPrincessBariatinsky.jpg

Ученые, заслуженные деятели, Герои Социалистического Труда

ЯВОРСКИЙ, Василий Иванович, (29.12.1875/10.01.1876, Каменец-Подольский — 20.09.1974, Ленинград), академик. В БСЭ: «Яворский Василий Иванович — советский геолог, заслуженный деятель науки и техники РСФСР (1962), Герой Социалистического Труда СССР (1971). В 1898 окончил горное училище в Домброве. По окончании Петербургского горного института (1913) работал в Геологическом комитете (позднее Всесоюзный научно-исследовательский геологический институт). Основные труды посвящены геологии угольных месторождений и палеонтологии. Один из ведущих исследователей Кузбасса. Государственная премия СССР (1946). Награжден 3 орденами Ленина, 2 другими орденами, а также медалями». Василий Иванович — профессор, доктор наук… У него учились многие известные геологи-угольщики… Все так, но авторами по понятным причинам упущены очень важные сведения из его большой полной драматизма жизни, которая могла оборваться после ареста 31 мая 1921 года и вынесения ему приговора по обвинению за участие в «Петроградской боевой организации». 23.08.1921 года Василий Иванович неожиданно для себя был освобожден. Почему и как это было — из других не лакированных источников. «Яворский Василий Иванович… 31 мая 1921 арестован в Петрограде по «таганцевскому делу», 30 июля 1921 А.М.Горький письменно обратился в ЧК с просьбой «сделать распоряжение о срочном допросе Н.Ф.Погребова и В.И.Яворского и быстром освобождении в случае невиновности». После ходатайства Н.Н.Яковлева и записки В.И.Ленина от 23 августа 1921 года… был освобожден». И все же, что за дело, в котором упоминаются такие громкие имена? Обратимся к биографии виновника так называемого «таганцевского дела» — самого Таганцева Владимира Николаевича (1889-1921). «Географ, гляциолог, уроженец С.-Петербурга, сын известного юриста, профессора уголовного права, почетного члена Российской АН, члена Государственного Совета Н.С.Таганцева. После окончания Петербургского ун-та (1913) оставлен для подготовки к профессорскому званию. Изучал ледники Азии, пустынное выветривание, составлял карту почвенных зон Кокандского уезда Ферганской области. За исследования в Туркестанском хребте награжден малой серебряной медалью Географического об-ва (1915). Нач. передового вьючного отряда Красного Креста во время первой мировой войны (1916-1917). В сентябре 1917 вернулся в ун-т и в апреле 1919 избран преподавателем на кафедре географии и антропологии, инициатор создания Опытной сапропелевой станции (в Залучье под Вышним Волочком, в бывшем имении Таганцевых) и уч. секретарь Сапропелевого комитета КЕПС Российской АН. Арестован 31 мая 1921, до этого арестовывался в 1919 и 1920. Вместе с ним в этот день на Опытной станции были арестованы члены Сапропелевого комитета геологи П.И.Бутов, В.М.Козловский и Н.Ф.Погребов, С.М.Вислоух, сотр. станции А. А. и В.А.Глазковские. Были арестованы также члены Сапропелевого комитета С.С.Манухин (бывший царский министр), А.И.Горбов (химик), В.Алабышев (ботаник) и Н.Ф.Таганцева, Н.Г.Скарятина (переписчица Сапропелевого комитета), В.И.Яворский (геолог) и многие другие. Имущество Таганцевых было конфисковано 10 июня 1921, задолго до вынесения приговора. В ночь с 21 на 22 июня В. Н., находясь в камере ДПЗ, пытался покончить жизнь самоубийством. О смягчении его участи просили в письмах к Ленину (через М. Горького) вдова профессора Кадья, много лет бывшего домашним врачом семейства Ульяновых, и Н.С.Таганцев, устроивший в свое время свидание матери с приговоренным к казни Александром Ульяновым. Обвинен в заговоре «с целью свержения Советской власти путем вооруженного восстания» («заговор Таганцева»). Уголовное дело о так называемой «Петроградской боевой организации» (ПВО), во главе которой стоял В.Н.Таганцев, было создано ЧК как на имевших место действиях контрреволюционной направленности, так и на домыслах. Последние, в частности, касались участия в ПВО геологов. В.Н.Таганцев принял предложение Петрочека раскрыть секреты организации и помочь в ее скорейшей ликвидации в обмен на гарантии неприменения к ее членам расстрела, немедленного освобождения части арестованных и т. д. Но ЧК обмануло В. Н. По этому делу было привлечено свыше 800 человек, из них расстреляны три группы (81, 18 и 8 человек), более 100 отправлены в лагерь. Постановление Петроградской губчека о расстреле В. Н. Таганцева состоялось 24 августа, но и после вынесения приговора его продолжали допрашивать, в частности 27 августа. Сообщение Президиума ВЧК о расстреле относится к 29 августа 1921. Была расстреляна его жена Н. Ф. Таганцева. В. Н. реабилитирован 27 апреля 1992. Реабилитированы также, все осужденные по «делу Петроградской боевой организации» (справка прокурора от 29 мая 1992). Соответствующее сообщение опубликовано 7 октября 1992 в газете «Смена». (Н.Б.Орлова, К.В.Таганцев, В.Ю.Черняев…)».
Спустя 70 лет, в сентябре 1991 года судебная коллегия Верховного Суда реабилитировала и Николая Степановича Гумилева (1986-1921), «одного из самых выдающихся поэтов Серебряного века, основоположника крупного литературного течения — акмеизма (от греческого слова akme». Н.С. Гумилев был арестован в числе лиц по сфабрикованному делу «заговор Таганцева» 3 августа 1921 года и расстрелян. После реабилитации произведения вновь издаются, вернулись к поклонникам его литературного наследия.
Яворский В.И. под руководством Л.И. Лутугина участвовал в геологической съемке Донбасса, а позже стал одним из ведущих исследователей геологии Кузбасса. Его труд «Кузнецкий каменноугольный бассейн» (1927, совместно с П.И. Бутовым) удостоен Географическим обществом СССР премии им. H.M. Пржевальского. Большие заслуги принадлежат Яворскому в открытии и разведке крупных запасов коксующихся углей в южной части бассейна, в т. ч. известного Прокопьевско-Киселевского р-на. Он принимал деятельное участие в промышленном освоении бассейна. Основные труды Яворского В.И. посвящены геологии угольных месторождений. В палеонтологии основные труды его посвящены строматопорам; он открыл присутствие их в кембрийских отложениях. Автор монографии «Stromatoporoidea Советского Союза» (ч. 1, 1955).
Погребен в СПб на Волковском Православном кл-ще. Литераторские Мостки.

Источники:
Репрессированные геологи. М.-СПБ. 1999.
Шабаров Н. В. Василий Иванович Яворский в книге: Информационный сборник Всес. н.-и. геологич. ин-та, 1956. № 4.
Словари и энциклопедии на Академике http://dic.akademic.ru
Биография.ру http://www.biografija.ru/show_bio.aspx?id=140169
Репрессии ученых. Биографические материалы. Репрессированные геологи. http://russcience.chat.ru/repress/rep.htm
Фото: Яворский Василий Иванович на infourok.ru

ЯВОРСКИЙ, Па́вел Влади́мирович, (24.04.1905 — 26.06.1975) — советский работник сельского хозяйства; виноградарь; директор совхоза имени Молотова Анапского района Краснодарского края; участник Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.; капитан интендантской службы; Герой Социалистического Труда СССР (1950).
Родился в православной крестьянской семье в с. Борисовка Грайворонского уезда Курской губернии, ныне Борисовский район Белгородской области; отец сельский фельдшер, мать домохозяйка, дети: Павел, Константин, Борис. После ухода отца из семьи в 1913 году, мать одна поднимала детей. «Поскольку своего домашнего хозяйства у них не было, — пишет в статье «Герои страны» о младшем из братьев Борисе Владимировиче Яворском Евгений Малашёнков, — мать трудилась домработницей у местного купца, а небольшой участок земли сдавала… , так как самим её было нечем обрабатывать. В 1916 году поступил в Борисовскую начальную школу, где уже учились старшие братья Павел и Константин. В 1919 году мать умерла. Некоторое время осиротевшие дети провели в детском доме, а затем братьев на воспитание взял родной дядя».
В дальнейшем судьба братьев сложилась следующим образом. В начале 1920-х годов комсомолец Павел Яворский стал одним из активных организаторов Борисовской волостной комсомольской организации. В 1925 году вступил в ВКП(б)/КПСС. Средний брат, Константин Яворский, работал на Харьковском заводе (ХЭМЗ) формовщиком и электромонтером в цехе МТ, в 1929 году ушел на службу, в 1930-м вступил в ВКП(б), стал офицером Красной армии, служил командиром взвода в 410 сп Ленинградского военного округа. Самый младший из братьев, Борис Яворский, «в 1923 году окончил семилетнюю школу и поступил в Кучеровское земледельческое училище (ныне — в хуторе Кучеров Беловского района Курской области). Через четыре года училище было преобразовано в Кучеровский сельхозтехникум, который Борис окончил в 1928 году, получив звание агронома. В сентябре того же года начал работать в Малосолдатском свеклосовхозе Курского отделения сахаротреста. Однако уже в декабре 1928 года в соответствии с контрактом, подписанным во время учёбы с Белгородским окркоопхлебом, был отозван из совхоза для последующей работы старшим агрономом в Казахстане по оказанию помощи сельскому хозяйству и перевода кочевников на оседлый образ жизни.
В июне 1929 года направлен на работу в город Павлодар Казахской АССР (с 1936 года — Казахская ССР, ныне — Казахстан), где по распоряжению Павлодарского окружного земуправления работал до 1930 года агрономом одного из райземотделов в Павлодарском округе (ныне — Павлодарская область)».
С началом Отечественной войны старший брат, Яворский Павел Владимирович, призван Вязовским РВК Сталинградской обл. в ряды Красной Армии: 14 августа 1941 года старший лейтенант интендантской службы в формируемой 349 сд в районе Танаки, Карантинное Калмыкской АССР, командир соединения полковник, затем генерал-майор Филипп Васильевич Брайлян; до 15 декабря 1941 года дивизия оставалась в районах своего формирования, 15 декабря выступила на фронт, войдя в состав 57 А Юго-Западного фронта (ЦАМО). «21 января 1942 г. перешла в наступление в ходе Барвенково-Лозовской операции с задачей овладеть Богородичным, Голая Долина. Действуя в сложный условиях при сильном морозе и глубоком снегу, в теч. 3-х дней вела бои вместе с 335 сд. Форсировав Сев. Донец, к 24 января овладела этими нп. Продолжая наступление овладела Краснопольем-2. <...> К 27 января 1173 сп занял Курульку-2, Пашково, Григорьевку. 1169 сп и 1171 сп с боем овладели Ново-Николаевкой. К 29 января [заняли] Черемхово, Прелестное, Шаврово. В бою за Богородичное погиб командир 1169 сп подполковник Иван Данилович Нелепин. Овладев Ново-Николаевкой 1169 сп и 1171 сп продолжали наступление на Знаменку и Черкасское на р. Сухой Торец (зап. Славянска). С 12 февраля противник перешел в контрнаступление. Наши войска не закрепились в занятых нп и были выбиты из Яковлевки, Шаврово, Анна-Николаевки, Елизаветовки, Очеретино. В этих боях [349 cд] понесла большие потери…». 21 февраля 1942 г. ст. лейтенант Яворский П. В. был ранен. В дальнейшем он: в 883 сп 295 сд — начальник прод. фуражного снабжения; 16.03 1943 г. приказом частям 295 сд 58 А награжден медалью «За боевые заслуги»; затем назначен помощником командира по снабжению 1040 сп 295 Херсонской дивизии. Приказом по войскам 28 А от 01.02.1944 за образцовое выполнение боевых заданий Командования и проявленные при этом доблесть и мужество награжден орденом «Красной Звезды». В 1944 году повышен в звании до капитана и/с и награжден медалью «За оборону Кавказа» (01.05.1944). День окончания службы: 28 августа 1944 года (ЦАМО)*. Война еще продолжалась. «Дивизия победно закончила войну и водрузила Знамя Победы над Бранденбургскими воротами в Берлине как 295-я стрелковая Херсонская ордена Ленина Краснознамённая ордена Суворова дивизия» под командованием легендарного командира соединения Героя Советского Союза (19.03.1944) полковника Дорофеева Александра Петровича**.
В День Победы капитан интендантской службы Яворский П. В. указом Президиума Верховного Совета СССР от 09.05.1945 г. был награжден медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг».
ЯВОРСКИЙ, Константин Владимирович, средний брат, старший лейтенант, командир взвода 410 сп 102 сд Западного фронта. Командовал полком опытный командир подполковник Пидоренко Николай Дмитриевич, получивший боевой опыт еще в 1937 году, участвуя в национально-революционной войне в Испании, формально в качестве инструктора-пулеметчика. Командование Красной Армии его заслуги оценило достойно, был награжден орденом Красного Знамени, за три года прошел путь от капитана в 1937-м до подполковника в 1940-м. Однако начавшаяся 22 июня 1941 года Великая Отечественная война не пощадила ни командира взвода, ни командира полка. Ст. лейтенант Яворский Константин Владимирович погиб в бою 17.07.1941 г. в районе Быхова Могилевской обл., его командир, подполковник Пидоренко Николай Дмитриевич, — пропал без вести в том же, 1941-м. Тогда, в июле-августе 1941-го, 102 стрелковая дивизия (I ф) вела ожесточенные бои, попала северо-западнее Гомеля в окружение и понесла тяжелые потери…
Младший брат, Яворский Борис Владимирович, из биографических материалов: «в апреле 1941 года назначен Наркоматом совхозов РСФСР директором зерносовхоза «Профсоюзник» Вязовского района Сталинградской области. Возглавлял совхоз всю Великую Отечественную войну. … в июле 1941 года к нему пришла похоронка на среднего брата Константина Владимировича Яворского (1907—1941) — старшего лейтенанта, командовавшего взводом в 410-м стрелковом полку 102-й стрелковой дивизии (Западный фронт) и погибшего в бою на территории Белоруссии. Сам Вязовский район, где располагался совхоз «Профсоюзник», в разгар Сталинградской битвы находился в прифронтовой полосе, но войска вермахта были остановлены здесь в конце 1942 года».

ЯВОРСКИЙ, Борис Владимирович, Герой Социалистического Труда СССР (1957). Из биографических материалов: «в январе 1944 года вступил в ряды ВКП(б)/КПСС. «После войны, как опытный организатор сельского хозяйства, дважды назначался директором в отстающие зерносовхозы соседних районов Сталинградской области: в совхоз «АМО» Новоаннинского района (1946—1952) и зерносовхоз «Красный Октябрь» Алексеевского района (1952—1954).
В середине 1950-х годов в стране началось масштабное освоение целинных и залежных земель, и в мае 1954 года Борис Владимирович снова прибыл в уже знакомый ему по довоенному времени Северный Казахстан, где был назначен директором Бидаикского совхоза в Кзылтуском районе Кокчетавской области Казахской ССР (ныне — Уалихановский район Северо-Казахстанской области Казахстана). Этот совхоз был организован на целине 28 апреля 1954 года, и Б. В. Яворский стал его первым директором.»
Яворский, Павел Владимирович, из биографических материалов: «После демобилизации капитан интендантской службы П. В. Яворский вернулся к мирному труду и возглавил виноградарский совхоз имени Молотова Анапского района, виноградники которого значительно пострадали в период немецко-фашистской оккупации. Центральная усадьба – дирекция совхоза имени Молотова – селение Верхняя Гостогайка (с 1958 года – посёлок Виноградный).
В январе 1950 года в связи с 75-летием основания виноградарского совхоза «Абрау-Дюрсо» и 60-летием основания одноименного шампанского завода П. В. Яворский за успешную работу в области развития виноградарства и шампанского производства был награждён орденом «Знак Почёта».
По итогам работы в 1949 году тружениками совхоза получен урожай винограда 95,2 центнера с гектара на площади 179 гектаров. За послевоенный период в совхозе не было потерь урожая винограда от болезней и вредителей.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 сентября 1950 года за получение высоких урожаев винограда при выполнении виноградарскими совхозами плана сдачи государству сельскохозяйственных продуктов в 1949 году и обеспеченности семенами всех культур в размере полной потребности для весеннего сева 1950 года директору совхоза Яворскому Павлу Владимировичу присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот».
Этим же указом ещё 19 тружеников совхоза имени Молотова были удостоены звания Героя Социалистического Труда, более сотни рабочих и служащих награждены орденами и медалями».
Яворский Борис Владимирович (из биографических материалов): «Первый директор совхоза оказался умелым и заботливым организатором. Уже в 1956 году труженики Бидаикского совхоза собрали 38 400 тонн зерна (146 процентов к плану) и сдали государству 29 846 тонн хлеба при плане 20 500 тонн. Хозяйство полностью обеспечило себя семенами и засыпало фуражные и продовольственные фонды. Новый совхоз быстро окреп, отстроился, стал фабрикой зерна на новых землях.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 11 января 1957 года за особо выдающиеся успехи, достигнутые в работе по освоению целинных и залежных земель, и получение высокого урожая Яворскому Борису Владимировичу присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот».
Были у братьев и другие крупные достижения и награды. Выйдя на пенсию, Борис Владимирович переехал с семьей на пмж поближе к старшему брату в Краснодарский край, г. Гулькевичи.
Яворский Павел Владимирович похоронен на Славянском кл. Там же похоронена и его жена (общий памятник), Александра Даниловна (1914-1999), пережившая мужа почти на четверть века.
Яворский Борис Владимирович умер 18 марта 1991 года, похоронен на Гулькевичском кл. (квартал почетных захоронений).
Слава этой замечательной несгибаемой воли семье Яворских, семье героев-тружеников, семье победителей!

Источники:
Яворский Павел Владимирович — Память народа на: www/pamyat.naroda.ru:
ЦАМО. Сведения о личном составе. Учетно-послужная картотека. Документы о награждении
349-я стрелковая дивизия на: www.rkkawwii.ru
295-я стрелковая дивизия (II формирования): https://web.archive.org/
295-я Херсонская ордена Ленина Краснознаменная ордена Суворова стрелковая дивизия: https://www.rkkawwii.ru/
883 стрелковый полк упоминается в Перечнях воинских объединений, соединений действующей армии: в составе 193 стрелковой дивизии (I и II формирования); в 295 стрелковой дивизии (II формирования) — полк 1038 переименован в 883 сп; 1040 стрелковый полк 295 сд (II ф) — в 884 сп на: https://www.rkkawwii.ru/ … (см. ниже: Примечания).
Яворский Константин Владимирович — Память народа на: www/pamyay.naroda.ru:
Сведения о личном составе. Учетно-послужная картотека. Документы. Донесение о безвозвратных потерях. Именной список.
Фото Яворского Константина Владимировича: Дорога памяти. Музейный комплекс. Галерея памяти участников Великой Отечественной войны на: pamyat-naroda/ru
Сергей Кузоватов. Павел Владимирович Яворский Герой Социалистического Труда, виноградарь на: https://yandex.ru/search
Герой Социалистического Труда Яворский Павел Владимирович — Герои страны на: web.archive.ru
Евгений Малашёнков. Герой Социалистического Труда Яворский Борис Владимирович — Герои страны на: rtg. warheroes.ru
Военная История Государства Российского. Великая Отечественная Действующая армия (1941-1945). М.: Animi Fortitudo, Кучково поле. 2005

ЯВОРСКИЙ, Василий Николаевич, (1901, Елисаветградский уезд Херсонской губ. — 1987, Ленинград); род. в семье фельдшера. В 1917-1919 рабочий, учился в вечерней школе. В 1919 вступил в РККА. Военное образование: Киевские военно-инженерные курсы, Высшая военная электротехническая школа комсостава РККА (1927); Военная электротехническая академия им. С. М. Буденного. С 1932 начальник факультета Военной электротехнической академии им. С. М. Буденного; инженер-полковник (1934). Главный конструктор ОКБ-43, доктор технических наук (1961), профессор.
8.09.1937 г. был арестован. Приговорен: ВТ ЛенВО, обвинен по ст. 58-10. Приговор: бессрочная ссылка, 10 лет заключения, поражение в правах 5 лет. Находился в заключении в Севжелдорлаге, с марта 1940 в ОТБ (Особое техническое бюро) МВД в Болшево, осенью 1940 переведен в ОКБ на Кировском з-де в Ленинграде. Работал с канд. техн. наук Мордуховичем М. М. и другими по направлению береговая артиллерия. С 1941 в Молотове (Мотовилиха), участвовал в проектировании, изготовлении и испытаниях 45-мм пехотной противотанковой пушки М-42; в декабре 1944 переведен в ОКБ-172: Ленинград, «Кресты».
Особые и Специальные технические бюро, Особые конструкторские бюро относились к созданной в системе ОГПУ-НКВД сети закрытых научно-исследовательских и проектных учреждений-тюрем, известных под названием «Шарашки», в которых с 1929 по 1955 гг. использовался труд осужденных ученых, высококвалифицированных специалистов самых различных отраслей народного хозяйства, особенно технического направления. К задачам 4-го Спецотдела, созданного в июле 1941 года на базе Особого технического бюро (ОТБ) НКВД СССР и 4-го отдела бывшего НКГБ СССР, были отнесены: «использование заключенных специалистов для выполнения научно-исследовательских и проектных работ по созданию новых типов военных самолетов, авиамоторов и двигателей военно-морских судов, образцов артиллерийского вооружения и боеприпасов, средств химического нападения и защиты… обеспечения средствами радиосвязи и оперативной техники…». Что послужило толчком к созданию такой мощной технической структуры в системе НКВД? Тарбеев В. пишет: «Беспрецедентный шквал арестов специалистов в 1937-1938 годах серьезно сказался на выполнении планов военной продукции. Практически оказались сорванными правительственные задания по производству артиллерийских орудий, боеприпасов, танков и самолетов, стрелкового оружия. Именно тогда, оценив ситуацию, руководство страны решило более рационально использовать заключенных, имеющих специальные научные и технические знания, прежде всего в интересах обороны.»
Как сообщается в статье О. А. Резниковой «Шарашки», — «В Ленинграде действовали: Особое конструкторское техническое бюро–12 (1931–1932, помещалось в Доме предварительного заключения; специализировалось на архитектурно-проектных работах: проект Большого дома, реконструкция гаража ОГПУ на Манежной площади и др., авторы проектов – заключенные Н. Е. Лансере, Б. К. Рерих и др.), ОКБ» Управления НКВД по Ленинградской области (с 1942 – ОКБ–172)*** в здании тюрьмы «Кресты» (специализировалось на разработках в области артиллерии: 130-мм 2-орудийная башенная установка Б-2-ЛМ; 45-мм противотанковая пушка М–42 и др., работали заключенные: инженер-конструктор С. И. Лодкин, профессор В. Р. Бурсиан, профессор А. М. Журавский, профессор И. В. Токов и др.); ОКБ–5 Судоверфь Морпогранохраны НКВД (1933–1940-е гг., Уральская ул, 19; ныне Морской завод «Алмаз»; работали: доктор технических наук Э. Э. Папмель, инженер-конструктор В. Л. Бродский и др.); Специальное техническое бюро Ленинградского филиала института «Гипрониислюда» МВД СССР (1953–1955, пос. Металлострой; работали заключенные инженеры: В. К. Акулов, Р. Я. Кольберг и др.), ОКБ–196 (конструирование подводных лодок; ныне ЦКБ «Рубин»; работали инженеры-конструкторы П. Г. Гойнкис, П. Ю. Орас и др.); ОКБ на Кировском заводе (береговая артиллерия; работали кандидаты технических наук В. Н. Яворский, М. М. Мордухович и др.).
В 1949 г. Василий Николаевич Яворский был арестован второй раз. После освобождения в 1955 вернулся в Ленинград, реабилитирован в 1956: восстановлен в звании инженер-полковник, назначен Главным конструктором ОКБ-43, в 1961 доктор технических наук, профессор кафедры в «Военмехе».
Автор статьи «90 лет кафедре «Cистемы приводов, мехатроника и робототехника» БГТУ «Военмех» им. Д. Ф. Устинова пишет:
«Профессор Р. А. Сапожников пригласил на кафедру для работы по совместительству д. т. н. В. Н. Яворского, известного разработчика образцов автоматического вооружения. Именно В. Н. Яворскому, энергичному и нестандартному ученому, принадлежит идея построения инвариантных систем управления для комплексов вооружения. В. Н. Яворский успешно реализовал предложенное академиком А. Г. Ивахненко и поддержанное академиком В. С. Кулебакиным использование типовых уравнений при синтезе следящих систем. Монография В. Н. Яворского, А. А. Бессонова, А. И. Коротаева и А. М. Потапова «Проектирование инвариантных следящих приводов» стала важной вехой в развитии методов проектирования систем автоматического управления в СССР».

Источники:
*Резникова О. А. «Шарашки». НИЦ »Мемориал» Санкт-Петербург http://memorial-nic.org/terror/19.htm
*Сергей Стажков, д.т.н., профессор, зав. каф. «Системы приводов, мехатроника и робототехника»
БГТУ «ВОЕНМЕХ» им. Д. Ф. Устинова: «90 лет кафедре «Cистемы приводов, мехатроника и робототехника» на https://controleng.ru/retrospektiva/90-let/?link=1
*https://ru.ruwiki.ru/wiki/Яворский,_Василий_Николаевич
*https://ru.openlist.wiki/Яворский_Василий_Николаевич_(1901)
*Тарбеев Вячеслав. Четвертый спецотдел НКВД СССР — https://historyrussia.org/sobytiya/4-j-spetsotdel-nkvd-sssr.html

ЯВОРСКИЙ, Александр Леопольдович, (1889, Иркутск — 1977, Красноярск), род. в семье чиновника старшего помощника надзирателя 1 округа Костромского акцизного управления коллежского советника потомственного дворянина герба Сас Яворского Леопольда Н.; окончил Красноярскую гимназию (1910) и биологический факультет университета в г. Киеве (1915). В 1925 — 1934 гг. — директор заповедника Красноярские «Столбы».
Характеристику этой разносторонней личности дает Е.А. Иванова в статье «Время глазами неравнодушного человека (по материалам фонда А.Л. Яворского) на сайте «Архивы Красноярского края». Здесь же опубликована его фотография (см. слева). Она пишет:
«Об Александре Леопольдовиче Яворском (1889-1977) сказано и написано уже немало. Ученый-ботаник, преподаватель Красноярского пединститута, сотрудник Государственного музея Приенисейского края, первый директор заповедника «Столбы», педагог, краевед, художник-любитель, самобытный поэт, активный участник движения столбистов… Один из тех влюбленных в свой край красноярцев, чье научное и творческое наследие можно изучать бесконечно, постоянно открывая для себя новые грани его таланта».
Дополнительные сведения приводятся на сайте «Энциклопедия Красноярского края»:
«В сентябре 1937 г. А.Л. Яворский был арестован, а 8 декабря того же года осужден тройкой УНКВД Красноярского края по ст. 17.58-8 и 58-10 УК РСФСР (контрреволюционная деятельность) на десять лет с правом переписки. Наказание он отбывал в Вятлаге (Кировская область), где написал поэму «Столбы». После освобождения в мае 1947 г. Яворский вернулся в Красноярск и работал ботаником в краеведческом музее и лесным техником в учебно-опытном лесничестве при Красноярском лесотехническом институте. В начале 1949 г. его снова арестовали — «за принадлежность к антисоветской террористической организации», и в Красноярск А. Л. Яворский вернулся только в 1954 г. Он был реабилитирован спустя два года, в 1956 г.».
Яворский Александр Леопольдович не только выдающийся историк-краевед, он краевед-поэт. Из «Отчета о книге А.Л. Яворский «Столбы» Николая Истомина:
«Если определить Красноярские Столбы одним словом, то это слово будет — «Свобода».
Если назвать фамилию, которая ассоциируется со словом Столбы, то эта фамилия будет — Яворский. Невозможно отделить Столбы от Яворского и Яворского от Столбов.
Первый директор заповедника «Столбы», первый историк Столбов, первый человек, попытавшийся раскрыть природу столбизма
Этот список можно продолжать и дальше, но главное не в этом. Вряд ли можно найти человека, любившего Столбы столь беззаветно, отдавшего себя «Столбам» без остатка.
Поэму «Столбы» А.Л. Яворский писал в лагере…».
Умер Александр Леопольдович в 1977 году в Красноярске, оставив добрую память по себе.

Судьбы, словно под копирку, выживших в лагерях в годы жестоких репрессий. Среди тех, кто был связан с Красноярским краем, самим Красноярском:
- Яворский Александр Леопольдович: первый директор заповедника «Столбы», его историк;
- Яворский Георгий Эразмович: выдающийся организатор-хозяйственник, политический и партийный деятель;
- Яворский Василий Николаевич: педагог, ученый, доктор технических наук, профессор, главный конструктор систем вооружения.
Они оставались истинными патриотами великой страны до конца своих дней.

Источники:

*Справочник: Личные фонды. Справочник. Архивы Красноярского края. 2001.
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АРХИВ КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ. Фондообразователь <ЯВОРСКИЙ> АЛЕКСАНДР ЛЕОПОЛЬДОВИЧ. Номер фонда Ф.Р-2120. Даты: 1880-1979.
Состав фонда: документы, связанные с биографией А.Л. Яворского: автобиография, воспоминания о детских годах жизни в Енисейске, учебе в прогимназии, свидетельства, аттестат, трудовые книжки, членские билеты, формулярный список о службе старшего помощника надзирателя 1 округа Костромского акцизного управления коллежского советника Л.Н. Яворского (отца), переписка, рисунки, фотографии домов Степанова (ул. Декабристов, 43), где проживала семья Яворских, и Мучника (ул. Маркса, 68), где жил А.Л.< Яворский;
материалы о стоянках столбистов, о директоре Красноярского музея с 1905 г. Н.Я. Тугаринове и его исследованиях и путешествиях, о художнике Д.И. Каратанове, о красноярском ученом-археологе И.Т. Савенкове, об истории создания Центрального парка культуры и отдыха имени А.М. Горького, по истории заповедника "Столбы";
перечень зданий г. Красноярска, различных вновь образованных учреждений, описание других выдающихся событий, имевших место в Красноярске и крае (1925 - 1949 гг.). Всего – 370 ед. хр.
*Архивы Красноярского края на http://красноярские-архивы.рф/
*Энциклопедия Красноярского края на http://my.krskstate.ru/
*Николай Истомин. "Отчет о книге А.Л. Яворский "Столбы" на https://nikolay-istomin.livejournal.com/64265.html

Примечания:
*В документах по личному составу (ЦАМО, pamyat.ru) на Яворского Павла Владимировича в графе «Место призыва» указаны: 1) два РВК: Вязовский РВК Сталинградской обл. — 14.08.1941 год и Анапский РВК Краснодарского края — 15.04.1944 год; 2) в графе «Наименование воинской части»: 349 сд 57 А ЮЗФ; 883 сп 295 сд; 1040 сп 295 сд (I ф); 1040 сп 295 (II ф); 3) дата окончания службы: 28.08.1944.
883 стрелковый полк упоминается в Перечнях воинских объединений, соединений действующей армии: в составе 193 стрелковой дивизии (I и II формирования); в 295 стрелковой дивизии (II формирования) — полк 1038 переименован в 883 сп; 1040 стрелковый полк 295 сд (II ф) — в 884 сп на: https://www.rkkawwii.ru/
**Легендарной 295 стрелковой дивизией в начальный период войны с 01.04.1941 г. до своего тяжелого ранения 01.03.1941 г. и на завершающем этапе с 01.06. 1943 г. по 31.05.1945 г. командовал легендарный командир соединения полковник Герой Советского Союза (награжден 19.03.1944) Дорофеев Александр Петрович, в последующем генерал-майор. «В годы войны А.П. Дорофеев был шесть раз ранен, в том числе трижды — тяжело.
После войны генерал-майор Дорофеев А.П. продолжал службу в Советской Армии на различных командных должностях. В 1954 году он вышел в отставку и проживал в Москве. Активно работал в Военно-научном обществе, проводил большую военно-патриотическую работу среди молодежи.
Скончался А.П. Дорофеев в городе-герое Москве 25 февраля 1971 года, похоронен на Введенском кладбище (участок 29).
Награждён тремя орденами Ленина, тремя орденами Красного Знамени, орденами Кутузова 2-й степени и Отечественной войны 1-й степени, многими медалями»: https://warheroes.ru/
***С.Н. Славин в книге «Секретное оружие третьего рейха», глава Ствол и броня, дает другую информацию. Он пишет: «Главное арт. управление (ГАУ) еще в 1931 году выдало наркоматам «Ориентировочное задание на проектирование железнодорожных установок». 8 февраля 1938 г. Маршал Кулик утвердил ТТТ на «рельсовую 356-мм пушку ТП-1 и 500-мм гаубицу ТГ-1. Проектирование качающейся части обоих орудий поручили Особому техническому бюро УНКВД Ленинградской области, а транспортера — ЦКБ-19, располагавшемуся прямо в знаменитой тюрьме «Кресты». Позже эта «шарага» была переименована в ОКБ-172″.

Яворский, Иван Васильевич, тайный советник, высший чиновник и деятель финансового ведомства, сын Василия Федоровича, внук родоначальника московских дворян Федора Ивановича Яворского. О нем известно, кроме архивных источников (см. Ч. I), из знаменитых автобиографических «Записок» (1743-1812) Гавриила Романовича Державина, где Державин, «бывший статс-секретарь при императрице Екатерине Второй, сенатор и коммерц-коллегии президент, потом при императоре Павле член Верховного Совета и государственный казначей, а при императоре Александре министр юстиции, действительный тайный советник и разных орденов кавалер…», упоминает Яворского в связи со сложившимися личными обстоятельствами. После отставки «по неспособности к военной службе» и обиженный таким заключением графа П.И. Панина Державин перешел в 1777-м в статскую службу, получив в августе место экзекутора в первом департаменте Правительствующего Сената. Иван Васильевич Яворский — его коллега по службе в Сенате, где состоял экзекутором второго департамента, и товарищ. «Личные обстоятельства» — неожиданно вспыхнувшая любовь поэта к дочери бывшего камердинера Петра III Екатерине Яковлевне Бастидон, которой в ту пору еще не было и 17-ти (род. в 1760 году). Яворский был дружен с семьей Якова Леонтьевича Бастидона (к описываемому событию умер) и Матрены Дмитриевны, кормилицы великого князя Павла Петровича. По личной просьбе Державина Яворский принял непосредственное участие в его помолвке. «Приехала мать, и сделали помолвку, но на сговор настоящий еще она не осмелилась решиться без соизволения его высочества наследника великого князя, которого почитала дочери отцом и своим сыном. Чрез несколько дней дала знать, что государь великий князь жениха велел к себе представить. Ласково наедине принял в кабинете мать и зятя, обещав хорошее приданое, как скоро в силах будет. Скоро, по прошествии великого поста, то есть 18 апреля 1778 года, совершен брак…».
Этот брак для Державина оказался счастливым. Как писали биографы, молодая красавица жена стала его близким другом и музой, которую он воспел в стихах под именем Плениры. Вот как это случилось.
«15-го числа сего февраля [1777г.] даны Правительствующему Сенату два указа, из коих одним пожалован он [Г.Р. Державин] в коллежские советники и велено дать ему место по его способности, другим пожаловано ему 300 душ в белорусской губернии, на которые приказано заготовить грамоту и поднести к высочайшему подписанию. Очутясь в статской службе, должно было искать знакомства между знатными людьми, могущими доставить место в оной. Скоро чрез семейство господ Окуневых, из коих старший брат тогда выдал дочь свою за князя Урусова, двоюродного брата генерал-прокурорши княгини Елены Никитишны Вяземской, спознакомился с домом сего сильного вельможи, могущего раздавать статские места, будучи позван к нему на свадебный бал. С сих пор часто у него бывал и проводя с ним дни, забывая время в карточной, тогда бывшей в моде, игре в вист, хотя никогда в ней ни счастливо, ни несчастно играть не умел, но платил всегда проигранные деньги исправно и с веселым духом; потому наиболее, что князь вел игру с малочиновными и небогатыми людьми весьма умеренную. Таковым поступком, всегда благородным и смелым, понравился ему, приобрел его благоволение; при всем том с февраля по август не мог быть никуды помещенным. А как очистилось тогда Сената в первом департаменте екзекуторское место, которое пред тем занимал отец новобрачной, господин Окунев, получа выгоднейшее с чином статского советника, при строении церкви Невского монастыря. Державин, приехав в один день поутру рано на дачу генерал-прокурора, лежащую на взморье близ Екатерингофа, нашел его чешущим волосы и бедную старуху, стоящую у дверей. Подшедши, просил то о помещении на порозжую вакансию. Он, не отвечав ни слова, приказал ему принять от той престарелой женщины бумагу, ею держимую, и, прочетши про себя, сказать ему ее содержание. Он прочел, пересказал, и князь, ваяв у него, ее собственным обозрением поверил, положил пред себя на столик и, на него взглянув, сказал: «Вы получите желаемое вами место», и тот же день, поехав в Сенат, дал о том предложение. Должность ее, по отступлении от инструкции Петра Великого, хотя была тогда уже не весьма важная, однако довольно видная. Отправляя ее, скоро приобрел он знакомство всех господ сенаторов и значуших людей в сем карьере, а особливо бывая всякой день в доме генерала прокурора. Княгиня собственною своею персоною была благосклонна, и мысли ее были выдать за него в замужество сестру свою двоюродную княжну Катерину Сергеевну Урусову, славную стихотворицу того времени, так что об этом ему некоторые ближние к ней люди и говорили; но он, имея прежние связи, отшутился от сего предложения, сказав, что она пишет стихи, да и я мараю, то мы все забудем, что и щей сварить некому будет. Словом, он был некоторого рода любимцем сего весьма уважаемого дома. С князем по вечерам для забавы иногда играл в карты; а иногда читал ему книги, большею частию романы, за которыми нередко и чтец и слушатель дремали. Для княгини писал стихи похвальные в честь ее супруга, хотя насчет ее страсти и привязанности к нему не весьма справедливые, ибо они знали модное искусство давать друг другу свободу.
В сем году, около масленицы, случилось с ним несколько сначала забавное приключение, но после важное, которое переменило его жизнь. Меньший из братьев Окуневых поссорился, быв на конском бегу, с вышеупомянутым Александром Васильевичем Храповицким, бывшим тогда при генерале прокуроре сенатским обер-прокурором в великой силе. Они ударили друг друга хлыстиками и, наговорив множество грубых слов, решились ссору свою удовлетворить поединком. Окунев, прискакав к Державину, просил его быть с его стороны секундантом, говоря, что от Храповицкого будет служивший тогда в Сенате секретарем, что ныне директор Дворянского банка, действительный статский советник Александр Семенович Хвостов. Что делать? С одной стороны, короткая приязнь препятствовала от сего посредничества отказаться, с другой — соперничество против любимца главного своего начальника, к которому едва только стал входить в милость, ввергало его в сильное недоумение. Дал слово Окуневу с тем, что ежели обер-прокурор первого департамента, Резанов, у которого он в непосредственной состоял команде, который тоже был любимец генерала-прокурора и сей, как Державин, по некоторым связям в короткой приязни, не попротивуречит сему посредничеству; а ежели сей того не одобрит, то он уговорит друга, своего вышеупомянутого Гасвицкого, который был тогда уже майором.
С таковым предприятием поехал он тотчас к господину Резанову, его не нашел дома: сказали, что он обедает у господина Тредияковского, бывшего тогда старшего члена герольдии, который по сей части был весьма значущий человек. Хотя сей жил на Васильевском острову, но он и туда поехал. Уже был вечер. При самом входе в покой встречается с ним бывшая кормилица великого князя Павла Петровича, который был после императором, г-жа Бастидонова с дочерью своею девицею лет 17-ти, поразительной для него красоты, а как он ее видел в первый раз в доме господина Козодавлева, служившего тогда во втором Сената департаменте екзекутором же, смотревшего с ним вместе на Литейной шествие духовной процессии в Невской монастырь, бываемой ежегодно августа 8-го дня в день Александра Невского: тогда она уже ему понравилась, но только примечал некоторую бледность в лице, а потом в другой раз в театре неожиданно она его изумила; то тут в третий раз, когда она остановилась в передней с матерью, ожидая, когда подадут карету, не вытерпел уже он и сказал разговаривавшему с ним Резанову о том, за чем приехал, что он на сей девушке, когда она пойдет за него, женится. Сей засмеялся, сочтя таковую скорую решительность за шутку.
Разговор кончился; матерь с дочерью уехали, но последняя осталась неизгладимою в сердце. Хотя дуэль, по несысканию Гасвицкого, осталась на его ответе, должно было выехать в Екатерингоф на другой день в назначенном часу. Когда шли в лес с секундантами соперники, то последние, не будучи отважными забияками, скоро примирены были первыми без кровопролития; и когда враги между собою целовались, то Хвостов сказал, что должно было хотя немножко поцарапаться, дабы не было стыдно. Державин отвечал, что никакого в том стыда, когда без бою помирились. Хвостов спорил, и слово за слово дошло было у посредников до драки: обнажили шпаги и стали в позитуру, будучи по пояс в снегу; но тут приехал опрометью вышедший только из бани, разгневший, как пламенный, Гасвицкой с разного рода орудиями: с палашами, саблями, тесаками и проч. бросившись между рыцарей, отважно пресек битву, едва ли быть могущую тоже смертоносною. Тут зашли в трактир, выпили по чашке чаю, а охотники пуншу, кончили страшную войну с обоюдным триумфом. И как среди бурного сего происшествия не вышла красавица из памяти у Державина, то, поехав с Гасвицким домой, открылся ему дорогою о любви своей и просил его быть между собою уже и победительницею его посредником; то есть на другой день в объявленной при дворе маскераде, закрывшись масками, вместе с ним поискать девицу, которая ему нравится, и беспристрастными дружескими глазами ее посмотреть. Так и сделали. Любовник тотчас увидел и с восторгом громко воскликнул: «Вот она!»; так, что мать и дочь на них пристально посмотрели. Во весь маскерад, следуя но пятам за ними, примечали поведение особливо молодой красавицы и с кем она и как обращается. Увидели знакомство степенное и поступь девушки во всяком случае скромною и благородною, так что при малейшем пристальном на нее незнакомом взгляде лице ее покрывалось милою, розовою стыдливостью. Вздохи уже из груди вырывались у влюбившегося экзекутора; а его товарищ, человек простой, впрочем умный и прямодушный, их одобрил. За чем дело стало? Державин уже имел некоторое состояние, как-то: государынею пожалованные 300 душ; и дело о беззаконном залоге Масловым-отцом сыновнего имения, по поручителей просьбе и старанию в Сенате, а паче по покровительству генерал-прокурора, решено таким образом, что выкуплено из казны от коммерческого залога: велено в удовлетворение истцов продать с публичного торга, по которому и досталось покупкою Державину, а он скупил претензии протчих, и заменя свою, внес все обязательства вместо наличных денег, и сына Маслова деревни в Рязанской губернии в Михайловском уезде, село Никольское с деревнею, из коих выключи отцу на 7-ю часть, остальных получил 300 душ. И как составилось за ним с материнскими и отцовскими и на его имя в Москве купленными около 1000 душ, то и взял он намерение порядочным жить домом, а потому и решился твердо в мыслях своих жениться. Вследствие чего и рассказал, будто шуткою, своим приятелям, что он влюблен, называя избранную им невесту ее именем. В первый день после маскерада, то есть в понедельник на первой неделе великого поста, обедая у генерал-прокурора, зашла речь за столом о волокитствах, бываемых во время карнавала, а особливо в маскерадах; Александр Семенович Хвостов вынес на него прошедшего дня шашни. Князь спросил, правда ли то, что про него говорят. Он сказал: «Правда».— «Кто такая красавица, которая столь скоропостижно пленила?» Он назвал фамилию.
Петр Иванович Кирилов, действительный статский советник, правящий тогда Ассигнационным банком, обедав вместе, слышал сей шутливый разговор, и когда встали из-за стола, то отведши на сторону любовника: «Слушай, братец, нехорошо шутить на счет честного семейства. Сей дом мне коротко знаком; покойный отец девушки, о коей речь идет, мне был друг, он был любимый камердинер императора Петра III, и она воспитывалась вместе с великим князем Павлом Петровичем, которого и называется молочною сестрою, да и мать ее тоже мне приятельница; то шутить при мне на счет сей девицы я тебе не позволю».— «Да я не шучу. — ответствовал Державин. — я поистине смертельно влюблен». — «Когда так, — сказал Кирилов.— что ты хочешь делать?» — «Искать знакомства и свататься». — «Я тебе могу сим служить». А потому и положили на другой же день ввечеру, будто ненарочно, заехать в дом Бастидоновой, что и исполнено. Кирилов, приехав, рекомендовал приятеля, сказав, что, проезжая мимо, захотелось ему напиться чаю; то он и упросил, показывая на приехавшего войти к ним с собою. По обыкновенных учтивостях сели и, дожидаясь чаю, вступили в общий, общежитейский разговор, в который иногда, с великою скромностию, вмешивалась и красавица, вязав чулок. Любовник жадными очами пожирал все приятности, его обворожившие, и осматривал комнату, прибор, одежду и весь быт хозяев. Между тем как девка, встретившая их в сенях с сальною свечою в медном подсвечнике, с босыми ногами, тут уже подносила им чай, делал примечания свои на образ мыслей матери и дочери, на опрятство и чистоту в платье, особливо последней, и заключил, что, хотя они люди простые и небогатые, но честные и благочестивые и хороших нравов и поведения; а притом дочь не без ума и не без ловкости, приятная в обращении, а потому она и не по одному прелестному виду, но и но здравому рассуждению ему понравилась, а более еще тем, что сидела за работою и не была ни минуты праздною, как другие ее сестры непрестанно говорят и хохочут, кого-либо пересуживают, желая показать остроту свою и уменье жить в большом свете. Словом, он думал, что ежели на ней женится, то будет счастливым. Посидев таким образом часа два, поехали домой, прося позволения и впредь к ним быть въезжу новому знакомому. Дорогою спросил Кирилов Державина о расположении его сердца. Он подтвердил страсть свою и просил убедительно сделать настоятельное предложение матери и дочери. Он на другой же день то исполнил. Мать с первого раза не могла решиться, а просила несколько дней сроку, по обыкновению расспросить о женихе у своих приятелей. Экзекутор второго департамента Сената, Иван Васильевич Яворской был также короткий приятель дому Бастидоновых. Жених, увидясь с ним в сем правительстве, просил и его подкрепить свое предложение, от которого и получил обещание: а между тем как мать расспрашивала, Яворский сбирался со своей стороны ехать к матери и дочери, дабы уговорить их на согласие. Жених, проезжая мимо их дому, увидел под окошком сидящую невесту и, имея позволение навещать их, решился заехать. Вошедши в комнату, нашел ее одну, хотел узнать собственно ее мысли в рассуждении его, почитая для себя недостаточным пользоваться одним согласием матери. А для того, подошедши, поцеловал по обыкновению руку и сел подле нее. Потом, не упуская времени, спросил, известна ли она чрез Кирилова о искании его? Матушка ей сказывала, она отвечала. «Что она думает?» — «От нее зависит». — «Но ежели от вас, могу ли я надеяться?» — «Вы мне не противны». — сказала красавица вполголоса, закрасневшись. Тогда жених, бросясь на колена, целовал ее руку. Между тем Яворский входит в двери, удивляется и говорит: «Ба, ба! И без меня дело обошлось! Где матушка?» — «Она,— отвечала невеста,— поехала разведать о Гавриле Романовиче».— «О чем разведывать, я его знаю, да и вы, как вижу, решились в его пользу, то, кажется, дело и сделано». Приехала мать, и сделали помолвку, но на сговор настоящий еще она не осмелилась решиться без соизволения его высочества наследника великого князя, которого почитала дочери отцом и своим сыном. Чрез несколько дней дала знать, что государь великий князь жениха велел к себе представить. Ласково наедине принял в кабинете мать и зятя, обещав хорошее приданое, как скоро в силах будет. Скоро, по прошествии великого поста, то есть 18 апреля 1778 года, совершен брак…».
В счастливом браке они прожили почти 16 лет. Умерла Екатерина Яковлевна Державина (ур. Бастидон) совсем молодой в возрасте 34 лет 15 апреля 1794 года от последствий перенесенной тяжелой лихорадки. Погребена в уголке среди лиц, причастных к литературе, в Александро-Невской лавре С.-Петербурга на Лазаревское кладбище. Гавриил Романович Державин «в память любезной и добродетельной супруги» написал в надгробной эпитафии:
Где добродетель? Где краса?
Кто мне следы ее приметит?
Увы! Здесь дверь на небеса…
Сокрылась в ней — да солнце встретит!

Источники:
«Сайт о Яворских»: Яворский Иван Васильевич, тайный советник (герб рода Яворских). Ч.I
Г.Р. Державин. Записки (1743-1812) М.: Мысль, 2000. С.82-86.
М.И. Пыляев. Старый Петербург. Рассказы из былой жизни столицы. СПб.: «Паритет», 2010. С. 54.
Месяцесловы с росписью чиновных особ в государстве, на лето… 1776 — 1796.

Вверху слева изображения супругов Екатерины Яковлевны Державиной (Бастидон) и Гавриила Романовича Державина

Биография и послужной список гр. Блудова Дмитрия Николаевича, сына помещика Владимирской губ. (род. имение Романовка) Николая Яковлевича Блудова и Екатерины Ермолаевны, ур. Тишининой:
«Блудов, Дмитрий Николаевич, граф — государственный деятель (1785 — 1864). Происходил из очень старого дворянского рода. Под руководством матери — женщины выдающегося ума, энергии и высоких нравственных качеств, Блудов получил прекрасное домашнее образование. В 1800 г. Блудов поступил на службу под начальство Бантыш-Каменского в Московский архив коллегии иностранных дел, где вращался среди «архивных юношей», спасавшихся от общей дворянской карьеры — военной службы; из них Блудов особенно сошелся с Дашковым, а через него познакомился и впоследствии подружился с Жуковским. По восшествии на престол императора Александра I Блудов перешел на службу в Петербург, в коллегию иностранных дел. Вместе с лучшей частью петербургской молодежи он увлекался либеральным направлением молодого императора и приветствовал предполагаемые реформы. В 1807 г. Блудов получил первое дипломатическое поручение в Голландию к королю Людовику Бонапарту. В 1810 г. Блудов был назначен правителем дипломатической канцелярии графа Каменского, командовавшего Дунайской армией в Турецкую войну. Позднее он занимал дипломатические должности в Стокгольме и в Лондоне. Граф Каподистрия дал Блудову поручение знакомить иностранную печать с настоящим положением дел в России и через английские газеты защищать нашу политику от нападок заграничной прессы. Блудов стал горячим поклонником Каподистрии и его политической системы: он разделял его отрицательное отношение к Священному Союзу и к Меттерниху, не верил австрийской дружбе, видел в Австрии нашего естественного соперника во влиянии на балканские дела. Вместе с русским общественным мнением Блудов стоял за вмешательство России в борьбу Греции против Турции. Каподистрия называл Блудова «перлом русских дипломатов». По возвращении из Англии, Блудов работал над переводом и изданием «Документов для истории дипломатических сношений России с западными державами 1814 — 1822 годов». В этой работе ему приходилось впервые разрабатывать русский дипломатический язык. С отставкой Каподистрии кончилась дипломатическая карьера Блудова. В 1825 г. император Николай I , по указанию Карамзина , назначил Блудова делопроизводителем верховной следственной комиссии по делу 14 декабря. Для Блудова это была нелегкая задача, так как многие из декабристов были ему хорошо знакомы. Составленный им «доклад о тайных политических обществах» послужил материалом для приговора верховного суда. Эта работа Блудова вызвала любопытную литературную полемику: декабрист-эмигрант Николай Тургенев , в книге «La Russie et les russes», резко порицает Блудова за преступное легкомыслие и юридические промахи доклада. Прежде чем напечатать свою книгу о России, Тургенев послал Блудову выдержки из нее, прося в письме опровергнуть обвинения или, во всяком случае, объясниться. Блудов оставил это письмо без ответа. Уже по смерти Блудова его друг и биограф, Егор Ковалевский , выступил в защиту памяти Блудова от этих нападок. Тургенев напечатал свои «Ответы» на книгу Ковалевского, в которых с новой силой повторяет свое обвинение. По окончании дела о декабристах Блудов был назначен статс-секретарем и товарищем министра народного просвещения. В 1827 г. им был составлен указ о непринятии детей крепостных крестьян в учебные заведения. В 1828 г. министром народного просвещения (на место Шишкова) был назначен граф Ливен, и главное управление делами иностранных вероисповеданий перешло к его товарищу Блудову. В этой новой должности Блудов, по указанию государя, сблизился с Иосифом Семашко и вместе с ним подготовлял воссоединение униатов с православной церковью. С 1832 г. Блудов управлял министерством внутренних дел, в 1837 г. назначен министром юстиции, в 1839 г. — главноуправляющим II отделения Собственной Его Величества канцелярии, членом государственного совета и председателем департамента законов. В 1842 г. ему пожаловано графское достоинство. Под редакцией Блудова II отделение выпустило два издания Свода Законов (1842 и 1857 годов). В 1845 г. обнародовано составленное II отделением «Уложение о наказаниях». В своем стремлении к преобразованию гражданского судопроизводства Блудов встретил упорное сопротивление со стороны министра юстиции, Панина , державшегося «исторически испытанной практики». С новым царствованием 70-летний Блудов, верный сотрудник Николая I, поддался новому преобразовательному направлению правительства. В 1857 г. были составлены проекты новых судебных уставов, уголовного и гражданского, и устава судоустройства, но после освобождения крестьян судебная реформа была поставлена шире и передана в другие руки. С 1857 г. Блудов участвовал в подготовке крестьянской реформы. В 1859 г. он выступал против усиления цензурных строгостей, высказываясь против «стеснения умственного развития страны». В 1861 — 1862 г. Блудов председательствовал в государственном совете и комитете министров. В государственной деятельности Блудова трудно указать на одно, раз принятое направление. Он всегда отдавался господствующему настроению и изменял свои взгляды согласно видам правительства. Он был на службе всегда лишь честным и талантливым исполнителем верховной воли. В юности Блудов принимал живое участие в литературном движении начала XIX в. Знаменитый «Арзамас» получил свое название от сатирической статьи Блудова «Видение в Арзамасе». В шутливом «Парнасском адресе-календаре» Воейкова Блудов обозначен как «государственный секретарь бога Вкуса при отделении хороших сочинений от бессмысленных и клеймлении последних печатью отвержения». Почти все главные художественные произведения той эпохи читались в доме Блудова еще в рукописях. Вяземский в своем послании так приветствует Блудова: «Ты друг и брат певца Людмилы, ты другом был Карамзина». Во имя этой старой дружбы, Блудов издал последний, неоконченный том «Истории» Карамзина и заведовал изданием посмертных стихотворений Жуковского. Всецело отдавшись государственной службе, Блудов не имел досуга для литературного труда. От него осталось лишь несколько исторических заметок (по поручению императора Николая он разрабатывал некоторые архивные документы) и брошюра «Последние часы жизни императора Николая I». Блудов считался в свое время превосходным стилистом; ему часто поручалось составление манифестов. В 1855 г. он был назначен президентом Академии Наук и сохранил эту должность до самой своей смерти. — См. Ковалевский, «Блудов и его время»; «Записки гр. Антонины Дмитриевны Блудовой» («Русский Архив», 1872 — 1875); Записки Вигеля ; Дылевский, «Иосиф Семашко»; Tourgueneff, «La Russie et les russes» и «Ответы на IX главу книги Ковалевского и на статью «Русского Инвалида»; «Речь президента Академии Наук в заседании 23 декабря 1855 г.»; «Торжественное собрание Академии Наук 29 декабря 1864 г.»; Б. Джаншиев, «Эпоха великих реформ»; его же, «Эпоха и судебная реформа»; «Русский биографический словарь». Л. Щукарева».
Дети гр. Блудова Дмитрия Николаевича и гр. Анны Андреевны Блудовой (ур. Щербатовой), внуки кн. Андрея Николаевича Щербатова и кнг. Антонины Воиновны (Васильевны) Щербатовой (ур. Яворской), XXVIII кол.:
- гр. Антонина Дмитриевна Блудова (1813-1891), фрейлина императрицы Александры Федоровны (жены Николая I), камер-фрейлина с 1863 г. императрицы Марии Александровны (жены Александра II), благотворительница, писательница, мемуаристка. «Почетную известность приобрела она благотворительною и просветительною деятельностью. Вполне сочувствуя мыслям своего отца о необходимости умножить число общеобразовательных школ в России, графиня Блудова решилась добрым примером способствовать пробуждению частной инициативы в деле устройства училищ. Местом своей деятельности она избрала гор. Острог, Волынской губ., и организовала Кирилло-Мефодиевское Острожское братство, устав которого был утвержден в марте 1865 г. В том же году братство открыло начальную школу и приготовительное женское училище, а в 1866 г. открыт был первый класс женского высшего училища имени гр. Д. Н. Блудова»⁷. Замужем не была, умерла в Москве, похоронена в Ново-девичьем монастыре, могила не сохранилась;
- гр. Лидия Дмитриевна Блудова(1815-1882), замужем за Е.И. Шевичем, полковником в отставке;
- гр. Андрей Дмитриевич Блудов (1817-1885), тайный советник, камергер, чрезвычайный посланник в Греции, Саксонии, Бельгии, его жена ганноверская подданная, гр-ня Елена Карловна фон Альтен (1830-1890);
- гр. Вадим Дмитриевич Блудов (1819-1902), с 1861 чиновник особых поручений при Азиатском департаменте (его имя связано с балладой «Вадим» Жуковского, посвятившего ее отцу, Д.Н. Блудову);
- гр. Владимир Дмитриевич Блудов.

Источники:
¹История родов русского дворянства. В 2-х томах. СПб, 1886. Составил почетный вольный общник Императорской академии художеств [и действительный член Императорского русского археологического общества] П.Н. Петров. Переиздание: Великие российские династии. Изд. «ИЛЛЮСТР. ЭНЦИКЛ. РУССКИЙ МИР». М., 2008. С. 295.
²Там же. С. 302.
³И.М. Долгоруков. Капище моего сердца или Словарь всех тех лиц с коими я был в разных отношениях в течение моей жизни. М.: Наука. 1977. С. 221-223.
В. Федорченко. Императорский дом. Выдающиеся сановники. В двух томах. — Красноярск: БОНУС; ОЛМА-ПРЕСС, 2003. Т.I. Ст.БЛУДОВ Дмитрий Николаевич. С. 135-137.
*Месяцеслов с росписью чиновных особ или общий штат Российской империи на 1837. Часть первая. С. 44 и
Адрес-Календарь. Общая роспись начальствующих и должностных лиц по всем управлениям в империи и по главным управлениям в Царстве Польском и в Великом княжестве Финляндском на 1866-1867 год. Часть I. С. 29.
**Месяцесловы с росписью чиновных особ или общий штат Российской империи на 1806, часть первая, с. 17; на 1809, часть первая и на 1810, часть первая, с. 22.
***Месяцесловы с росписью… на 1809, часть первая, на 1810, часть первая, с. 23; на 1815, часть первая.
⁴Инна Соболева. Утраченный Петербург. — СПб.: Питер, 2013. С. 157-158.
⁵Головина В.Н. Мемуары. М., Издательство АСТРЕЛЬ «ЛЮКС». 2005. С.169. Примечания. С.429.
⁶Инна Соболева. Утраченный Петербург. — СПб.: Питер, 2013. С. 147, 157-158.
Высшие чины Российской Империи (22.10.1721-2.03.1917): библиографический словарь: в 4-х томах/сост. Е.А. Потемкин. Т.I(А-Г), С. 217-218; Т.IV.(C-Я), С. 578-579 — 2019. М.:Б.и.: на сайте РГБ.
Саитов Владимир Иванович. Петербургский Некрополь: Т. 1-4/Изд. Вел.кн. Николай Михайлович. СПб.: Тип. М.М. Стасюлевича, 1912-1913. Т. 4. С. 623-624.
https//vladimirtan.livejournal.com/379937.html
⁷Русский Биографический словарь А.А. Половцова. СПб. 1908. Т.3. Бетанкур-Бякстер.
Биография.ру http://www.biografija.ru/show_bio.aspx?id=138857
Биографическая статья «Блудов Дмитрий Николаевич» — сайт: РУССКИЙ БИОГРАФИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ. СЕТЕВАЯ ВЕРСИЯ: http://www.rulex.ru/brbs.htm
База знаний по генеалогии и смежным темам http://baza.vgd.ru/

Примечание:
****Екатерина и Анна Лопухины, дочери П.В. Лопухина (1741-1827) от А.И. Левшиной; кнж. Анна Петровна Лопухина (8.11.1777 — 23.04.1805) — камер-фрейлина, фаворитка Павла I, впоследствии вышла замуж за кн. Павла Гавриловича Гагарина (18.01.1777 — 2.04.1805), генерал-адъютанта Александра I

Изображения:
Мниатюра: кнг. Антонина Войновна Щербатова (ур. Яворская). Неизв. художник, кон. XVIII века. Частная кол. Vk.com. Анна Кац.
Герб рода князей Щербатовых, внесен в «Общий Гербовник», ч.I, №8 и портрет А.А. Блудовой (дочь А.В. Яворской и А.Н. Щербатова), неизв. худ., — П.Н. Петров. «Великие российские династии» (стр. 294 и 302).
Сестры Антонина Дмитриевна и Лидия Дмитриевна Блудовы., дети гр. Блудова Дмитрия Николаевича и гр. Анны Андреевны Блудовой (ур. Щербатовой), внучки кн. Андрея Николаевича Щербатова и кнг. Антонины Воиновны (Васильевны) Щербатовой (ур. Яворской). Худ. П.П. Соколов, 1843. Акварель.

ЯВОРСКИЙ, Федор Иванович, сын Ивана Яворского из старинного известного с 1431 г. галицкого шляхетского рода Яворских герба Сас и Евфимии N. После Андрусовского договора семья переселилась в с. Красиловку, неподалеку от г. Нежин. Из Красиловки переехал в Москву, был «у домовых дел» брата Стефана Яворского, митрополита Рязанского и Муромского, блюстителя патриаршего престола. В 1702 году получил российское дворянство и «Герб рода Яворских», став родоначальником московских дворян. По указу царя Яворского Федора Ивановича «велено было писать по Московскому списку». В царской жалованной Грамоте на имя м. Стефана Яворского от 7 февраля 1702 года сказано: «От Великого государя царя и Великого князя Петра Алексеевича всея Великия и Малыя и Белыя России самодержца, богомольцу Нашему преосвященному Стефану митрополиту Рязанскому и Муромскому, по Нашему Великого государя указу домовых твоих дел Федор Иванов сын Яворской по его челобитью написан по московскому списку и учинено ему Нашего Великого государя жалованья оклад вновь поместной пятьсот четвертей*, денег двадцать рублей, а у домовых дел велено ему быть по-прежнему…».
При каждой епархии в помощь преосвященным существовали местные административно-судебные учреждения, называвшиеся по-разному, чаще всего — архиерейскими домами или духовными приказами, приказами духовных дел, домовыми архиерейскими конторами, то дикастериями или консисториями. Находясь под властью архиерея, ими управляли т.н. судьи или управители. «На обязанности архиерейских домов лежали как духовные дела в собственном смысле, так и заведование вотчинами и сборами по епархиям, в пределах архиерейской власти»**.
Род Яворских занесен во второй том утвержденного в 1798 году «Общего Гербовника дворянских родов Всероссийской Империи» и «Родословную книгу Дворянского Депутатского собрания Московской губернии», VI-ю часть. В описательной части герба сказано: «Рода Яворских, как Российская История показывает, Стефан Яворский Митрополит Рязанский и Муромский в Царствование Государя Императора ПЕТРА ВЕЛИКАГО, Святейшаго Правительствующаго Синода Президентом, стяжал имени и роду своему славу трудами и подвигами, подъятыми в важнейших случаях и делах на пользу отечества. Федор Иванович сын Яворский написан был по Московскому списку и учинен ему в 1702-м году поместной оклад. Потомки его равным образом за службы жалованы от Государей чинами и другими знаками Монарших милостей. Все сие доказывается сверх Российской Истории, копиею с жалованной Грамоты».
До введения Петром I «Табели о рангах всех чинов военных, статских и придворных» 24 января 1722 г. дворяне России, — по существу царские чиновные люди, составлявшие «служилый класс», — делились «по чести» ориентировочно на восемь степеней: 1-я высшая степень состояла из бояр а) государевых, б) удельных князей, в) патриарших и новгородских бояр, когда Новгород пользовался данными ему преимуществами; 2-ю степень составляли окольничьи; 3-ю степень — думные дворяне; 4-ю степень — стольники; 5-ю степень — стряпчие; 6-ю степень — дворяне (до 1785 года «особый чин, а не звание»). Последние разделялись на московских и городовых (уездных): «Московские, будучи ближе к особе царя, первые выступали с ним в поход, и потому им дано было преимущество против городовых, которые жаловались в московские, как в чин…» (И.К. Кондратьев)***. Московские дворяне употреблялись в должности воевод и наместников, они же бывали посланниками, призывались в полки. «Должность их: по нарядам бывать на службе и у дел и на воеводствах как и столники» (В.А. Евреинов)****. Число их было невелико: к концу XVI в. около 200 чел., в списке московских дворян 1686 г. числилось 1893 чел. 7-ю степень составляли жильцы — своеобразное охранное войско Москвы, в 1711 г. из последних оставшихся 300 чел. Петр I укомплектовал свои гвардейские полки, 8-ю степень — дети боярские.
Служил Федор Иванович Яворский вице-президентом Духовных дел*****. Был женат на Марье Алексеевне (род. в 1657 г.), во втором браке Шидловская; умерла 2 февраля 1753 года в возрасте 96 лет; «погребена вместе с фамилией ее первого мужа, духовных дел вице-президента Федора Ивановича Яворского» (Надгробные надписи, находящиеся в Никитском Московском девичьем монастыре — Древн. Росс. Вивлиофика, изданная Николаем Новиковым, изд. 2-е, ч. XIX. Москва, 1791, стр. 373)****** Из детей известен сын Василий.

Примечания:
*В системе мер России XVIII века одна четверть (четь) земельной площади равнялась 0,5 десятины. Десятина в МС = 1,09 га. Для выдачи хлебного жалования одна четверть (четь) в МС = 209, 66 л сыпучих тел: зерна, круп или муки.

Яворская, Марья Алексеевна, во втором браке Шидловская (1657 — 2 февраля 1753), после кончины Федора Ивановича Яворского вышла замуж за генерал-майора Шидловского, Федора Владимировича, сына сотника Московских стрельцов Шилова. Из описания герба рода Шидловских следует: «Фамилия Шидловских происходит из древнего Польского шляхетства. Козма Васильевич Шилов в 1535 году выехал из Польши в Россию и от Великого Князя Василия Ивановича пожалован вотчинами». Фамилия Шидловский — с 1705 года. Из статьи Григория Соколова на akademik.ru (Половцов): Шидловский, Федор Владимирович — «стольник и полковник Изюмский в 1694 г., затем бригадир над Харьковским и Изюмским полками, с 1709 г. генерал-майор над четырьмя слободскими полками. <...> Слободские полки при вторжении шведов в Малороссию не поддавались проискам Мазепы и Орлика, оставались верны государю и принимали деятельное участие в военных действиях против Карла XII. Под начальством Ш[идловского] Харьковский и Изюмский полки принимают участие в Полтавской битве. Петр I, именным указом, данным 9 июня 1709 г. в обозе под Полтавой, «за вечно радетельные службы, а особливо в нынешней Северной войне», произвел Ш[идловского] в генерал-майоры над всеми слободскими полками…
Умер Ф.В. Шидловский ок. 1719 года, Марья Алексеевна пережила второго мужа более чем на 30 лет — умерла 96 лет в Москве, 2 февраля 1753 г. Погребена в Никитском Московском девичьем монастыре.
Картинка: Род Шидловских внесен в Общий Гербовник дворянских родов Всероссийской Империи, Ч.V, с. 46 (утв. 22 октября 1800 г.).

Источники:
«Общий Гербовник дворянских родов Всероссийской империи». Ч. II, с. 133; Ч. V, с. 46.
Московское дворянство: алфавитный список дворянских родов с кратким указанием важнейших документов, находящихся в родословных делах Архива Московского дворянского депутатского собрания. — М., 1910. C. 508
Бобринский А.А. Дворянские роды, внесенные в Общий Гербовник Всероссийской Империи : [В 2-х т.]. Ч. 2: (От начала XVII стол. до 1885 года) — СПб., 1890. С. 445.
Поколенное родословие рода Яворских, ЦИАМ, Ф.4, оп.14, д.2178, л.3.
Родословная и доказательства о дворянстве рода Яворских, РГИА, ф.1343, оп.51, д.276, л.4.
Жалованная Грамота царя Петра Алексеевича на имя Стефана Яворского от 7 февраля 1702 года о написании Яворского Федора Ивановича по московскому списку (выше приводится фрагмент копии).
**Вступление к «Описанию документов и дел, хранящихся в архиве Священного Правительствующего Синода». Т. II. Ч. I (1722). СПб., 1879.
***И.К. Кондратьев. Седая старина Москвы. М., 1893. С. 386-388.
****В.А.Евреинов. Гражданское чинопроизводство в России. СПб., 1888. Приложение №2. С. 97.
*****Дворянский календарь. Тетрадь 6. СПб., 1999. С. 97.
******Великий князь Николай Михайлович. Московский Некрополь. Т.3. С-Пб. Тип. М.М. Стасюлевича. !908. С.353.

Яворский Василий Федорович (герб рода Яворских)

Яворский, Василий Федорович, из дворян «Герба рода Яворских», сын родоначальника московских дворян вице-президента Духовных дел Яворского Федора Ивановича и Марьи Алексеевны (во втором браке Шидловская). Семья жила в Москве. Благодаря усилиям матери и при поддержке дяди, митрополита Стефана Яворского, получил хорошее домашнее воспитание и достойное образование (вероятно, в Славяно-греко-латинской академии, где прошли под влиянием Стефана Яворского серьезные преобразования — стали изучать латинский и современные иностранные языки, в том числе немецкий). В 1725 году Василий Яворский в Санкт-Петербурге, при Императорской Академии наук. Об этом известно из следующего официального документа: приказного письма тайного советника и кабинет-секретаря (1722-1727) Макарова Алексея Васильевича первому президенту Императорской Академии наук и художеств Блюментросту Лаврентию Лаврентьевичу, доктору медицины, лейб-медику покойного Петра I:
«Благородный господин лейб-медикус!*
Сего ноября в пятый день, в кабинет Ея И.[Императорского] В.[Величества]** поданным своим доношением, Василий Яворский объявил, что обучился он латинскому и немецкому языкам, и отчасти гистории и географии, и желает быть в службе Ея В[еличества]. И онаго извольте принять в свою протекцию, и со временем, по совету с профессорами, определить его к делу, к чему за способнее изволите с ними разсудить.
Слуга ваш Алексей Макаров».
Как следует из письма и проекта положения об Академии наук, университете и гимназии при ней, где бы «учились языкам, также протчим наукам и знатным художествам и переводили б книги», ему предполагалась преподавательская или переводческая деятельность в соответствии с полученными знаниями.
Василий Федорович был женат, имел сына Ивана, будущего тайного советника, крупного чиновника Финансового ведомства.

Историческая справка:
В январе 1724 г. Петр I подписал в Сенате «Определение об Академии» и рассмотрел составленный по его указанию и представленный ему Л.Л. Блюментростом проект положения об Академии наук и университете при ней. На заседании Сената 22 января присутствовали государственные деятели: Ф.М. Апраксин, Г.И. Головкин, А.Д. Меншиков, П.И. Ягужинский и др. 28 января 1724 г. вышел именной указ об учреждении Академии наук, извещавший, что Петр I «указал учинить Академию, в которой бы учились языкам, также протчим наукам и знатным художествам и переводили б книги». Петр I умер, не успев утвердить положение об Академии, — два десятилетия руководствовались «Проектом положения об учреждении Академии наук и художеств» с его правками. Согласно этому положению Академия являлась научным учреждением с состоящими при ней учебными заведениями — гимназией и университетом. «Мысль Лейбница о существовании наряду с Академией связанных с ней университета и школ, — поясняется в примечаниях к тексту «Уставов» с ссылкой на «Сборник писем и мемуаров Лейбница, относящихся к России и к Петру Великому», изд. в СПб. в 1873, — применена Петром I к самой Академии». Только 24 июля 1747 г. Елизаветой Петровной был утвержден первый устав или «Регламент императорской Академии наук и художеств в Санкт-Петербурге» (Уставы Академии наук СССР. М. 1975).

Источники:
Московское дворянство: алфавитный список дворянских родов с кратким указанием важнейших документов, находящихся в родословных делах Архива Московского дворянского депутатского собрания. — М., 1910. C. 508
Материалы для истории Императорской Академии Наук. Том первый (1716-1730). СПБ. Типография Императорской Академии Наук. С. 156. (В «Материалах…» ссылка на Книгу № 643. Журнал входящим определениям и дополнениям 1725 года. Архив бывшей Канцелярии Академии Наук).
220 лет Академии Наук СССР. М.-Л. 1945.
Уставы Академии наук СССР (1724-1974). Издательство «Наука»: М. 1975.
Поколенное родословие рода Яворских, ЦИАМ, Ф.4, оп.14, д.2178, л.3.
Родословная и доказательства о дворянстве рода Яворских, РГИА, ф.1343, оп.51, д.276, л.4.

Примечания:
*Лейб-медикус — Блюментрост Лаврентий Лаврентьевич (Laurent Blumentrost) (1692-1755), первый президент Российской Академии Наук, действительный статский советник. В числе первых академиков, вступивших в Академию в период ее учреждения (до 1728 года): с 1725 г. Даниил Бернулли (1700-1782); с 1727 г. Людовик Далиль де-ла Кройер (ум.в 1741); с 1727 г. Леонард Эйлер (1707-1783); с 1728 г. Иоган-Георг Гмелин (1709-1755); Бильфингер Георг Бернгард (1693-1750); Георг Вольфганг Крафт (1701-1754); Христиан Вольф (1679-1754), первый почетный член академии наук, наставник Ломоносова в Марбургском университете. До открытия Академии Петр I не дожил, 2 ноября 1725 года состоялось первое научное собрание академиков, а 27 декабря того же года произошло первое торжественное заседание Академии Наук (220 лет Академии Наук СССР. М.-Л. 1945).
**Императрица Екатерина I.

Яворский Иван Васильевич, тайный советник (герб рода Яворских). Ч. I

Яворский, Иван Васильевич (род. ок. 1729 — ум. 19 дек. 1799, Санкт-Петербург), тайный советник, государственный деятель, из дворян «Герба рода Яворских», сын Василия Федоровича, внук Федора Ивановича — родоначальника московских дворян. Состоял в браке, жена — Яворская Анна Семеновна. Их дети, сыновья:
- Алексей — капитан-исправник (председатель) в Нижнем земском суде г. Москвы;
- Николай — капитан Лейб-гвардии Преображенского полка (1796), статский советник (1800), действительный статский советник (1804,1807);
- Петр — капитан-поручик Лейб-гвардии Преображенского полка (1796), вышел в отставку гвардии капитаном.
- Дмитрий — майор.
При императрице Анне Иоанновне записывать детей состоятельных дворян в полки в малолетнем возрасте с 3-5 лет было обычным явлением, позже — сложившейся традицией. Детей записывали рядовыми, жили они в домах своих родителей, чины и выслуга лет шли установленным порядком. Отпрыски к 16 годам — началу действительной службы непосредственно в полках и ведомствах — успевали получить хорошее домашнее образование и продвинуться в чинах. Похожую школу прошел и Иван Яворский. Его действительная служба началась в 1745 году уже после восшествия на престол Елизаветы Петровны. Прямых сведений о месте службы нет, вероятно, в Лейб-гвардии Преображенском полку, где в последующем проходили службу его сыновья. Давняя дружба с «любимым камердинером императора Петра III» Яковом Леонтьевичем Бастидоном и семьей (по Державину), внимательное отношение к его образованности Екатерины II и высокое доверие Павла I — косвенные свидетельства о службе какое-то время при дворе наследника престола, Петра Федоровича, позже — императора Петра III. Имел военный чин по гвардии премьер-майор.
Имя Ивана Васильевича Яворского во многом связано с активной реформаторской деятельностью императрицы Екатерины II (28.06.1762 — 6.11.1796), провозгласившей себя после вступления на престол продолжательницей дел Петра Великого. Кроме внешних обстоятельств, ее внимания требовали внутренние дела государства, среди которых: «реорганизация Сената, секуляризация церковных земель, упразднение гетманства на Украине, создание учреждения для управления губерний, жалованных грамот дворянству и городам, …развитие русской культуры и науки». Но особенно беспокоило состояние правосудия. Для реализации социально-политической концепции общества и идей, посвященных государственному, уголовному и гражданскому праву, почерпнутых во многом из теорий Монтескье и Беккариа, ею 14 декабря 1766 года был издан манифест о выборе депутатов в «Комиссию для сочинения проекта Нового Уложения» вместо действовавшего «Соборного Уложения» 1649 г., в состав которой вошли выборные представители разных сословий. Прошли первые выборы предводителей уездного дворянства. Яворский Иван Васильевич участвовал в выборах предводителя дворян в Московском уезде 9 и 10 марта 1767 г., на собрании 10 марта — баллотирован; предводителем дворянства из баллотированных был выбран генерал-фельдмаршал граф Петр Семенович Салтыков, набравший большее число голосов. Яворский Иван Васильевич известен как «сочинитель «Юстицкой» комиссии Нового Уложения»; при составлении Уложения комиссия руководствовалась «Наказом» Екатерины II. Он в числе 47 фамилий, подписавших наказ дворян Московского уезда и в числе 133 фамилий, подписавших «полную мочь» депутату и наказ дворян г. Москвы и Московского уезда. «Уложенная комиссия» работала в 1767 — 1768 гг., частные комиссии — по 1773 г., а некоторые и позже. Дальнейшая карьера Яворского складывалась следующим образом.
1769 г. — премьер-майор по гвардии.
1776-1777 гг. — в статской службе, советник при вице-президенте (Главном судье) в Магистратской конторе Санкт-Петербурга — городовом сословно-судебном органе власти, где с 7 ноября 1775 года в судебном порядке рассматривались исключительно уголовные и гражданские дела лиц купеческого и мещанского сословий. Магистрат состоял в ведении Правительствующего Сената.
1777 г. — во втором департаменте Правительствующего Сената, сенатский экзекутор (по словам Г.Р. Державина: «должность ее, по отступлении от инструкции Петра Великого, хотя была тогда уже не весьма важная, однако довольно видная»);
1780 г., 28 октября — по именному указу пожалован Екатериной II в сенатские обер-секретари и назначен в четвертый департамент Сената (2-й и 4-й департаменты, как и 3-й, 7-й, 8-й и 9-й, «были высшими апелляционными судами по гражданским делам (каждый для отдельной группы губерний)».
1785 г. — статский советник, по именному указу Екатерины II: советник в Придворной Конюшенной Конторе при строении каменных конюшен.
1790 г. — в банковской сфере финансового ведомства, советник Правления Государственного Ассигнационного банка. Здесь предстояло Яворскому Ивану Васильевичу прослужить девять лет своей жизни. Новое здание банка в Петербурге строилось по Указу Екатерины II от 1782 года под непосредственным руководством молодого зодчего Джакомо Кваренги долгих семь лет (1783-1790). «Архитектор должен был возвести репрезентативное здание, которое сочетало бы в себе административную и утилитарную функции, …на участке между Садовой улицей, Екатерининским каналом и двумя параллельными переулками». И вот в 1790 г. прекрасный ансамбль банка был возведен. Во главе Ассигнационного банка с 1789 по 1792 г. стоял князь Александр Алексеевич Вяземский. Правление банка в Петербурге считалось главным, в его состав входило до 10 человек. «Каждый из советников главного директора отвечал за определенную операцию — по подряду и закупке меди, по деятельности Учетной (Экстной) конторы и др. Один из советников являлся заместителем главного директора. Он отвечал за “исправность и скорое исполнение в делах правления”. Ему поручалось также заведование операциями банка за границей.
Эмиссионное право и право вести учет векселей делало Ассигнационный банк первым среди равных в ряду других государственных кредитных учреждений времен царствования Екатерины II» (А.В. Бугров, автор статьи «Ассигнационный банк»).
1793 г. — действительный статский советник.
1794 г. — советник Правления Ассигнационного банка и Управляющий экспедиции по горным банковым заводам (1794, 1795, 1796): медеплавильных Богословского — «крупнейший для своего времени медеплавильный завод, действовавший на Северном Урале, в Верхотурском уезде Пермской губернии», — и Петропавловского, купленных для Ассигнационного банка по Указу Екатерины II еще в 1791 году. Авторы web-ресурса «Археология и краеведение Урала» сообщают: «В 1771-1780 годах среднегодовая выплавка меди на заводе составила 27333 пуда, в 1781-1790 годах — 38183 пуда, причем в 1784 году было выплавлено 48140 пудов. Завод превратился в самый крупный медеплавильный завод не только на Урале, но и в России, стал давать более 30% общероссийского производства меди. В горнозаводском хозяйстве [владельца заводов купца Максима Михайловича] Походяшина завод занял ведущее место. Петропавловский завод отошел на вторую роль и стал использовать руды, которые не смог переработать Богословский завод. Выплавленная медь отправлялась на Екатеринбургский Монетный двор, а также шла на вольную продажу.
…После смерти М.М. Походяшина (1781 год) его наследники — сыновья Н.М. и Г.М. Походяшины, ссылаясь на свое неумение руководить заводами и расстройство их финансов, в 1791 году продали заводы Государственному ассигнационному банку, а в 1797 году они перешли в казну. В период перехода завода из рук в руки выплавка меди снизилась, причем в некоторые годы она падала очень значительно (в 1790 году выплавлено 13202 пуда, в 1795 году — 18121 пуд, в 1799 году — 17606 пудов), но в целом продолжала оставаться на достаточно высоком уровне: среднегодовая выплавка за десятилетие 1791-1800 годов составила 32338 пудов»*.
1795 г. — заслуги Ивана Васильевича Яворского отмечены орденом св. Владимира III cтепени.
После кончины Екатерины II на Российский престол вступил Павел Петрович. Начались новые преобразования, в том числе в финансовой сфере, коснулись они и Государственного Ассигнационного банка и экспедиции, возглавляемой советником в Правлении банка Иваном Васильевичем Яворским: горные заводы были переданы в ведение восстановленной в декабре 1796 г. Берг-коллегии, а сама экспедиция упразднена. Но его ждало более высокое назначение.
1797 г. — первый советник Правления Ассигнационного банка и управляющий Особой экспедицией по хозяйственным оборотам банка.
К моменту вступления на престол Павла I в государственном обращении находилось ассигнаций на общую сумму 157,7 млн. руб., биржевой курс бумажного рубля был на уровне 79 копеек серебром. Объявив бумажные ассигнации «истинным общенародным долгом на казне», Павел I принял радикальные меры, чтобы постепенно вывести ассигнацию из обращения «и совсем ея не иметь» в обмен на медные, а затем на серебряные и золотые монеты. Но для того чтобы осуществить намеченную реформу, нужно было иметь большие запасы золотой и серебряной монеты. Поэтому для привлечения средств населения Павел I 24 января 1797 г. приказал открыть при Ассигнационном банке Контору для покупки драгоценных металлов» (В.Т. Корецкий, автор статьи «Банковский монетный двор»). Для реализации задуманного были предприняты и другие конкретные решения. Из них А.В. Бугров называет следующие. «В условиях острой нехватки государственных кредитных учреждений для кредитования купечества правительство учредило 18 октября 1797 г. Учетную контору “на товары” при Ассигнационном банке. Одновременно при нем была учреждена Страховая контора, где страховалось заложенное в банк имущество на случай пожара или “покражи”. Еще в ноябре 1796 г. Главный директор Государственного Ассигнационного банка князь Алексей Борисович Куракин «представил Павлу I доклад, в котором предложил устроить в помещении Ассигнационного банка на Садовой улице специальный монетный двор для чеканки золотой и серебряной монеты особого рода, так называемой «банковой», предназначаемой «для преобращения ассигнаций в истинную монету». Банковский монетный двор, по мнению В.Т. Корецкого, «кратковременная работа которого по существу являлась продолжением деятельности Петербургского монетного двора был учрежден при Петербургском Ассигнационном банке и именовавшемся поэтому «Банковским». <...> учреждение специального монетного двора для ее чеканки, было вызвано попыткой Павла I изменить сложившуюся к концу XVIII в. финансовую политику» его матери Екатерины II.
Перечисленные учреждения по предложению князя А.Б. Куракина 25 декабря 1797 г. передаются в ведение «Особой экспедиции Ассигнационного банка по его хозяйственным оборотам» во главе с первым советником Правления Яворским Иваном Васильевичем.
Шишанов В.А. в статье «Особая экспедиция Ассигнационного банка по его хозяйственным оборотам (1797-1804 гг.)» раскрывает суть финансовой деятельности этой вновь образованной экспедиции и значение, которое придавал ей император. В частности, он пишет: «…при Павле I в структуре Ассигнационного банка возникают подразделения, призванные реализовать «дарованные привилегии» [манифестом Екатерины II от 28 июня 1786 г.] – это Банковский монетный двор, конторы: страховая, по покупке металлов и две учетные – по товарам и векселям. Их деятельность уже получила отражение в историографии русских финансов. Но лишь дважды было упомянуто о существовании экспедиции, стоявшей во главе названных учреждений – Особой экспедиции Ассигнационного банка по его хозяйственным оборотам.
Основной комплекс документов, освещавших деятельность Особой экспедиции, уничтожен в 1830-х гг. и лишь немногочисленные документы, обнаруженные в РГИА, РГАДА и ОР РНБ сохранили сведения об этом таинственном учреждении.
История Особой экспедиции Ассигнационного банка – яркий пример того, как порой далеки обнародованные манифесты, указы от истинных намерений их авторов и действительного развития событий. И сложно сказать, чего здесь больше: прозорливости или недальновидности, заботы об интересах государства или корыстолюбия, собственных утопий правителей или желания ввести в заблуждение подданных и направить в желаемое русло их поведение.
…Общее руководство экспедицией возлагалось на первого советника в правлении Ассигнационного банка И.В.Яворского, советников А.Н.Оленина и кн. А.Н.Хованского.
…Секретный характер экспедиции прослеживается и в сохранившихся двух вариантах «Начертания правил» Особой экспедиции от 20 октября 1797 и 9 февраля 1798 г. Так в последнем варианте отмечается, что «экспедиция совершенно должна быть отделена от правления банка, и как по деяниям своим, так и по суммам или местам в ведомстве ея вверенным никому кроме Его Императорского Величества отчета не дает, всеподданнейше донося по оборотам сумм в хранение ея вверенным в семидневных ведомостях по особым годовым балансам чрез главного директора Ассигнационного банка». <...> Непосредственные задачи, стоявшие перед экспедицией, скрываются под весьма витиеватой фразой: «Первый предмет особой банка экспедиции, должен быть исполнение данных ей препоручений, означенных в именном его императорского величества рескрипте, в силу коего установлена сия экспедиция, с которого для руководства в течение дел своих хранит при сем начертании копию в присутственном столе, от которого ключ иметь только одному старшему члену экспедиции, дабы деяния с оным всегда соображались, а предмет остался бы скрыт, для людей сему делу посторонних.
…Алексей Куракин стремился превратить экспедицию в некий центр, контролирующий экономическую ситуацию по всей стране».**
Банковский монетный двор начал чеканить золотую и серебряную монету в конце 1799 г. На него же было возложено «изготовле­ние всех медалей, жетонов и знаков отличий, ранее выпускав­шихся Петербургским монетным двором».
В том же, 1799 г., за свой вклад в реализацию задач, стоявших перед Особой экспедицией Ассигнационного банка, Иван Васильевич Яворский был пожалован императором Павлом I в тайные советники, что по «Табели о рангах …» соответствовало военному чину генерал-лейтенант.
В этом чине и занимаемой должности он скоропостижно скончался 19 декабря 1799 года.
Наделенный от природы недюжинным умом, он был всесторонне образован и деятелен, выделялся глубокими юридическими познаниями, которые стали востребованы в различных видах государственной службы. Кроме всего прочего: слыл хорошим музыкантом (упоминание А.А. Половцова, как о музыканте-любителе в аристократическом обществе), дружил с многими передовыми людьми своего времени; в числе самых близких ему лиц был Г.Р. Державин.
Награжден орденами: св. Анны и св. Владимира III степени.
Преобразования в Особой экспедиции Санкт-Петербургского Государственного Ассигнационного банка продолжились и после ухода из жизни ее первого руководителя. В 1800 г. руководителем Особой экспедиции стал советник Правления действительный статский советник Свечин (в источниках имя и отчество не указаны). Золотую и серебряную монету в правление Павла I Банковский монетный двор выпускал с 1799 по 1801 гг. От ассигнаций уйти Павлу I не удалось, скорее наоборот. За годы пребывания его у власти «было выпущено вновь бумажных денег на сумму 56 284 935 руб., а к 1801 г. количество ассигнаций, находив­шихся в денежном обращении, достигло колоссальной цифры — 212 млн. руб.» При императоре «Александре I на Банковском монетном дворе был возобновлен в 1802 г. выпуск золотой и серебряной монеты с сохранением установленных Павлом I их пробы и веса, но по новым рисункам, утвержденным указом от 1 октября 1801 г.» (В.Т. Корецкий). Как заключает В.А. Шишанов, «несмотря на скромные результаты своей деятельности, Особая экспедиция все же стала важным этапом в построении и совершенствовании финансовой администрации, основанной на более рациональных, коммерческих методах ведения финансового хозяйства».
Погребен Яворский Иван Васильевич в Санкт-Петербурге в некрополе Александро-Невской лавры (Лазаревское кладбище).

Историческая справка
25 октября 1797 года Яворский Иван Васильевич обратился к императору Павлу I с прошением о внесении фамилии Яворских в Общий гербовник дворянских родов Всероссийской империи, в котором писал: «…представляя, <...> копию с Грамоты, равно герб в роде моем употребляемый, прошу дабы Высочайшим Вашего Императорского Величества указом повелено было сие моё прошение Правительствующего Сената в Герольдмейстерскую Контору принять и по оной представляемой Грамоте фамилии Яворских в гербовник внесть…», что и было сделано на основании именного указа Павла I от 1 января 1798 года.

Владел Иван Васильевич имениями (из числа установленных):
- 1759-1799 гг. — частями сёл Абашево и Липяги, Спасский уезд, Тамбовская губ., 205 дес. с 40 крестьянами; землю приобрел у помещика П.Г. Наумова. После раздела в 1800-м между сыновьями имения были проданы в 1827 г. (Забродина Н.И. Спасский край);
- 1771 г. — сельцом Фотарево (Фитарево), Звенигородский уезд, Московская губ., продано наследниками в 1816 году;
- 1793 г. — имением в Воронежском уезде Воронежской губернии. За покойным тайным советником И.В. Яворским (в «Генеральной ведомости» указан действительным статским советником), владение с 83 крестьянами числилось еще в 1812 году (скончался 19 декабря 1799). Здесь же, в 1812 г., владела имением с 76 крестьянами его вдова, Анна Семенова***, ставшая владелицей будучи коллежской асессоршей. В том же 1812 г. в Воронежском уезде значилось владение с 16 крестьянами и за покойным сыном, помещиком майором Дмитрием Яворским (скончался 23 марта 1806). С владений Яворских в Воронежском уезде для формирования Земского войска в Отечественную войну 1812 г. в ратники было отправлено 7 крестьян****.

Источники:
Московское дворянство: алфавитный список дворянских родов с кратким указанием важнейших документов, находящихся в родословных делах Архива Московского дворянского депутатского собрания. — М., 1910. С. 508
Поколенное родословие рода Яворских, ЦИАМ, Ф.4, оп.14, д.2178, л.3.
Родословная и доказательства о дворянстве рода Яворских, РГИА, ф.1343, оп.51, д.276, л.4.
Степанов В.П. Русское служилое дворянство 2-й половины XVIII века (1764-1795). Изд-во Академический проект. СПб., 2003. С. 742.
Именной указ Екатерины II, собственноручно подписан 28 октября 1780 года на докладе генерал-прокурора князя А.А. Вяземского. (Из Государственной Военной коллегии ноября 1780 года: указ о пожаловании сенатского экзекутора Ивана Яворского и сенатского секретаря, надворного советника, Алексея Поленова в сенатские обер-секретари. «О чем от Правительствующего Сената всем присутственным местам знать дано, а из Военной коллегии к воинским командам и куда надлежало, указы посланы»).
Месяцесловы c росписью чиновных особ в государстве, на лето от Рождества Христова: 1776-169, 1777-185, 1778-26, 1779-26, 1780-25, 1781-21, 1782-21, 1783-106, 1784-99, 1785-100, 1786-91, 1787-95, 1788-90, 1790-98, 1791-70, 1792-73,74, 1793-75,76, 1794-81,82, 1795-85,86, 1796-95,96
Энциклопедия российской монархии. — М.: Изд-во Эксмо, 2002. С. 224
В. Федорченко. Императорский дом. Выдающиеся сановники. В 2-х т. Красноярск «Бонус». Москва «Олма-Пресс», 2003. Т.I. С. 437; T.II С. 616
С.В. Волков. Высшее чиновничество Российской империи. Краткий словарь. М:-Русский фонд содействия образованию и науке, 2016. С. 779.
Памятники русского денежного обращения XVIII-XX вв. Нумизматический сборник. Часть седьмая. Труды Государственного ордена Ленина Исторического Музея. Статья: В.Т. Корецкий. Банковский монетный двор (Из истории финансовой политики России в конце XVIII-начале XIX в. Выпуск 53. М.: ГИМ., 1980. С. 70-84.
Сайты: http://adelwiki.dhi-moskau.de/index.php, статья «Яворский Иван Васильевич» (Обсуждение: Козловский Федор Алексеевич); Забродина Н.И. Personalia. Спасский край — davaiknam.ru o_O; http://vkommunarke.ru/viewpage.php?page_id=13; http://russiahistory.ru/gosudarstvennyiy_assignatsionnyiy_bank_/; http://www.prlib.ru/History/Pages/Item.aspx?itemid=438;
https://architect.dovidnyk.info/. Справочник архитектора;
*http://www.arkur.ru/plants/Turiynskiy.html;
**FOX-NOTES: http://fox-notes.ru/spravka/TXT_FN200114_A_4.htm статья Шишанов В.А. Особая экспедиция Ассигнационного банка по его хозяйственным оборотам (1797-1804 гг.); http://www.bonistika.ru/;
http://www.bonistika.ru/anncms/biblio/48 статья А.В. Бугров. Ассигнационный банк.
***Биографический словарь. Высшие чины Российской империи (22.10.1721-2.03.1917). В 4-х томах. Т. IV. С — Я. Москва, 2019. С. 43, 624. Сост. кин. Е.Л. Потемкин. М.:Б.И.., 2019 — Российская государственная библиотека на https://dlib.rsl.ru/;
ttps://pravoslavnoe-duhovenstvo.ru/library/material/11312
****РГБ. Воронежское дворянство в Отечественную войну. Генеральная ведомость. Кому именно из помещиков, в 13 уездах Воронежскую Губернию составляющих, по Высочайшему Е.И.В., ноября 30-го дня последовавшему Манифесту, с владеемых ими крестьян, в составление Земского войска, по числу душ, назначено поставить ратников…». Приложение 3. Издание Губернского предводителя дворянства. Москва. 1912. C. 283,285. НЕБ на сайте viewer.rusneb.ru

Яворский Алексей Иванович, капитан-исправник (председатель) суда (герб рода Яворских)

Яворский, Алексей Иванович (род. в 1761 — ум. в 1823 в Москве), сын тайного советника Яворского Ивана Васильевича и Анны Семеновны, внук Василия Федоровича, правнук родоначальника московских дворян вице-президента Духовных Дел Федора Ивановича Яворского, праправнук дворян Ивана (герб Сас) и Евфимии; капитан-исправник (председатель) Нижнего земского суда г. Москвы, до избрания в 1793-1794 гг. заседатель в Нижнем земском суде Москвы. В 1800 г. — сонаследник имений части сёл Абашево и Липяги, Спасского уезда, Тамбовской губ. С 1814 по 1823 гг. владел усадьбой на Старом Арбате, где ныне в заповедной зоне «Арбат» по адресу: ул. Арбат, 33/12, стр. 1, на пересечении улицы Арбат и Калошина переулка расположена библиотека истории русской философии и культуры «Дом А.Ф. Лосева». Ему принадлежали 1818 году в Москве (по К.М. Нистрему) дома: № 112 на Большой Арбатской улице во 2 квартале и № 223 на Брынской улице в 3 квартале.
Умер 25 сентября 1823 года в возрасте 62 лет. Погребен вместе с братьями в Новодевичьем монастыре.
Из истории владения усадьбой:
«… на углу Арбата и Колошина переулка (там, где сейчас и находится «Дом А.Ф. Лосева») находилось владение Чаадаева. Чаадаевы занимали, бесспорно, высшее иерархическое положение среди жителей квартала. Известно, что в 1696 г. на отпевание одного из представителей фамилии прибыл патриарх. Скорее всего, именно во второй половине XVII в. во дворе Чаадаевых появились каменные палаты, известные по позднейшим документам. Упомянутое владение дало название Чаадаеву переулку (современному Калошину). В 1696 г. от сокольничего Ивана Ивановича Чаадаева усадьба перешла к полковнику Василию Ивановичу Чаадаеву, от него – к капитану-лейтенанту флота Федору Васильевичу Чаадаеву, а после его смерти – к вдове Прасковье Юрьевне и сыну Николаю Федоровичу Чаадаеву. Затем с 1741 по 1752 гг. владелицей усадьбы была княгиня Мария Александровна Голицына (жена князя Сергея Борисовича Голицына), а с 1752 по 1814 гг. – представители рода Кокошиных. В это время во владении имелись каменные, деревянные строения и сад. Принадлежность одной из наиболее крупных усадеб Кокошиным на протяжении длительного времени послужила причиной переименования переулка в Кокошин (в первой половине XIX в. стал называться Калошин).
На плане 1756 г. зафиксирована застройка двора. Каменные П–образные по конфигурации палаты располагались в глубине усадьбы и были ориентированы главным фасадом на улицу Арбат, справа от них разбит обширный сад. На углу, на пересечении улицы с проезжим переулком, стоял длинный узкий флигель, выступавший за обе красные линии. Постройки, предполагавшиеся в юго-западном углу двора – две деревянные избы и амбар – должны были сформировать за палатами небольшой хозяйственно-жилой двор. Парадный двор перед палатами фланкировали два флигеля: угловой (северный) и вновь возводимый (южный), выходившие торцами на улицу Арбат.
Пожар 1812 г. уничтожил практически всю застройку квартала. С 1814 по 1824 гг. усадьбой владел капитан Алексей Иванович Яворский, а затем, после его смерти, – братья Яворского. Планировка участка изменилась. Новый дом, деревянный, П–образный в плане, возведен по красной линии Арбата, к западу от прежнего дома, ближе к переулку. За домом по периметру небольшого хозяйственно-жилого двора располагались четыре деревянных и каменных постройки. Большая же часть усадьбы с садом оставалась незастроенной…».

Источники:
Московское дворянство: алфавитный список дворянских родов с кратким указанием важнейших документов, находящихся в родословных делах Архива Московского дворянского депутатского собрания. — М., 1910. C. 508
Поколенное родословие рода Яворских, ЦИАМ, Ф.4, оп.14, д.2178, л.3.
Родословная и доказательства о дворянстве рода Яворских, РГИА, ф.1343, оп.51, д.276, л.4.
Великий князь Николай Михайлович. Московский Некрополь. Т.3. С-Пб. Тип. М.М. Стасюлевича. !908. С. 398.
Степанов В.П. Русское служилое дворянство 2-й половины XVIII века (1764-1795). Изд-во Академический проект. СПб., 2003. С. 742.
Месяцеслов c росписью чиновных особ в государстве, на лето от Рождества Христова 1793. СПб., С. 119; Месяцеслов… 1794. СПб., С. 126.
В.В. Ильина. Новая жизнь старинного дома на Старом Арбате. http://losev-library.ru/index.php?pid=186.
Rosgenea.ru http://www.rosgenea.ru/?lin=about
Забродина Н.И. Personalia. Спасский край. Часть 3. Землевладельцы Спасского края (17-20 вв.). Яворский Иван Васильевич…, тайный советник… http://davaiknam.ru/text/zabrodina-n-i-personalia-spasskij-kraj-page-10

Яворский Николай Иванович, действительный статский советник (герб рода Яворских)

Яворский, Николай Иванович, потомственный дворянин «Герба рода Яворских» (род. ? — ум. 16.11.1827), сын тайного советника Ивана Васильевича Яворского и Анны Семеновны. Действительный статский советник.
В 1788 г. — подпоручик лейб-гвардии Преображенского полка, участник Русско-шведской войны 1788-1790 годов, развязанной Швецией при финансовой поддержке Турции и подстрекаемой Англией, Голландией и Пруссией. Король Густав III, имея «личную неприязнь к императрице Екатерине II за ее резкие отзывы о нем, и движимый тщеславным чувством проявить себя героем», задался несбыточной надеждой возвращения земель, утраченных в ходе предыдущих войн с Россией. Не стесняясь в выборе предлога, Густав III усмотрел в подготовке в Кронштадте эскадры адмирала Грейга, готовившейся к походу в Средиземное море, враждебные приготовления России против его владений. Он «не принимал в соображение никаких объяснений, поддерживал [только] обвинения против воинственных намерений России». На самом деле причина была в другом — в возраставшем могуществе России, приобретавшееся ею во время второй Российско-турецкой войны (1787-1791), чему противились Франция, Англия, Пруссия… На заведомо невыполнимые требования уступок территорий в пользу Швеции Екатерина II ответила манифестом от 30 июня, объявив всенародно о разрыве отношений со Швецией и, сформировав Финляндский корпус под начальством генерал-аншефа графа Мусина-Пушкина, направила его против начавшего военные действия шведского короля. Кстати оказалась не успевшая уйти в Средиземное море эскадра Грейга. В военных приготовлениях и самой войне самое деятельное участие приняли гвардейские полки: Преображенский, Семеновский, Измайловский, Конно-гвардейский. Командовал отрядом гвардейцев генерал-майор и Лейб-гвардии Преображенского полка премьер-майор Татищев, которому был дан «особый указ» Екатерины II на его последовательные действия в начавшейся кампании…
…В кампанию 1789 года от всех гвардейских полков первые батальоны под началом генерал-майора и Лейб-гвардии Измайловского полка премьер-майора Арбенева действовали на суше, вторые батальоны, сведенные в отряд под началом секунд-майора Лейб-гвардии Измайловского полка Кушелева, — на море и были распределены по гребной флотилии таким образом. «На каждой галере находились: капитан, поручик, подпоручик, прапорщик, 6 или 8 капралов, до 200 мушкетеров, несколько егерей и до 10 пушкарей». На судах поменьше — «под командой одного офицера на каждом находились от 40 до 60 человек команды»… Обоз вторых гвардейских батальонов направлялся сухопутным путем под Выборг, имея при себе от каждого батальона по 120 человек и 110 лошадей. «На театр военных действий только от Лейб-гвардии Преображенского полка было направлено: обер-офицеров и классных чиновников 26, сержантов, унтер-офицеров и капралов 81, строевых чинов 1003, нестроевых 106 и лошадей 140″ (А. Чичерин).
…О победе 13 августа 1789 года в историческом морском сражении при Свенск-Зунде [в 1-м сражении при Роченсальме], где вице-адмирал (произведен 6 мая 1789 г.) российского гребного флота принц Карл Генрих Нассау-Зиген разбил шведский флот под командованием обер-адмирала графа Карла Августа Эренсверда, историк Л.-Г. Преображенского полка писал так. «13 августа, в 10 часов утра, шведы заметили наш флот, который приближался к ним со стороны Аспо. Оставив несколько канонерских лодок и фрегаты для защиты берега, они остальную свою флотилию двинули навстречу Нассау-Зигена. Начало сражения для них весьма удачно, так как наши канонерские лодки, высланные вперед галер к правому флангу неприятеля, должны были с трудом пробираться между подводными камнями под сильнейшим перекрестным орудийным огнем. Даже Густав III, наблюдавший все время с берега за действиями своих моряков, послал уже приказание Эренсверду начать преследование русских, но лодки, пренебрегая всякою опасностью, прошли под огнем береговых батарей и фрегата и ринулись на шведов. Впереди всех плыли лодки офицеров Лейб-гвардии Преображенского полка капитан-поручика Рахманова и поручика Петрово-Соловово. Бой завязался самый ожесточенный. Принц все время лично руководил боем. Наконец, шведы попали между двух огней, и когда наши мелкие суда прорвались через узкие проходы, а за ними последовали галеры, то бой между островами сделался рукопашным. Гвардейцы выказывали чудеса храбрости и их сильная и меткая стрельба с канонерских лодок скоро принудила неприятеля к отступлению. Русские с яростью бросились преследовать разбитую, почти уничтоженную флотилию шведов и истребили бы ее окончательно, если бы принц не остановил преследования, так как битва продолжалась более 16 часов и сильно утомила преследователей».

Историческая справка
Потери второго батальона Лейб-гвардии Преображенского полка в битве при Свенск-Зунде (1-м сражении при Роченсальме):
- убито офицеров — 2: прапорщики: Григорий Тверской и Петр Растопчин;
- ранено офицеров — 7: капитаны Дмитрий Дохтуров и Степан Митусов; капитан-поручики Иван Чаадаев и Алексей Рахманов; поручик Иван Лихарев; подпоручик Николай Яворский и прапорщик Григорий Сухотин;
- убито нижних чинов — 56.
Вся слава морского сражения 13 августа, известного как «Свенскзундского», или 1-го Роченсальмского, бесспорно принадлежит Лейб-гвардии, отважному отряду контр-адмирала графа Литта, расчистившему под ураганным огнем вражеских плавучих батарей проход Королевские ворота от затопленных судов, вспомогательной эскадре генерал-майора Балле, сменившего нерешительного адмирала Круза, и вице-адмиралу принцу Нассау-Зигену, который в донесении к императрице выразился следующим образом: «Не могли бы достигнуть столь совершенной над ними [шведами] победы, если бы не предуспели открыть [проход Королевские ворота], который захватили шлюбки канонерские Лейб-гвардиею вооруженные. Командующий галерным флотом не может довольно выхвалить сего корпуса вообще; но те, которые находились на кайках и канонерских шлюбках, по словам его, превышают все, что он может сказать к похвале их…». Это сражение решило исход кампании 1789 года. Шведы понесли огромные потери в кораблях и судах, убитыми и ранеными…
Императрица щедро наградила героев сражения: вице-адмирал принц Нассау-Зиген получил орден св. Апостола Андрея Первозванного и пожизненную пенсию 3 000 руб., генерал-майор Балле — орден св. Анны 1-й степени, контр-адмирал граф Джулио Литта — орден св. Георгия 3-й степени. Лейб-гвардии Преображенского полка офицеры: капитаны Степан Митусов и Дмитрий Дохтуров получили золотые шпаги; поручик граф Дмитрий Толстой, кроме следующего чина, был награжден орденом св. Владимира 4-й степени; капитан-поручики: Иван Чаадаев, Алексей Рахманов; поручики: Иван Лихарев, адъютант Алексей Татищев; подпоручики: Николай Яворский, Александр Арсеньев, Федор Петрово-Соловово; прапорщик Григорий Сухотин; сержанты: Аленев, Тюнин, Иван Рунич, и князь Гавриил Елымов были произведены в следующие чины.
Все тяжело раненые были тоже произведены в следующие чины с выдачей полного оклада жалования, а нижние чины, участники сражения, были награждены серебряной медалью на орденской георгиевской ленте с надписью на реверсе «За храбрость на водах Финских августа 13 1789 года» и с профильным изображением императрицы Екатерины II на аверсе (лицевой стороне).

Война продолжилась в 1790 году — на воде и на суше. 19 апреля в одном из боев был смертельно ранен секунд-майор Василий Байков, возглавлявший колонну из двух батальонов преображенцев. Его сменил премьер-майор Берхман. Погибли капитан Иван Чаадаев и прапорщики Михаил Давыдов и Алексей Майков и до 160 нижних чинов. В целом же — Русская армия на суше владела инициативой и вела наступление на Свеаборг. Швеции угрожал разгром. Но тяжелое поражение русского гребного флота под командованием принца Нассау-Зигена во Втором Роченсальмском сражении под Выборгом 28-29 июня позволило шведскому королю Густаву III реабилитировать себя в глазах подданных и сохранить престиж в Европе. Война шла к концу, 3 августа 1790 года был подписан Верельский мир, сохранивший статус-кво.
По случаю заключения мира со Швецией 8 сентября 1790 года происходило торжество объявления мира народу, для чего по Высочайшему повелению было сделано распоряжение, чтобы всем полкам гвардии в тот день быть в строю.
А.К. Чичерин пишет: «Ея Величество изволила прибыть из Царского Села к Казанскому собору к 11 часам утра, пересев в парадные экипажи у городского вала. После литургии, для объявления народу о заключенном мире была наряжена особая торжественная процессия под личным надзором генерал-кригс-комиссара [Михаила Сергеевича] Потемкина, которая весь день и разъезжала по городу. Поздравления Императрицы, обед в Дворце и, наконец, бал заключил этот день, в конце которого Екатерина II еще соизволила произнести благодарственную речь армии и флоту».
Тогда же «всему войску» было объявлено от имени императрицы Екатерины II о награждении всех чинов, «кои противу неприятеля в деле были», специальной медалью с ношением ее на орденской ленте св. Владимира; она имела восьмиугольную форму с профильным портретом Екатерины II в лавровом венке на голове. На реверсе — надпись: «За службу и храбрость» и дата заключения мира. Генерал-кригс-комиссар Потемкин, от имени Екатерины II объявил дополнительно, что всем офицерам и нижним чинам, которые получили в сражениях тяжелые раны и службы нести не смогут, им будут назначены пенсии — полное их жалование с процентов, получаемых от капитала военного ордена… Не были забыты и лица Российского государства, проявившие рвение и усердие и оказавшие услугу отечеству в войне, им изъявлено монаршее признание и повеление: «дабы селениям Санкт-Петербургской и других губерний, которые для той войны дали добровольно людей на службу, також понесли труд в перевозе магазейнов и иных тяжестей военных, даны были листы на память в потомстве такового усердия»…
В 1796 году капитан-поручик Лейб-гвардии Преображенского полка Яворский Николай Иванович уже капитан, его родной брат Яворский Петр Иванович — капитан-поручик (полковник: Ее Императорское Величество Екатерина II; подполковники: генерал-фельдмаршал граф Александр Васильевич Суворов-Рымникский, генерал-аншеф князь Юрий Владимирович Долгоруков, генерал-поручик Николай Алексеевич Татищев). О дальнейшей службе Николая Ивановича в Преображенском полку сведений нет. Возможно, ответ — в военных преобразованиях Павла I. В историческом очерке П.С. Лебедева «Преобразователи Русскаго войска в царствование Императора Павла» сообщается, когда «Государь, 9 ноября 1796 года, повелел все свои Гатчинские полки раскассировать по полкам гвардии и назначить барона Аракчеева командиром Преображенцев, то ропот поднялся всеобщий. Любимые и избалованные дети Елизаветы Петровны и Екатерины II — Преображенцы, состоявшие из лучших аристократических фамилий, славившиеся образованием и светкостью, были возмущены видеть в рядах своих темных и неуклюжих Гатчинцев с Аракчеевым во главе». Многие боевые офицеры оставили военную службу и перешли в статскую. Так или иначе — братья Яворские в числе офицеров, оставивших Преображенский полк. Всего же по данным А.И. Бегуновой, автора «Ратной славы Российской империи», за четыре года царствования Павла I в отставке оказались: 7 фельдмаршалов, в том числе А.В. Суворов, 333 генерала и 2231 офицер. «По большей части это были не безусые прапорщики и корнеты, — пишет автор, — а прошедшие боевую школу командиры рот, эскадронов, батальонов, полков, кавалеры…, пользующиеся безграничным уважением и доверием солдат». Известно, что брат Николая Ивановича, капитан-поручик Петр Иванович Яворский вышел в отставку капитаном…
Согласно личному делу: 16 февраля 1800 года Николай Иванович статский советник (дата и чин в ответе Яворскому Н.И. директора Герольдии Тайного Советника Сенатора и Кавалера Козодавлева), о роде деятельности до 1804 года сведений нет. В «Биографическом словаре «Высшие чины Российской империи…»* находим: до 29.03.1804 года «считался при Герольдии не у дел» (контроль за дворянской службой со времен Петра I возлагался в Сенате на герольдмейстерскую контору), тогда же, 29.03.1804 г., пожалован в действительные статские советники (по «Табели о рангах…» соответствовало придворному чину камергер, военным — генерал-майор, контр-адмирал). И с этого времени в отставке (?). В личном деле за 1807 год в отставке не значится, запись: «действительный статский советник и Кавалер». Только в 1808 году указан в отставке и дополнение — холост.
Владел наследуемыми имениями в Ярославской губ.: Романовском уезде, с. Борзово с деревнями, где за ним состояло муж. пола 100 крестьян, и Рыбинском уезде, д. Рыловая с прилегающими деревнями — еще 100 крестьян м. п., «всего мужеска пола 200 душ». В Москве имел дом, № 265, в Пятницкой части 5-го квартала [по К. Нистрему - часть Москвы от храма Спаса Преображения на Болвановке до Серпуховских ворот и Большой Ордынки].
После смерти отца, Ивана Васильевича, большую часть времени жил в Петербурге, где с 1799 по 1811 гг. состоял членом элитного С.-Петербургского Английского клуба (собрания).
Английский клуб, или Английское собрание, одно из первых клубных учреждений в России. Основан 12.3.1770 с соизволения императрицы Екатерины II английскими предпринимателями Ф. Гарднером и К. Гардинером по образцу английских клубов как «собрание приятных собеседников». В члены Английского клуба принимались люди разных сословий и национальностей (женщины не допускались). В 1771 в нем было 250 членов. Клуб занимал дом Кюзеля (ныне М. Морская ул., 17), в 1774 — дом Бутурлина на наб. р. Мойки, 54 (ныне терр. Рос. гос. пед. ун-та им. А. И. Герцена), с 1778 — дом Скавронского там же (не сохр.), в 1813-30 — дом купца Таля (наб. р. Мойки, 58; перестроен), с 1830 — дом Демидова (наб. р. Мойки, 64; не сохр.), с 1890-х гг. — собств. дом (Дворцовая наб., 16). Бюджет Английского клуба формировался из ежегодных взносов, пожертвований, процентов с игры в карты. Постепенно Английский клуб из купеческого собрания превратился в аристократическое клубное учреждение; среди его членов — представители знати — князья Голицыны, князья Волконские, графы Татищевы и др., высшие чиновники, деятели культуры. К концу 18 в. Английский клуб стал одним из главных мест общения представителей петербургского об-ва. В конце 1790-х гг. по повелению императора Павла I клуб был закрыт, в начале 1800-х гг. вновь открыт с соизволения императора Александра I. В 1-й трети 19 в. его членами были декабристы М. С. Лунин, Н. М. Муравьев и др., деятели культуры В. А. Жуковский, И. А. Крылов, А. С. Пушкин В. П. Стасов, Н. И. Гнедич и др. Расцвет Английского клуба пришелся на 1830-50-е гг. В 1853 пересмотрен его устав, число членов достигло 400 (неск. сотен чел. числилось кандидатами). В сер. 19 в. Английский клуб являлся самым элитным клубом города и крупным неофициальным игорным домом, в числе постоянных игроков — министр финансов А. А. Абаза, генерал И. О. Сухозанет, путешественник Е. П. Ковалевский, поэт Н. А. Некрасов и мн. др. С 1860-х гг. Английский клуб постепенно превращался в сугубо аристократическое клубное учреждение. В 1916 прекратил существование. В 1990-х гг. предпринята попытка возрождения Английского клуба, к-рый осуществляет попечительство над музеями, шефство над детскими приютами, учреждает премии за вклад в культурное стр-во, оказывает поддержку ряду культурных начинаний. С 1990-х гг. название «Английский клуб» используют различные курсы и школы по изучению английского языка.
(Лит.: Столетие С.-Петербургского английского собрания, 1770-1870: Ист. очерк. Воспоминания. Список старшинам. Списки почетным членам [и членам]. СПб., 1870. [Яворский Николай, стр. 76]. Стодвадцатипятилетие С.-Петербургского английского собрания 1-го марта 1895 года. СПб., 1895; Герасимов В.В. Из истории Санкт-Петербургского Английского клуба // Петербургские вечера. СПб., 1995. С. 11-29; Завьялова Л.В. Петербургский Английский клуб (1770-1917) // Петербургские чтения-95. СПб., 1995. С.171-173).
Умер Яворский Николай Иванович 16.11.1827 года в Москве, погребен вместе с братьями Д.И. и А.И. Яворскими в Новодевичьем монастыре.

Источники:
Московское дворянство: алфавитный список дворянских родов с кратким указанием важнейших документов, находящихся в родословных делах Архива Московского дворянского депутатского собрания. — М., 1910. C. 508
Поколенное родословие рода Яворских, ЦИАМ, Ф.4, оп.14, д.2178, л.3.
Родословная и доказательства о дворянстве рода Яворских. РГИА, ф.1343, оп.51, д.276, лл. 3 и 4.
Алфавитный список Дворянских Родов, занесенных в Родословную Книгу Московской губернии по 6-й части. РГИА, Ф. 1343, оп. 51, д.254, л.75.
Великий князь Николай Михайлович. Московский Некрополь. Т.3. С-Пб. Тип. М.М. Стасюлевича. !908. С. 398.
Степанов В.П. Русское служилое дворянство…, СПб., 2003. С.742.
Месяцеслов с росписью чиновных особ в государстве, на лето от Рождества Христова 1795. С.15; 1796. С.16.
Столетие С.Петербургского Английского Собрания 1770-1870. Исторический очерк.-Воспоминания.-Список старшинам.-Списки почетным членам и членам. СПб., 1870. С. 76.
История лейб-гвардии Преображенского полка. 1688-1888г. Том II-а. 1725-1801г. Составил Адъютант Военного Министра, гвардии капитан А. Чичерин. Изд. лейб-гвардии Преображенского полка. СПб., 1888. С. 226, 243, 244, 252-253.
А.И. Бегунова. Ратная слава Российской империи. — М.: Вече, 2009. С. 220-221.
Ю.Н. Кружнов. Энциклопедия Санкт-Петербурга, http://www.encspb.ru/ru/article.php?kod=2804016393.
Забродина Н.И. Personalia. Спасский край. Часть 3. Землевладельцы Спасского края (17- 20 вв.). Яворский Иван Васильевич…, тайный советник… http://davaiknam.ru/text/zabrodina-n-i-personalia-spasskij-kraj-page-10
*Биографический словарь. Высшие чины Российской империи (22.10.1721-2.03.1917). В 4-х томах. Т. IV. С — Я. Москва, 2019. С. 624. Сост. кин. Е.Л. Потемкин. М.:Б.И.., 2019 — …

Яворский Петр Иванович, капитан Лейб-гвардии (герб рода Яворских)

Яворский, Петр Иванович, потомственный дворянин «Герба рода Яворских», сын тайного советника Ивана Васильевича Яворского и Анны Семеновны. Участник Русско-шведской войны 1788-1790 гг.; в 1796 капитан-поручик Лейб-гвардии Преображенского полка, где служил его брат, капитан Яворский Николай Иванович. Вышел в отставку гвардии капитаном.
В 1800 г. — сонаследник имений части сёл Абашево и Липяги, Спасского уезда, Тамбовской губ.
Умер Яворский Петр Иванович 27 февраля 1839 года; погребен с братом Н.И. Яворским в Новодевичьем монастыре.

Источники:
Поколенное родословие рода Яворских, ЦИАМ, Ф.4, оп.14, д.2178, л.3.
Степанов В.П. Русское служилое дворянство… СПб., 2003. С.742.
Месяцеслов… 1796. С.16.
Великий князь Николай Михайлович. Московский Некрополь. Т.3. С-Пб. Тип. М.М. Стасюлевича. !908. С. 398.
Забродина Н.И. Personalia. Спасский край. Часть 3. Землевладельцы Спасского края (17- 20 вв.). Яворский Иван Васильевич…, тайный советник… http://davaiknam.ru/text/zabrodina-n-i-personalia-spasskij-kraj-page-10

Яворский Дмитрий Иванович, майор (герб рода Яворских)

Яворский, Дмитрий Иванович, потомственный дворянин «Герба рода Яворских», сын тайного советника Ивана Васильевича Яворского и Анны Семеновны, вышел в отставку майором. Помещик Воронежского уезда Воронежской губернии. В 1800 г. — сонаследник имений части сёл Абашево и Липяги, Спасского уезда, Тамбовской губ.
В поколенном родословии рода Яворских (составлено братом Николаем в 1807 г.) не показан в связи со смертью, которая последовала 23 марта 1806 года, в 7 часов по-полудни. Погребен в Москве, в Новодевичьем монастыре.

Источники:
Поколенное родословие рода Яворских, ЦИАМ, Ф.4, оп.14, д.2178, л.3
Великий князь Николай Михайлович. Московский Некрополь. Т.3. С-Пб. Тип. М.М. Стасюлевича. !908. С. 398.
Забродина Н.И. Personalia. Спасский край. Часть 3. Землевладельцы Спасского края (17- 20 вв.). Яворский Иван Васильевич…, тайный советник… http://davaiknam.ru/text/zabrodina-n-i-personalia-spasskij-kraj-page-10
РГБ. Воронежское дворянство в Отечественную войну. Генеральная ведомость. Кому именно из помещиков, в 13 уездах Воронежскую Губернию составляющих, по Высочайшему Е.И.В., ноября 30-го дня последовавшему Манифесту, с владеемых ими крестьян, в составление Земского войска, по числу душ, назначено поставить ратников…». Приложение 3. Издание Губернского предводителя дворянства. Москва. 1912. C. 285. НЕБ на сайте viewer.rusneb.ru

Яворский Иван Семенович, капитан-исправник

Яворский, Иван Семенович, капитан-исправник в нижнем земском суде г. Мамадыша Казанского наместничества (1787,1788), потомственный дворянин, член С.-Петербургского Английского клуба (собрания) в 1782-1793.

Источники:
Степанов В.П. Русское служилое дворянство 2-й половины XVIII века (1764-1795). Изд-во Акад. проект. СПб., 2003. С.742.
Месяцеслов с росписью чиновных особ в государстве, на лето от Рождества Христова 1787*. С.300; 1788. С.283.
Столетие С.Петербургского Английского Собрания 1770-1870. Исторический очерк.-Воспоминания.-Список старшинам.-Списки почетным членам и членам. СПб., 1870. С. 63.

Яворская Агафья Петровна, оперная певица

Яворская, Агафья Петровна, русская оперная певица (сопрано) XVIII в., солистка (1773-1783) итальянской труппы Придворного Императорского театра в Петербурге. Агафья Петровна обучалась пению в Петербурге у Анджело Вакари, скрипача Итальянской компании, сыгравшего важную роль в подготовке целой плеяды ярких русских певиц и певцов. 1-я исполнительница партии Зефира оперы «Амур и Психея», написанной в 1773 году известным итальянским композитором неаполитанской школы Траэтта Томмазо (1727-1779), в 1768-1775 годах Придворным капельмейстером в Петербурге. В этот период он написал здесь и поставил оперы «Антигона» (1772), «Луций Вер» (1774) и ряд других произведений. Поставленная Томмазо опера «didona abbandonata» имела особенный «выдающийся» успех.
В 1774 г. Агафья Петровна Сенковская (Яворская) исполняла партию Армиды в одноименной опере Антонио Сольери «Армида».

Источники:
Финдейзен Н. Очерки по истории русской музыки. Т. 2. — М.; Л., 1929.
Энциклопедия Брокгауза и Ефрона, Т.XXXIIIA, С.-Перербург. 1901, с. 743
Дробышевская Н.С. ПГПУ им. А.И. Герцена. Итальянские «корни» русского вокала… Изд-во «Грамота», 2013. №7(33), ч.1. С.62.www.gramota.net/materials/3/2013/7-1/13.html

Примечание:
*В 1765, 1766, 1767 гг. назывался: «Адрес-календарь российский на лето от Рождества Христова (год)», показывающий о всех чинах и присутственных местах в государстве…»; в следующем — «Календарь или Месяцеслов с росписью чиновных особ в государстве на лето от Рождества Христова 1768″; с 1769 по 1796 — «Месяцеслов с росписью чиновных особ в государстве, на лето от Рождества Христова (год)». В 1797, 1798, 1799 и 1800 Календари не издавались. Библиографию Адрес-календарей по XVIII веку см. в «Сводном каталоге русской книги». М., 1966. Т. 4. С. 212-215. По мнению Степанова В.П., приостановка была вызвана «массовыми и беспорядочными служебными перемещениями в царствование Павла I, из-за чего стало невозможно следить за ежегодным штатом присутственных мест. В 1801 г. издание было возобновлено — увидел свет календарь на 1802 год, причем двумя отдельными частями (томами). Во все последующие годы, за исключением 1804 и 1805 — одним томом, этот порядок издания оставался неизменным.
«Адрес-календарь» возник как специфический служебный справочник, использовался современниками в этом качестве и сохранил значение справочника до сих пор. Издание Адрес-календарей Академия прекратила в 1867 г., когда право на издание календарей перестало составлять исключительную привилегию Академии, но продолжал издаваться другими издателями вплоть до 1917 г. Адрес-календари или Месяцесловы… — официальное издание, фиксировавшие фактически всех лиц, относящихся к категории государственных служащих, и начинались с перечня придворного штата. В Адрес-календари попадали только чиновники, имевшие классные чины согласно Табели о рангах. Это были преимущественно лица таких категорий: «личные» дворяне, чиновники, получившие потомственное дворянство «за выслугу», выходцы из потомственных «столбовых» дворян, иначе — из старинных аристократических родов. Предшественником всех календарей был первый календарь на русском и немецком языках под заглавием: «Календарь и Месяцеслов на лето 1728″, напечатанный Академией в 1727 г.; в первой части его освещались важнейшие события Императорского дома, о чинах государства сведений не было. С тех пор календари печатались ежегодно. Те из них, в которых видели средство для народного просвещения, во второй пол. XVIII в. выходили под другими заглавиями: «Месяцеслов исторический и географический», «Месяцеслов с наставлениями», «Месяцеслов в пользу домостроительства», «Дорожный календарь», «Экономический календарь» и др. Некоторое время издавался также «Список кавалеров Императорских орденов всех наименований». Полный перечень названий календарей можно найти в каталоге «Издания Императорской Академии Наук. Ч. I (c 1726 по 1-е июня 1912)». СПб, 1912. С.101-102.
В материалах книги Степанова В.П. Русское служилое дворянство 2-й половины XVIII века (1764-1795) зафиксировано в алфавитном порядке более 36 тыс. лиц, занятых на государственной службе в период с 1764 по 1797 годы.

«…не в словесех премудрости,
но в силе духа…» (Стефан Яворский)

Стефан (в миру Симеон Иванович) (1658-1722), сын православных дворян Ивана Яворского из рода герба Сас и Евфимии*, митрополит Рязанский и Муромский, Местоблюститель патриаршего престола, первый президент Святейшего Синода Русской православной церкви. Хиротонисан 07.04.1700 г. Основное образование — Киево-Могилянский коллегиум. Педагог, духовный писатель и «лавроносный поэт». Родился в с. Явора (ныне в Турковском районе Львовской обл.) Восточной Галиции — Русского воеводства Польши, откуда родители, покинув вотчину рода, после заключения 30.01.1667 г. Андрусовского перемирия между Россией и Речью Посполитой по итогам войны 1654-1667 гг. всей семьей переселились в с. Красиловку неподалеку от г. Нежин. Умер 27 ноября в два часа ночи в старом подворье Рязанских духовных владык — временном местопребывании патриаршего престола в Москве. Подворье находилось в самом начале Мясницкой улицы, близ Никольских ворот. Архитектурным завершением подворье во многом было обязано самому митрополиту — славному богослову-полемику своего времени. «Стефан Яворский, — пишет И. К. Кондратьев, — в течение 22-летнего правления рязанской паствой продолжал и довершил начатое [в 1654 г. строительство каменных монастырских палат рязанским архиепископом] Мисаилом. По преданию, при Яворском построены две двухэтажные палаты, выступающие на Лубянскую площадь. С 1702 по 1721 год, до учреждения Святейшего Синода, Яворский, как викарий и блюститель патриаршего престола, заведуя его делами, несколько лет пребывал на этом подворье. Тут его посещал друг и сотрудник святитель Дмитрий Ростовский; тут он сверял исправление славянской Библии для [массового печатного] издания с Феофилактом Лопатинским, Софронием Лихудой и другими учеными того времени**; тут он сочинил известную свою книгу «Камень веры», тут, наконец, и умер…». Похороны митрополита были отложены до возвращения Петра I из астраханского похода. Весь тот год Синод провел в Москве, куда почти в полном составе «прибыл вместе с Сенатом, вслед за государем, еще в декабре предшествовавшего года». В Петербурге, для управления текущими делами, не требовавшими общего синодального суждения и решения, оставались лишь синодальные асессоры. Им было определено писаться в приговорах: «По указу Его Императорского Величества, Святейшего Синода обретающиеся в Санктпетербурхе члены».
20 декабря 1722 года в присутствии Петра I члены Синода совершили отпевание митр. Стефана по монашескому чину (монашество принял в 1689 г.) в церкви Гребневской иконы Божией Матери***, им же освященной после возрождения этого древнего храма в 1711 году; деятельное участие в его делах принимала сестра Петра I, царевна Наталья Алексеевна. Церковь находилась здесь же, «при входе на Мясницкую улицу**** с Лубянской площади, на правой руке». После отпевания тело почившего святителя было отправлено для погребения в Рязань, где и предано земле 27 декабря в Успенском соборе. В 1804 г. останки митр. Стефана были перезахоронены и ныне покоятся в Малоархангельском рязанском соборе; здесь он положен в алтаре, на правой стороне, где ризница.
По сведениям духовного историка и ученого архиепископа Харьковского и Ахтырского Филарета (Гумилевского), Стефан Яворский, не окончив учения в Киеве, послан был во Львов, учился в Познани у иезуитов, где прослушал курс философии и богословия. В 1689 г. Яворский уже в Киевской академии — «учителем словесных наук и философии и полным богословом», так подписался он на панегирике, в 1690 г. принял иночество с именем Стефан. С 1691 г. он префект и учитель философии, в 1697 (январе 1698) — игумен Свято-Николаевского Пустынного монастыря. «В молодых летах Яворский много писал стихами, то Латинскими, то Польскими, и именно панегирики… И прекрасные по содержанию правила для новой Саровской пустыни митрополит-экзарх предложил в стихах… Неизвестно доселе, какого содержания те Латинские сочинения его, которые в 15-ти книгах хранились между рукописями Нежинского монастыря. Вероятно, значительная часть их состояла из стихов, а другая — из классических лекций, — писал Филарет». Мало кому известно, что он имел звание «лавроносный поэт».
Дальнейшая жизнь и деятельность Стефана Яворского раскрыта другим ученым богословом и писателем Евгением (Болховитиновым), митрополитом Киевским и Галицким:
«…В январе 1700 г. митрополит Варлаам [Ясинский - ученый богослов, духовный писатель XVII века, в 1669 - 73 годах ректор киевской академии, настоятель Киево-Печерской лавры, в 1690 г. посвящен московским патриархом Адрианом в митрополиты Киева, Галича и Всея Малыя России] отправил его [Стефана Яворского, игумена Свято-Никольского Пустынного монастыря с 1697 г.] вместе с игуменом [Златоверхого Михайловского монастыря] Захарией Карпиловичем в Москву с письмом, в котором просил патриарха Адриана [последний в досинодальный период Патриарх Московский и всея Руси (24.08.1690—15.10.1700)] учредить переяславскую кафедру и назначить на нее одного из присланных игуменов. Однако Стефана в Москве ожидало новое, совершенно для него неожиданное высокое назначение. Патриарх Адриан, уже больной, принял присланных игуменов и обещал поговорить о переяславской кафедре с государем, а пока игумены жили на малороссийском подворье. Но тут случилось обстоятельство, которое определило дальнейшую судьбу Стефана. В Москве скончался знаменитый военачальник боярин Алексей Семенович Шеин. Стефан при погребении говорил надгробное слово, а в необыкновенном уменье проповедовать ему не отказывали и его злейшие враги. И вот проповедь малорусского игумена произвела сильнейшее впечатление на слушателей, а среди них был сам государь. Петр сразу заметил талантливого человека и говорил патриарху, что игумена Стефана нужно посвятить в архиереи на какую-нибудь из великорусских епархий, «где прилично, не в дальнем расстоянии от Москвы». Стефану же самому было приказано оставаться в Москве, «доколе же обыщется где место архиерейское праздное и приличное». Таковое открылось в скором времени в Рязани. A между тем Москва Стефана встретила не особенно приветливо: ему готовили архиерейское место, а в то же время ничего не давали на прожитие, так что он должен был в феврале просить начальника посольского приказа адмирала Головина [граф Федор Алексеевич Головин 1-й генерал-фельдмаршал, в 1699 г. генерал-адмирал, ближний боярин Петра I, 23 февраля 1700 г. был назначен президентом Посольских дел и начальником многих приказов, в том числе Малороссийского] о назначении ему содержания и жалования со старцами. 15 марта ему был объявлен приказ патриарха, чтобы он на другой день готовился к наречению, но Cтефан на другой день не явился, а уехал в Донской монастырь, а 1 апреля подал опять Ф. А. Головину небольшой трактатец под названием: «Вины, для которых ушел я от посвящения»… Но ничто не помогло; настойчивость Петра, конечно, превозмогла, и 7 апреля 1700 г. Стефан был поставлен в рязанские митрополиты. В июле того же года он был уже в Рязани и деятельно занялся делами своей епархии; однако заниматься только одной своей епархией ему суждено было недолго. 15 октября того же года скончался патриарх Адриан. Прибыльщик Курбатов, отписывая государю о кончине патриарха, советовал ему с избранием нового патриарха повременить, а пока для заведования делами патриаршего управления выбрать кого-нибудь из архиереев в местоблюстители. На эту должность Курбатов рекомендовал Афанасия, архиепископа холмогорского. Предложение Курбатова шло, вероятно, навстречу мыслям самого Петра, и государь патриарха не назначил, согласившись на должность местоблюстителя, но на нее поставил не Афанасия, а митрополита рязанского. Таким образом, 42-летний Стефан в самый короткий промежуток времени сделался из простых игуменов высшим лицом в русской церкви.
18 мая 1718 г. государь приказывал Стефану как можно скорее явиться в Петербург, чтобы принять участие в верховном суде по делу царевича Алексея. Раньше было отмечено, что Стефан более или менее сочувствовал царевичу; однако, по нашему мнению, С. M. Соловьев вполне прав, утверждая, что со своей скрытностью и необщительностью Стефан не мог быть особенно близок с царевичем, но несомненно и то, что окружающие постоянно твердили царевичу: «Рязанский к тебе добр, твоей стороны и весь он твой». Во всяком случае, с тяжелым чувством должен был местоблюститель присутствовать на суде над тем человеком, на которого он возлагал многие свои надежды. Конечно, не без его влияния духовенство, спрошенное Петром о праве его казнить сына, высказалось определенно за помилование. Стефан же имел мужество восстать, хотя и безуспешно, против расстрижения епископа Досифея, замешанного в дело царевича и казненного. Митрополит сам отпевал и хоронил несчастного царевича. В то самое время, когда в Петербурге решалось дело царевича, самое видное место среди иерархов русской церкви занял молодой Феофан Прокопович [1681-1736], против назначения которого в архиереи Стефан восставал всеми силами. Единомышленники и почитатели Стефана — ректор московской академии Феофилакт Лопатинский и преподаватель той же академии Гедеон Вишневский, — подали доношение, в котором обвиняли Феофана, тогда еще только кандидата на псковскую кафедру, в ереси. К этому обвинению присоединился и Стефан, соглашавшийся допустить Прокоповича к епископству только после отречения последнего от его протестантских заблуждений. Но и тут его ждала та же неудача, что и в деле Тверетинова: государь был сильно разгневан на него, и ему пришлось униженно просить прощения. Петр поручил сенатору Мусину-Пушкину «свести рязанского с Феофаном». Свидание состоялось, и между противниками произошло видимое примирение, хотя Феофан в своих проповедях и даже в «Духовном регламенте» впоследствии неоднократно позволял себе весьма непристойные выходки против престарелого митрополита. Во все это время Стефан жил в неприятном ему Петербурге и должен был поневоле принимать участие во всех торжественных молебствиях; так, например, 29 июня 1719 г. он говорит проповедь в церкви св. Троицы, 21 июля того же года государыня приказывала ему молиться в церквах об успешном окончании шведской кампании. Вообще везде, где необходимо было, так сказать, внешнее церковное представительство, Стефан первенствует, но никакого влияния на дела он уже не оказывает, — тут государь постоянно предпочитает ему Феофана Прокоповича и Феодосия Яновского. Для нас несколько странно то обстоятельство, что именно в это тяжелое для Стефана время он уже не просится у Петра на покой. Рункевич объясняет это тем, что, видя свое отдаление от царя, митрополит стал дорожить тем местом, от которого раньше отказывался, действуя в этом случае по обыкновенной человеческой психологии: не хранить того, чем обладаем, и стремиться к тому, чего лишаемся. Но, по нашему мнению, возможно и другое объяснение: Стефан теперь видел, что в случае ухода, он будет заменен или Феофаном, или Феодосием, бывшими в его глазах еретиками; оставаясь же на своем посту, он мог, хотя в слабой степени, оказывать противодействие тому протестантскому влиянию, представителями которого были Феодосий и Феофан. Вероятно, это соображение и заставляло престарелого иерарха оставаться на постылом для него месте. Между тем назревала полная реформа нашего церковного управления. Новые формы этого управления вырабатывались по предложению государя ненавистным Стефану Прокоповичем, и ему пришлось даже принять участие в том новом учреждении, которое было поставлено на место патриаршества; при учреждении в 1721 г. духовной коллегии или Святейшего Правительствующего Синода Стефан, по воле государя, был назначен его президентом…»

Историческая справка:
В 1721 году — по учреждению Святейшего Правительствующего Синода (перв. название: Священный правительствующий синод) — первыми членами его были:
- президент — Стефан (Яворский), митрополит Рязанский и Муромский;
- вице-президенты — Феодосий (Яновский), архиепископ Великоновгородский и Великолуцкий, и Феофан (Прокопович), архиепископ Псковский и Нарвский;
- советники — архимандриты: Симоновский Петр, Ипатский Гавриил, Новоспасский Иерофей и Высокопетровский Леонид;
- асессоры — иерей Анастасий Кондоиди (грек), протопопы: Троицкий Иоанн и Петропавловский Петр, и иеромонах Варлаам Овсянников, исполнявший должность обер-секретаря.
В 1722 году произошли некоторые изменения в составе, в том числе: 19 июня 1722 года назначен государем первый
- обер-прокурор Святейшего Правительствующего Синода, полковник Иван Васильевич Болтин; упоминается в числе синодальных асессоров иеромонах Феофил Кролик.
Епархиальное управление, за исключением стоявшей вне его синодальной, бывшей патриаршей области, состояло из 22 епархий.
По спискам за 1722 год, составлявшимся в синодальной канцелярии для рассылки указов, епархии и епархиальные преосвященные следовали в таком порядке:
- Стефан (Яворский), митрополит Рязанский и Муромский, занимавший эту кафедру с 1700 года; со смертью Стефана в 1722 году Рязанская епархия оставалась вдовствующей до назначения на его место, уже в следующем году, митрополита Тверского Сильвестра;
- Феодосий (Яновский), архиепископ Великоновгородский и Великолуцкий, с 1721 года, с зависевшим от него викарным преосвященным Аароном, епископом Корельским и Ладожским;
- Феофан (Прокопович), архиепископ Псковский и Нарвский, с 1718 года;
- Леонид, епископ и в этом же году архиепископ Сарский и Подонский, с 18 февраля 1722 года, преемник Игнатия Смолы;
- Георгий (Дашков), епископ Ростовский и Ярославский, с 1718 года;
- Павел, епископ Вологодский и Белозерский, с 1716 года;
- Иоанникий (грек), митрополит Коломенский и Каширский, с 1719 года;
- Боголеп (Адамов), епископ Устюжский и Тотемский, с 1713 года;
- Кирилл (Шумлянский), епископ Переяславский, с 1716 года;
- Тихон, митрополит Казанский и Свияжский, с 1699 года;
- Варлаам (Леницкий), епископ Суздальский и Юрьевский, с 1719 года*****;
- Иоаким, епископ Астраханский и Терский, с 1716 года;
- Алексий (Титов), епископ Вятский и Великопермский, с 1719 года*****;
- Питирим, епископ Нижегородский и Алатырский, с 1718 года;
- Пахомий (Шпаковский, волох), епископ Воронежский и Елецкий, с 1714 года;
- Сильвестр (Холмский), «архиерей» Тверский и Кашинский, с 1720 года;
- Варнава (Вонатович), архиепископ Холмогорский и Важский, с 1712 года;
- Антоний (Стаховский), митрополит Тобольский и Сибирский, с 1721 года;
- Епифаний (Тихорский). епископ Белгородский и Обоянский, с 9 июля 1722 года;
- Иродион (Жураковский), епископ Черниговский и Новгородсеверский, с 3 мая 1722 года, преемник Антония Стаховского;
- Филофей (бывший митрополит Охридский, грек), архиепископ Смоленский и Дорогобужский, с 13февраля 1722 года, преемник Варлаама Косовского;
- Варлаам (Вонатович), архиепископ Киевский и Галицкий, с 14 мая 1722 года.
(Вступление к «Описанию документов и дел, хранящихся в архиве Священного правительствующего синода». Т. II. Ч. I (1722). СПб., 1879).

Источники:
В.Б. Антонович. О происхождении шляхетских родов в Юго-Западной России. Архив Юго-Зап. России… Том 1, Ч. IV. Киев, 1867.
В.Л. Модзалевский. Малороссийский родословник. Яворские. Том V, выпуск 5. Киев-СПб., 2004. С. 72.
Общий Гербовник дворянских родов Всероссийской империи. Ч. II. С. 133.
Евгений (Болховитинов), митрополит Киевский и Галицкий (1767-1837). «Словарь исторический о бывших в России писателях духовного чина», 1818.
«Обзор русской духовной литературы. 862-1720. Сочинение Филарета, архиепископа Харьковского». Харьков. 1859. С. 382-384.
Самарин Юрий Федорович (1819-1876). Магистерская диссертация «Стефан Яворский и Феофан Прокопович». 1844.
И.К. Кондратьев. Седая старина Москвы. М., 1893 — Переиздание: М. ООО «»Фирма СТД», 2007. С. 350-351.
Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего Правительствующего Синода. Т. I (1542-1721). СПб., 1868. № 665, столб. 709; Т. II, Ч. 1 (1722). СПб., 1879. Вступление и № 734, столб. 1122-1123.
Стефан Яворский. Биография.ру: http://print.biografija.ru/?id=121430

Примечания:
*Родители митрополита погребены в с. Красиловке, мать — близ алтаря Покровской церкви. После смерти родителей в Красиловке оставалась только семья младшего из братьев митрополита Стефана («Черниговские губернские ведомости». 1851 г., № 5, статья Шацкого-Илича «Находка»); брат Павел, церковный деятель, протопоп, проживал с семьей в г. Нежине (о нем: В.Л. Модзалевский. Малороссийский родословник. Яворские. Том V, выпуск 5. Киев-СПб., 2004. С. 72).
«Братья Яворские оставили после себя замечательнейшую святыню – Благовещенский мужской монастырь в г. Нежине. Закладка храма была в 1702 году. Спустя 14 лет великолепное архитектурное строение стало лучшим барочным зданием в Украине и вторым по масштабности в городе. Святыня находилась в самом сердце Нежина, неподалеку [от] Николаевской церкви. В 1716 году [в присутствии Петра I и многих сановников - Б. Я.] монастырь торжественно освятили, и ему было присуще название Богородичного Назарета» («Благовещенский монастырь, г. Нежин» на сайте «Путеводитель по Черниговщине»: http://chernigov-foto.com/). Из-за хищений денег, материальных ценностей и ряда других причин окончательно закончены росписи стен построенного на личные средства Стефана Яворского храма были только к 100-летию, в 1816 году. На одном из панно со множеством орденских знаков и с пояснительным изречением: «Все сие премудрый Соломон именует суетою суетствий» неизвестными художниками увековечено образное поучительное размышление святителя, написанное им в стихотворной форме незадолго до смерти как итог всему пережитому, — о призрачности «почестей, скорее заслуживающих называться ловушками». Едва ли под «почестями», писал историк И.Г. Спасский, Яворский подразумевал одни только ордена, которые в его время впервые появились в России.
**Начатое м. Стефаном дело по сверке церковнославянских и греческих текстов и печатное издание Библии удалось завершить только к 1751 г. выпуском так называемой «елизаветинской Библии» (История религии. Лекции, читанные в Санкт-Петербургском университете. СПб., 1998. С. 167).
***На страницах сайтов «Православие.Ru» и «Домашняя страница священника Антония Коваленко» есть упоминание о настоятеле в церкви Гребневской иконы Божией Матери в Москве (в 1710-1722 гг.) протопопе Стефане Ананьине, как о «родном брате» и «брате» соответственно митрополита Стефана Яворского. Больше оснований считать, что Стефан Ананьин — потомок известного древнего новгородского рода Ананьиных — соратник, духовный брат и, возможно, родственник митрополита, но не кровный брат. Как установлено историками, у митрополита Стефана было три брата и только один из них находился на службе в Москве — Федор Иванович Яворский, родоначальник московских дворян. Разные Ананьины верой и правдой служили Отечеству, только за период с 1764 по 1795 гг. восемь чиновников этой фамилии в списках служилого дворянства. Однако в перечне родам и лицам, гербы которых утверждены или пожалованы Российскими Монархами, их нет. Исключение составляет — Ананьин Александр, чин VIII класса, который был высочайше пожалован этим правом 27 февраля 1842 года, но и его герб в Общий Гербовник не включен.
****»По Мясницкой улице шла дорога в село Измайлово, в XVIII в. — в Преображенское и Лефортово. На Мясницкой обосновались Я.В. Брюс (д. 15), Строгановы (д. 24), А.Д. Меншиков (д. 26), а также представители знатных фамилий — Глебовы и Стрешневы, Дмитриевы-Мамоновы, Кольцовы-Масальские, Одоевские, Лобановы-Ростовские, Долгоруковы, Урусовы, что обусловило и характер застройки улицы. Дом 21, принадлежавший генералу И.И. Юшкову, построен в 1780—90; д. 42 — усадьба Барышникова — перестроен М.Ф. Казаковым… (1797—1802; в 1820-х гг. дом принадлежал С.Н. Бегичеву, другу В.К. Кюхельбекера, Д.В. Давыдова, В.Ф. Одоевского, А.С. Грибоедова, работавшего здесь над комедией «Горе от ума»); д. 43 — дом Лобанова-Ростовского, вероятно, перестроен Ф.И. Кампорези в 1790 из здания начала XVIII в.
В конце XVIII в. Мясницкая улица стала одной из самых аристократических улиц Москвы. Этот характер она стала утрачивать после 1812, когда выгорела вся деревянная застройка, большие владения дробились при продаже новым владельцам. Размещение на Мясницкой ещё в XVIII в. некоторых учреждений внесло в её облик деловую ноту» (подробно — см. Путеводитель по Москве на http://www.moskva-put.net/o-moskve/izvestnye-ulicy/mjasnickaja).
*****Варлаам, епископ Суздальский, и Алексий, епископ Вятский, в февральском синодальном списке архиереев названы митрополитами, а позднее, в июньском и октябрьском епископами. Наоборот Пахомий, епископ Воронежский, в первом списке назван епископом, а в двух последних архиепископом. Примеч. Комиссии: Вступление к «Описанию документов…» Т. II, Ч. I (1722). СПб., 1879.

Нам пишут потомки и не только
Из письма писателя из Харькова Масленкова Виктора Витальевича:
«Добрый день, Богдан Дмитриевич.
Спасибо за ответ. В целом информация, изложенная вами, мне известна. Также обратил внимание и на путаницу, возникшую вокруг Яворова и Явора…
Немного о себе. Живу в Харькове. Закончил исторический факультет Харьковского университета. По мере сил пишу книги и статьи, в т.ч. и по исторической тематике, в частности по археологии и истории России XVII-XIX вв. Достаточно набрать в поисковике Масленков Игорь Витальевич и Вы увидите ссылки на некоторые мои работы. Генеалогическими изысканиями занимаюсь несколько лет. Касательно Яворских мне стало известно следующее. Дочь Яворского Павла Ивановича, племянница [митрополита] Стефана Ивановича, вышла замуж за Степана Волховского (?-1761). Одна из их дочерей вышла замуж за полкового хорунжего Павла Павловича Света. Их правнучка, Анна Елисеевна Свет, вышла замуж за титулярного советника Илью Демьяновича Неженцева, который, очень вероятно, приходится мне прапрапрадедом. Пишу, вероятно, поскольку еще не все нюансы подтверждены документально, но работа в этом направлении продолжается…»

Б.Я. Ждем результатов, Виктор Витальевич. Удачи!